Правила игры

Бурко Денис Васильевич

– Кх-кх, – кашлянул Одинон, решив себя обнаружить.

– Что? – Леонард явно испугался. – Ты долго тут стоишь?

– Достаточно долго, чтоб понять твои планы. – Юный бог решил, что сейчас представилась идеальная возможность поквитаться со своим обидчиком за все перенесенные унижения.

– Побежишь докладывать старикашке? – Бывший ученик быстро взял себя в руки и даже успел принять какое-то решение.

– Ты бы так поступил?

– На твоем месте я бы просил пощады, потому что добежать ты уже не успеешь.

– Убьешь меня? – Спокойно спросил Одинон. Ему было по настоящему интересно,

как поступит Леонард.

– Нет, это привлечет ненужное внимание. – Ар Сагейро поднял руку, и в его ладони зажглось голубоватое свечение. – Очень удачно, что ты страдаешь амнезией, никто ничего не заметит. – С последними словами он сжал кулак, и в юного бога полетела ярко-синяя искра.

Искра бессильно ударилась о тело мальчика и потухла, а он уже схватил табуретку и с грохотом обрушил её на голову противника. Одинон точно просчитал свои шансы на победу и понимал, что даже если увеличить свои силу и скорость до максимума, то Леонард всё равно может победить его за счет большего опыта и великолепного фехтовального мастерства. Единственное, что могло помочь – был глобус, лежащий в кармане. Глобус впитал в себя всю энергию враждебной магии, а скорость, помноженная на эффект неожиданности дала ожидаемый результат.

Веревки в кухне не обнаружилось, а бежать, в её поисках, куда бы то ни было Одинон не рискнул. Поэтому он раздел злобного аристократа и, разрезав одежду на ленты, тщательно его связал. В качестве кляпа он решил использовать собственные носки, чтоб еще больше усугубить униженное положение Леонарда.

– Просыпайся! – Он отвесил поверженному противнику сильную пощечину, от которой тот сразу пришел в себя и начал дергаться в путах, бессвязно мыча сквозь кляп какие-то ругательства. – А теперь слушай меня внимательно, гнида. – Для убедительности Одинон вколачивал каждое своё слово ударом ноги. – Я не стукач, но прекрасно понимаю, что стоит мне тебя развязать, и ты набросишься на меня. Еще я знаю, что за попытку отравить Парадокса, он тебя просто убьет. При этом у мастера могут возникнуть проблемы с твоим папочкой. А мне нужны знания и лишние разборки совершенно ни к чему. Что предлагаешь?

Леонард что-то замычал.

– Не, не пойдет, – понять мычание он был не способен, но обращенные к нему мысли вполне осознал. – Развязывать тебя очень опасно. Ты уже собрал свои вещи? Это хорошо. Парадокс будет занят еще минимум пару часов. Сейчас я вынесу тебя за пределы поместья и оставлю неподалеку от дороги связанным.

Ар Сагейро протестующе замычал.

– Знаю, что тут никто не ходит. Рядом с тобой я оставлю твои вещи и нож, так что при желании сможешь освободиться.

Одинон сходил в гараж за тачкой и погрузил на неё связанного Леонарда и мешок с вещами, после чего направился за ворота поместья. Отойдя на пару километров по дороге, мальчик сгрузил свою ношу в кусты у обочины.

– Завтра зайдешь за документами и деньгами. И учти, что банка отравленной тобой муки осталась у меня, как доказательство твоей вины. Если попытаешься мне навредить, то Парадокс обо всём узнает, а ты сам знаешь, что он может с тобой сделать. Прощай, падаль, – с этими словами он бросил рядом с Леонардом старый кухонный нож и развернулся в сторону поместья. Пройдя пару шагов,

Одинон остановился и вернулся к Лео.

– Знаешь, а я решил сделать тебе прощальный подарок. – Юный бог наклонился над связанным и положил руку ему на лоб. Предчувствуя неладное, Леонард задергался в путах. – Мои способности еще не восстановились, поэтому за результат не ручаюсь, но я буду стараться.

Отпрыска Ар Сагейро окутала мутная пелена, а на лице Одинона проступила испарина. Через некоторое время бывший ученик гнома задергался в конвульсиях боли, а его крик не мог сдержать даже кляп во рту. Лес пронзил крик боли. Какая-то птица испуганно упорхнула с ветки над Леонардом, сбросив на прощание маленькую зловонную "бомбу", угодившую парню на лоб.

– Ух, – вздохнул Одинон, – надо же, получилось.

– Тьфу, – от перенапряжения Леонард так сильно сжал кляп зубами, что частично его перекусил и смог выплюнуть. Сейчас глаза парня с ужасом наблюдали за нависшим над ним мальчишкой. – Кто или что ты такое?

– Хороший вопрос! – Похвалил мальчик. – Я Бог знаний Одинон.

– Тот самый?

– Угу.

– Как ни странно, но я тебе верю. Что ты со мной сделал? – Ровным голосом поинтересовался подопытный, он уже взял себя в руки.

– Честно сказать, я ставил на тебе опыты. – Признался Одинон, при этом на его детском лице читалось неподдельное смущение. – В случае неудачи ты бы умер, но тебе повезло и эксперимент продолжается?

– Снова будешь меня пытать? – Ужаснулся Лео. – Уж лучше убей.

– Не волнуйся, убить я тебя всегда успею.

– Мой отец… – начал угрожать Леонард.

– Ничего со мной не сделает, – перебил его Одинон. – Не забывай, кто я!

– Бог, лишенный сил, памяти и даже нормального тела. Сколь бы силён ты ни был, но и на тебя нашлась управа.

– Ты прав, управа нашлась, – поморщился мальчишка, разговор был ему не по душе. – Но ни тебе, ни твоему отцу не под силу ей воспользоваться.

– Ты так и не ответил, что со мной сделал. – Леонард решил сменить тему и не раздражать своего грозного собеседника.

– Я подарил тебе свою справедливость.

Подопытный непонимающе уставился на экспериментатора, но промолчал, ожидая пояснений.

– Отныне каждый твой поступок будет рассматриваться с моей точки зрения. Если ты будешь поступать справедливо, то будет расти твоя чакра. Если же ты поступишь несправедливо, то увеличится физическая сила. Помимо того ты будешь чувствовать ложь. – Заметив довольную улыбку на лице связанного Лео, Одинон решил добавить ложку дегтя. – Кроме того, выбрав свой "путь" ты не сможешь свернуть, иначе вернешься к исходному состоянию и придется начинать сначала.

– Ну и кто же будет решать, справедливо я поступаю или нет?

– Ты сам. Я ведь бог знаний, вот и подарил тебе знание. Теперь ты всегда будешь знать, какое решение я бы посчитал справедливым. – Леонард недоверчиво смотрел на Одинона. – Хорошо! Вот тебе загадка. Тебя назначили судить вора, обворовавшего купца. Но и купец не без греха – в отместку он нанял убийцу, чтоб убить вора. Однако убийца не выполнил заказ. Он взял деньги у купца, но вор заплатил ему больше. Теперь все трое стоят перед тобой в ожидании справедливого суда.