Правда
Шрифт:
[Анк-Морпорк ИНФО
НОВОСТИ — ЭТО НАША ПРОХВЕССИЯ
2 пенса]
— Что все это такое? — спросил он у продавца, который, судя по меньшему количеству слоев грязи, стоял социально выше братии Старикашки Рона.
— Что все?
— Вот это все? —
— Только меня не спрашивай, дядя. Мне платят один пенс за листок, больше я ничего не знаю.
— «На Орлею вылился суповой дождь»? «Курица во время урагана неслась три раза»? Откуда все это взялось?
— Послушай, дядя, умей я читать, разве я стоял бы тут с этими бумажками?
— Кто-то еще начал издавать новостной листок! — воскликнул Вильям. Он опустил взгляд на последнюю строчку. В этом листке даже мелкий шрифт был совсем не мелким. — На Тусклой улице?
Он вспомнил про рабочих, копошившихся рядом со старым складом. Как такое… но Гильдия Граверов как раз такая. У нее уже были отпечатные машины, и у нее определенно имелись деньги. Тем не менее два пенса — это слишком нелепая цена даже для одной страницы… всякой чепухи. Если продавец получает целый пенс, что тогда получает отпечатник? А потом он понял. Смысл был не в том, чтобы заработать денег. Смысл был в том, чтобы разорить «Правду».
Огромная красно-белая вывеска «Инфо» уже красовалась на противоположной от «Ведра» стороне улицы. К ней выстроилась длинная очередь повозок.
Один из гномов Хорошагоры осторожно выглядывал из-за угла.
— Они установили целых три отпечатных машины, — сообщил он. — Понимаешь? И выпустили листок всего за полчаса!
— Да, зато на одной странице. С придуманными кем-то новостями.
— Что? Даже про кобру придумали?
— Готов поспорить на тысячу долларов, — сказал Вильям, но потом вспомнил подпись мелким шрифтом, гласящую, что кобра уродилась в Ланкре. — Готов поспорить на сто долларов, — изменил ставку он.
— И это еще не самое плохое, — продолжал гном. — Ты заходи, заходи.
В сарае, поскрипывая, работала отпечатная машина, но почти все гномы бездельничали.
— Показать заголовки? — спросила Сахарисса, как только он вошел.
— Да, давай, — кивнул Вильям и сел за свой заваленный бумагами стол.
— «Граверы предложили гномам тысячу долларов за отпечатную машину».
— О нет…
— «Иконографиста-вампира и трудолюбивую писательницу соблазняли зарплатой в 500 долларов».
— Что, правда?
— «Гномов вздрюкнули бумагой».
— Что?!
— Точное цитирование господина Хорошагоры, — пояснила Сахарисса. — Не знаю точно, что это значит, но, насколько мне известно, бумаги осталось только на один номер.
— А если нам понадобится больше, цена будет в пять раз выше прежней, — добавил подошедший Хорошагора. — Всю бумагу скупают граверы. Король говорит, спрос рождает предложение.
— Король? — Вильям наморщил лоб. — Ты имеешь
— Да, Короля Золотой Реки, — сказал гном. — И мы способны заплатить такую цену, но если эти, с другой стороны улицы, продолжат продавать свою дрянь по два пенса, мы будем работать практически бесплатно.
— Отто предупредил человека из Гильдии, что если увидит его здесь еще раз, то развяжется, — сообщила Сахарисса. — Отто очень разозлился. Этот тип пытался выведать, как он делает готовые для отпечати иконографии.
— Ну и что вы решили?
— Я остаюсь, Я им не доверяю, особенно когда они ведут себя так коварно. Лично мне они кажутся… людьми очень низкого происхождения, — поморщились Сахарисса. — Но что нам делать?
Уставившись на стол, Вильям принялся грызть ногти. Его нога случайно наткнулась на сундук с деньгами. Раздался успокаивающе глухой звяк.
— Думаю, мы можем немного снизить тираж, — предложил Хорошагора.
— Да, но потом люди совсем перестанут покупать наш листок, — возразила Сахарисса. — А они должны покупать именно его, потому что там отпечатаны настоящие новости.
— Должен признать, новости в «Инфо» выглядят более интересными, — заметил Хорошагора.
— Это потому, что в них нет ни капельки правды! — резко произнесла Сахарисса. — Честно говоря, я согласна работать за доллар в день, а Отто сказал, что будет работать и за полдоллара, если мы позволим ему жить в подвале.
Вильям все еще смотрел в пустоту.
— Что у нас есть, чего нет у Гильдии? Ну, кроме правды, разумеется? — рассеянно спросил он. — Мы можем отпечатывать быстрее?
— На одной машине против их трех? Нет, — хмыкнул Хорошагора. — Но готов поспорить, мы можем быстрее набирать текст.
— А это значит…
— Это значит, что мы сможем раньше начинать продажи.
— Понял. Да, это может помочь. Сахарисса, ты случайно не знаешь людей, которым нужна работа?
— Случайно? Ты что, письма не читаешь?
— Читаю, но не часто…
— Да многим людям нужна работа! Мы же в Анк-Морпорке!
— Хорошо, выбери три письма, в которых поменьше ошибок, и пошли Рокки нанять их авторов.
— Один из них — Господин Скрюч, — предупредила Сахарисса. — Он хочет работать больше. Жалуется, что слишком мало интересных людей умирает. Он вообще посещает эти собрания только для собственного удовольствия, но аккуратно записывает все, слово в слово…
— А с грамотностью у него как?
— Думаю, что хорошо. По нему видно. Но у нас же совсем нет свободного места…
— Завтра утром начнем отпечатывать четыре полосы. И не смотрите на меня так. У меня есть материал о Витинари, и у нас осталось двенадцать часов, чтобы найти бумагу.
— Я уже говорил, Король взвинтил цены на бумагу до самых небес, — сказал Хорошагора.
— Этот вопрос мы не обойдем своим вниманием, — кивнул Вильям.
— Я имел в виду…
— Да, я понимаю. Сейчас мне нужно кое-что написать, а потом мы нанесем ему визит. Кстати, отправьте кого-нибудь на семафорную башню, хорошо? Хочу послать сообщение королю Ланкра. Кажется, я с ним встречался однажды.