Правдивый лжец
Шрифт:
Разговор выстраивался так же, как и в прошлый раз.
– Все в порядке? – спросила Элин.
– Идет снег, но Сэм начинает думать о деньгах, – доложила мать. Элин сочла это добрым знаком. – Лорейн приводила домой еще одного мерзкого типа – где она их только находит! А Гай – троекратное ура! – ищет работу.
– Отлично! – воскликнула Элин.
Настроение сейчас было гораздо лучшим, чем в прошлый раз. Да поможет им Бог! Все они пережили сильное потрясение, как говорила мать, но теперь – хоть это и потребовало немалого времени, –
В понедельник утром Элин отправилась в «Дзапелли интернациональ», раздумывая о том, как долго продлится ее командировка в Италию. Что с ней, Элин, будет, когда возможность случайно увидеть Макса в коридоре станет еще менее вероятной? При этой мысли у Элин упало сердце, но ведь именно таким представало обозримое будущее. Тино оказался очень скрупулезным учителем, в результате чего она продвигалась в науке не так быстро, как можно было предполагать. Сейчас они не только осваивали машину, но и работали, однако где-то поближе к Пасхе, о чем упоминал Макс, все, вероятно, завершится, и она вернется в Англию.
– Доброе утро, Тино! – весело поздоровалась она, войдя в отдел.
– Поужинаете со мной сегодня вечером? – тут же выпалил он, и Элин рассмеялась.
Он не Макс, но очень мил.
– Завтра, – ответила она и, когда остальные заняли места, уже работала с помощью Тино над новой задачей.
Она хотела и боялась увидеть Макса в этот день, но не увидела ни в понедельник, ни во вторник и, собираясь на ужин с Тино, прочитала себе пространную лекцию. Темой была бесполезность вздохов по Максу, который – если не считать эпизодов, когда дает волю чувственности, – едва ли помнит о ее существовании…
Ужин с Тино был милым и дружеским – ей очень нравились такие отношения. Правда, стало немного неловко, когда Тино, вероятно с таким же, как у нее, чувством, подался вперед и выложил:
– Я все гадаю, согласитесь ли вы в эти выходные поехать со мной за город?
– Честное слово, не знаю, Тино, – быстро пошла она на попятный, размышляя, чем дала ему повод надеяться на более близкие отношения. – Мне приятно с вами, но…
– Извините, – перебил Тино. – Я неудачно выразился. Разумеется, у вас будет отдельный номер, – поспешно заверил он. – Просто я надеялся, что вы не откажетесь покататься со мной на лыжах.
Улыбка тронула ее губы. Какой же он славный!
– Я не умею кататься на лыжах, – посетовала она и заметила выражение облегчения у него на лице, когда он понял, что не обидел ее.
– Я научу вас, – заверил Тино, и Элин вдруг понравилась эта идея.
Пожалуй, хорошая физическая нагрузка – это именно то, что ей сейчас нужно. Ее совсем не прельщала перспектива провести выходные так же, как в прошлый раз.
– А где мы найдем снег? – спросила она и увидела, как светлеет его лицо при этом знаке согласия.
– Высоко в горах – в Доломитах, – сказал он.
Остаток ужина прошел за обсуждением поездки в городок под названием Кавалезе.
Следующим
Страсти Господни, он идет от служебной автостоянки к широкому центральному входу в здание фирмы, и Элин, шедшая по центральной дорожке, неизбежно столкнется с ним! Зная, что гордость не позволит ей развернуться и пуститься наутек, Элин изо всех сил старалась сохранить свой шаг твердым.
Разумные решения, которые Элин приняла, направляясь в этот день на работу, куда-то улетучились, когда она поравнялась с Максом, а он холодно поздоровался со своих заоблачных высот:
– Доброе утро.
– Доброе утро, – ответила она вежливым, разве что чуть напряженным тоном и подумала, подходя к дверям, что этим и ограничится их сегодняшний разговор.
Но, протянув руку, чтобы открыть створку двойных дверей, он поинтересовался, как это сделал бы любой начальник:
– Надеюсь, вам не слишком одиноко в Италии?
Она разволновалась. Он целовал ее, черт возьми, вел себя так, будто она не просто одна из его служащих!
– Подумываете отправить меня обратно? – с вызовом взглянула она на него.
Ему не понравился ее вызывающий тон – это было видно по его ледяному взгляду, устремленному в ее яростные зеленые глаза.
– Вы поедете обратно, когда я распоряжусь! – отрезал он и, открывая дверь, отпустил какую-то взрывную итальянскую фразу, но тут же добавил мягким голосом по-английски: – Мне бы не хотелось, чтобы вы сидели вечерами дома одна или…
Свинья! – взбесилась она.
– Можете не беспокоиться на этот счет! – Ей не терпелось объявить ему, что она не сидит в четырех стенах, тоскуя о нем. – Когда я не езжу в Больцано…
– Вы были в Больцано? – агрессивно перебил он и, не успела она подтвердить, потребовал ответа: – С кем?
– С кем? – переспросила она.
– У вас нет машины! – прорычал он.
– Но у меня есть друзья! – отрезала Элин, высоко подняла голову и прошествовала в холл.
Кем, черт возьми, он себя вообразил? Считает, что она сидит вечерами дома одна! Будто она дурнушка и у нее недостаточно предложений!
К обеду она успокоилась. К вечеру – придумала дюжину колкостей, которые следовало бы вставить в утренний разговор. Между прочим, надо было упомянуть, что в пятницу она едет в Кавалезе с «другом». Так о каком же одиночестве речь?
– Я заказал два номера в гостинице, – вполголоса сообщил ей Тино на следующее утро. – Так повезло! – продолжал он счастливым голосом. – Все было занято, но как раз передо мной кто-то позвонил и отменил заказ.
– Замечательно, – улыбнулась она, решив никогда больше не поддаваться отчаянию.