Правила Реннера
Шрифт:
Он облегчённо вздыхает:
— Спасибо. — Ветер кружит вокруг нас, и немного мокрого снега попадает мне в лицо.
— Погода ухудшится к ночи. Передают, что к завтрашнему дню у нас выпадет снег, — говорю я ему, вглядываясь в небо.
— Именно поэтому я перенёс свой обратный рейс. Он через два часа. В пятницу днём у меня назначена встреча, которую я не могу пропустить, — произносит он со стоном.
Я сохраняю бесстрастное выражение лица, но меня раздражает, что Тэ собирается бросить свою дочь и сбежать. Конечно, мы с ним друзья уже давно, но он не знает, изменился ли я за последние шестнадцать
— Элма! — кричит он. Когда она не открывает дверь, он чертыхается себе под нос, прежде чем направиться к машине. Друг рывком распахивает дверь и жестом указывает на мою маленькую хижину.
Повернувшись, чтобы дать им немного уединения, я вонзаю топор в бревно, которое рубил, и отряхиваю ладони о джинсы. Когда оглядываюсь через плечо, я в замешательстве. На мгновение мне кажется, что я смотрю прямо на его жену Валенсию.
Тёмные, почти чёрные волосы беспорядочно закручены на макушке. Её лицо раскрашено таким образом, что ресницы подчёркивают большие, глубокие карие глаза, а губы окрашены в насыщенный красный цвет. Но что привлекает моё внимание, так это наряд. Здесь чертовски холодно, а девушка одета так, словно всё ещё находится во Флориде. На ней мягкий серый расстёгнутый кардиган, доходящий до самых икр. Под ним — обтягивающая чёрная футболка с V-образным глубоким вырезом, открывая слишком большое декольте.
Мой член дёргается, и я стискиваю зубы.
Быстро скользнув взглядом по сиськам этой девушки, я ещё больше шокирован, увидев её голый пупок и серебряное украшение в нём. На ней надеты потёртые джинсовые шорты, которые в такую погоду просто смешны. Её ботинки — это единственное, что соответствует зимней погоде, и это те дорогие пушистые ботинки, которые носят все девочки в школе. Угги или подобное дерьмо. Но что выглядит более чертовски нелепо, так это её чёрные гольфы до колен.
Просто целый наряд из всех неправильных вещей.
Матео должен вытащить свою голову из задницы.
В моей школе её бы отправили в офис директора в этом дерьме.
— Адам, это Карэлма. Когда ты видел её в последний раз, ей было около года, — говорит Матео с гордой улыбкой на лице.
Девчонка строчит эсэмэски и жуёт жвачку, не поднимая глаз. Это действует мне на нервы.
— Приятно познакомиться, — бурчу я. — Надеюсь, ты захватила с собой более тёплую одежду.
При звуке моего голоса она поднимает на меня глаза. Выражение её лица меняется от скучающего и раздражённого до шокированного. Именно тогда я понимаю, что она, вероятно, смотрит на мои шрамы или на то, что я чертовски потный. Я не очень хорошо всё продумал.
— Карэлма… — начинаю я, но она перебивает меня.
— Просто Элма. — Её улыбка становится фальшивой, прежде чем она снова начинает писать эсэмэски.
— Милая, мне пора ехать. Будь хорошей девочкой, а я позвоню, чтобы проверить тебя в эти выходные. — Матео протягивает руки для объятий.
Она отрывает взгляд от телефона достаточно надолго, чтобы шагнуть в боковое объятие своего отца. Матео, похоже, не беспокоит тот факт, что она ведёт себя довольно грубо. Он просто целует её в макушку.
— Я ещё свяжусь с тобой. Позаботься о моей девочке, — говорит он,
— Давай зайдём внутрь, пока ты не замёрзла насмерть, — бормочу я.
Она ворчит что-то насчёт того, что я убью её в своей хижине, но я не обращаю внимания. Я привык к тому, что подростки говорят мне вслед, когда отворачиваюсь. Я сосредотачиваюсь на том, чтобы не хромать, хотя моя нога чертовски начинает болеть в преддверии холодов. Последнее, что мне нужно, так это дать девчонке хоть какие-то средства борьбы против меня. Она молчит, пока я показываю ей свою маленькую хижину.
— Я буду спать здесь, а ты можешь занять мою комнату, — говорю я ей, направляясь к единственной комнате в доме.
Она издаёт звук отвращения:
— Моя спальня дома больше, чем весь твой дом.
Не обращая внимания на замечание, я несу её чемодан в свою комнату и опускаю его на кровать. Элма стоит в дверях, поджав губы и раздувая ноздри.
— Не могу поверить, что он послал меня сюда, — прошипела она себе под нос.
Я хочу сделать замечание за её разговоры, но на этот раз прикусываю язык.
— Чувствуй себя как дома. В холодильнике есть мясной рулет на ужин. Просто разогрей его в микроволновке. Я собираюсь принять душ, а потом мы поговорим о твоём расписании занятий на завтра.
— Ура, — усмехается она. Её язык высовывается и облизывает сочную красную губу, заставляя мой член снова дёрнуться.
Чёрт возьми!
Глава 3
Элма
Этого просто не может быть.
Этого просто не может быть.
Находясь на кухне, я смотрю на директора Реннера, когда он выходит из своей спальни, только что приняв душ. Каким-то образом он становится невероятно горяч. Папа никогда не упоминал, что Адам был так великолепен. Я ожидала увидеть какого-нибудь старого седеющего мужчину в коричневом костюме. Не это.
Не больше шести футов чистой мышечной массы и пронзительных зелёных глаз.
Это был не суровый, с топором в руках, лесоруб.
Его влажные каштановые волосы были зачёсаны назад, но прядь, упавшая на лоб, придавала ему мальчишеский вид, несмотря на то, что он был таким же старым, как мой отец. Серая футболка Средней Школы Браун, надетая на нём, облепляет его скульптурное тело. Директор Реннер определённо качается. Его джинсы старые и поношенные, но почему-то смотрятся на нём стильно. Он босиком, и мой взгляд падает на его мужественные ноги.
Кто же знал, что ноги могут быть сексуальными?
— Ты нашла себе ужин? — Его голос глубокий и хриплый. Он проникает глубоко внутрь меня. Мне стыдно за то, что его голос чертовски заводит меня.
— Я не люблю мясной рулет. — Я задираю подбородок вверх. — Извини, чувак.
Он стискивает зубы, и в его глазах вспыхивает огонь. Это заставляет меня хотеть сделать это снова — увидеть, как зелень в его глазах, кажется, вспыхивает более тёмными оттенками.
— Зови меня просто Адам дома. А в школе — директор Реннер.