Правила игры
Шрифт:
Степан Петрович увел жену из комнаты.
— Лена, что с тобой? — мужчина хмурился.
— Да ничего, — женщина словно пришла в себя, скинув наваждение. — Растерялась просто, когда Мирон огорошил нас повторной женитьбой.
— Если мы не поддержим сына, то рискуем потерять его. — Степан Петрович потер ладонью шею. — Ты что, до сих пор злишься на Снежану?
— Вовсе нет, — возразила женщина, — дело не в этом. Не хочу, чтобы они принимали решение, поддавшись атмосфере праздника.
Степан Петрович фыркнул.
— Лен, дети
Елена Владимировна качнула головой.
— Думаю, что понимает.
— Тогда просто смирись с его выбором. — Посоветовал мужчина жене.
Сам он сразу понял, что решение сына окончательное. Слишком уж Мирон был похож на него. Степан был уверен, что после того, что сын пережил, Мирон никогда больше не предаст Снежану.
Мужчина обнял жену.
— Ну что, успокоилась? — с беспокойством спросил он, надеясь, что к жене больше не вернутся воспоминания о его предательства. Не хотелось ему, чтобы Лена переживала.
— Да. — Она поцеловала мужа и вернулась в гостиную. — Ну и чего сидим такие печальные? — улыбнулась женщина.
Такая разительная перемена удивила младших Даниловых, но они руками схватились за эту ветвь мира, протянутую Еленой Владимировной.
Засиделись за полночь, все обсуждали предстоящее бракосочетание, венчание. Покинули квартиру старших Даниловых Мирон и Снежана в хорошем настроении. Впереди у них было много дел, скучать им точно не придется! И, конечно же, им обоим не хотелось, чтобы кто-то из родственников чинил им препятствия. Они вдвоем готовы все преодолеть, это, несомненно, и неоспоримо, но… Лучше, когда тебя понимают и поддерживают.
— После праздников идем в ЗАГС, а потом займемся домом. — Перед сном Мирон делился своими планами со Снежаной.
— У меня уже появились кое-какие мысли насчет обстановки в доме. — Отозвалась Снежана, нежащаяся в объятиях любимого мужчины.
— Замечательно. — Воодушевился Данилов. — У меня тоже есть несколько идей. Надо будет сравнить то, что мы с тобой придумали.
— Обязательно. — Зевнула Снежана. — Спокойной ночи, любимый.
— Спи, малыш. Люблю тебя. — Поцеловал Мирон Снежану и вскоре уснул.
Наступило шестое января две тысячи тринадцатого года. Для Снежаны и Мирона пришло время перемен. Новая жизнь, новые испытания, без которых не обходится ни одна семья. И выдержат ли они их — покажет лишь время. А сейчас никто из них не сомневался в их общем будущем. Оно будет счастливым, ярким. Уж они-то приложат все усилия, чтобы жизнь наполнилась новыми красками.
Эпилог
Три года спустя
Яркие лучи солнца проникли сквозь темно-голубые шторы и достигли двух детских кроваток. Личики детей сначала нахмурились, а потом сонные глазки синхронно распахнулись. Брат и сестра переглянулись с хитрым видом, а потом, встав в кроватках, громко закричали:
— Мама!
— Папа!
Супруги
— Тебя зовут! — зевая, она прикрыла рот рукой.
Сегодняшняя ночь, как и несколько предыдущих была тяжелой. У близнецов резались очередные зубы, они постоянно капризничали и требовали к себе внимания. Снежана надеялась, что им удастся поспать утром подольше, но у детей, видимо, были свои планы.
Мирон сел на кровати, но успел проворчать:
— Тебя, кстати, тоже звали, малыш! — мужчина потягивался, шаря ногой по полу в поисках тапок.
Он точно помнил, что бросил их где-то у кровати, мечтая скорее упасть и уснуть. Сон в последние дни для них стал роскошью.
— Если сам не справишься, я приду. — Женщина уткнулась в подушку и вновь уснула.
Мирон с улыбкой глянул на жену и, найдя тапки, обулся и вышел из комнаты. Пусть Снежка немного подремлет, сон ей явно не помешает. Данилов во всем старался помочь жене, но все же большую часть времени Снежане приходилось справляться одной с близнецами.
Войдя в детскую, Мирон широко улыбнулся. Он до сих пор не привык к эмоциям, которые охватывали его при виде сына и дочери.
— Папа, папа! — лепетали Артем и Марианна.
— Ну что, разбойники, — весело хмыкнул Мирон, — готовы к новым подвигам?
Схватив на руки близнецов, Данилов спустился на кухню, где усадив детей в стульчики, занялся завтраком. Он привычно достал из холодильника молоко, из стола крупу и стал готовить детям манную кашу. При этом мужчина успевал и помешивать ложкой кашу, и развлекать детей, которые нетерпеливо стучали руками по столешнице.
— Терпение, дорогие мои, — бормотал мужчина, разливая кашу в бутылочки и вручая их Артемке и Марианне.
Спустя несколько секунд на кухне слышалось лишь причмокивание детей, которые с радостью ели кашу, и Мирон смог заняться своим завтраком. Насладиться парой минуток в тишине и спокойствии чашкой кофе — он может себе позволить.
Мужчина пил небольшими глотками кофе и следил за близнецами. С их рождения прошло почти полтора года. Всего-то ничего, а он не представлял своей жизни без них.
Три года назад, когда они со Снежаной решили снова пожениться, он готовился к длительному процессу по подготовке к рождению их малыша. Для начала они занялись ремонтом, вложив все свои силы в новый дом. Энтузиазм Снежаны, помноженный на старание и желание Мирона скорее переехать в новое жилье, позволил им закончить ремонт за несколько месяцев. Дом получился уютным, в него хотелось возвращаться каждый вечер, особенно, когда тебя ожидал любимый человек.
А потом была свадьба, куда пригласили только самых близких и родных людей. За ней последовало венчание, к которому Даниловы подошли со всей ответственностью.