Правила Барби
Шрифт:
Через секунду заметила, что Джефри закатил глаза так сильно, что, казалось, он увидит свой череп изнутри.
– Вопрос: почему меня пригласили на оглашение завещания? – спросил придурок-старший.
– Потому что вы Фостер, – чинно ответил адвокат.
– К сожалению. Это все?
– Да.
Джеф взглянул на свои наручные часы и, поднявшись с дивана, выпрямился во весь рост.
– Отлично, у меня встреча через час.
Фостер направился к выходу и почти покинул гостиную, но я вдруг вспомнила об одной маленькой
– Стойте! Это не все. Я не услышала главного: одна доля в энергетической компании принадлежит мне, – начала я, тут же запинаясь. Она не принадлежит мне. – Вернее, она перейдет мне сразу после того, как я оспорю это абсурдное завещание. Но доля Фостеров?
Мейсон профессиональный бейсболист, он не занимается компанией, Джефри его отец ни за что не оставил бы компанию. Кто же тогда совладелец компании?
– Доля Фостеров в «Эванс-Фостер Энергетик» принадлежит мне, – обернувшись, выдал дьявольское отродье – Фостер-старший.
Кровь отлила от моего лица. Что произошло за эти пять лет?
– Шутишь?
– Я похож на циркового клоуна?
– О, нет, это было бы комплиментом для тебя. Ты похож скорее на тупого осла, который скачет по кругу арены не в силах найти выход за кулисы. Как тебе это удалось? – надвигаясь на него, спросила я.
Их доля, их семья, их дела совсем не касались меня, но я была просто вне себя от ярости, что Джефри каким-то способом заполучил семейное предприятие. Он достоин был лучшего в этой жизни, например, драить туалеты в придорожном кафе за городом, но никак не владеть пакетом акций компании.
Джефри сжал губы до побеления и сунул руки в карманы брюк, взирая на меня с высоты своего роста. Надменный и чертовски заносчивый. Он был таким высоким, и только за это мне хотелось спустить с него шкуру.
– Что именно? Я хорош в стольких вещах. Но тебе ли не знать об этом?
– Видимо, не настолько хорош, раз я не помню ни одной такой вещи, – отозвалась я. – Так как компания оказалась у тебя?
– Отец завещал ее мне.
– Это просто хрень собачья! – выкрикнула я. – Он бы ни за что не оставил ее тебе, он должен был оставить ее Мейсону, ведь именно он его любимый сын, – выдала я, наблюдая за тем, как темнеют зеленые радужки Фостера.
Он все-таки получил свою заветную компанию. Джефри добился того, о чем мечтал, и это не могло не расстраивать меня.
– Удачи, Барбара. И, да. Карма все-таки сучка, – бросил напоследок Фостер-старший. Я мгновенно пришла в ярость, схватила стеклянную вазу со столика и зашвырнула ее в ублюдка. Она приземлилась совсем близко к нему, разлетелась на осколки, но он даже не дернулся, остановился, взглянул на меня через плечо и сказал:
– Если мне не изменяет память, это была любимая ваза твоей мамы.
Черт! А он прав.
Когда его фигура скрылась за порогом гостиной, а я, наконец, смогла дышать,
– Мейсон, мне нужна твоя помощь.
Бывший парень подошел ближе и окинул меня скептическим взглядом.
– Чем я могу помочь?
Я взяла паузу для того, чтобы собраться с мыслями. Это будет просто. Раньше Мейсон бегал за мной, словно потерявшийся щеночек.
– Женись на мне! – с уверенной улыбкой на губах попросила я.
Что-то подсказывает мне, что Мейсон все еще влюблен в меня, ведь за колким холодом его глаз, я могла разглядеть тусклую вспышку света. Этот свет я уже видела. Пять лет назад. Мейсон не откажет мне, не посмеет. Это великий дар стать мужем такой девушки как я. Готова поспорить, он мечтал об этом не один год. Поэтому прямо сейчас он ответит:
– Нет. – Он и секунды не раздумывал.
Моя улыбка таяла.
Все понятно. Хочет, чтобы я умоляла его и отыгрывается на мне за прошлое. Если так, то я готова прикинуться слабой, чтобы получить желаемое.
– Давай же, мне нужна твоя помощь!
Непоколебимый вид, прямой взгляд и побелевшие от раздражения губы ответили:
– Нет.
– Почему? – приуныв, спросила я.
Есть еще один вариант – мои женские чары.
Отбросив волосы за спину, я коснулась плеча Мейсона и, прикусив губу, заглянула в глаза бывшего парня. Никто не устоит перед обаянием Барбары Эванс, а тем более парень, что был влюблен в нее с детства.
Хмурый взгляд карих глаз прошелся по моей руке, а затем Мейсон сбросил мою ладонь со своего плеча. Лицо его изменилось, стало холодным, словно его оскорбила моя просьба.
– Ты спрашиваешь так, будто не рассчитываешь, что тебе откажут.
– Да, я не думала, что ты так поступишь со мной.
– Я тоже не думал. – Его голос прозвучал так жестко, что я невольно обхватила себя руками.
– Послушай, то, что было в прошлом, остается в прошлом, пять лет прошло, Мейсон, неужели ты не поможешь мне? Ведь помимо отношений между нами была большая дружба. Я же с пеленок тебя знаю.
– Барбара, ты просишь многого.
– Почему это так сложно для тебя? – Не в силах справиться с колючим ощущением отверженности, прикрикнула я.
– Потому что это не мое дело!
Мои глаза бесцельно бродили по его лицу. Удивлению не было предела. Не его дело? Его совсем не волнует то, что я могу остаться на улице?
– Мейсон…
Не говоря ни слова, он развернулся и направился к выходу. Я побежала за ним. Кажется, только что жизнь поменяла нас ролями. Маленькой брошенной собачкой была я.
– Постой! Давай поговорим. Я уверенна, мы сможем решить это.
– Нет.
– Но я потеряю все без твоей помощи, неужели тебе не жалко меня?