Правда выше солнца
Шрифт:
Она поёжилась.
– Знаю, – кивнул Кадмил. – Это на крайний случай.
Сбоку от «лиры» покоились увесистые мешочки, полные афинских сов и тирренских дельфинов – лучших друзей человека от Вареума до Лесбоса. Рядом был втиснут пахучий свёрток.
– Лепёшки и вяленая баранина, – пояснила Мелита. – Ты ведь даже не подумал, что захочешь кушать, да?
– Не особо, – признался Кадмил. – Забыл, что людям надо есть постоянно… Ого, мех! Вино?
– Вода.
– И то славно. А где детектор поля?
Мелита качнула головой:
–
Он обессилено опустился на пол, прислонившись спиной к перилам.
– Надо. Прямо-таки необходимо. Хотел с его помощью искать передатчик, который дал Акриону. Смерть на меня, что же делать без детектора?
Мелита закусила губу. Кадмилу стало неловко.
– Извини, – сказал он, поднимаясь на ноги. – Ты много всего собрала. Да ещё так быстро…
Они обнялись. Кадмил вдруг ощутил смутное беспокойство. И вправду быстро. Даже слишком быстро, если подумать.
– Кстати, – пробормотал он, оглаживая её плечо сквозь тонкую ткань гиматия, – а как это тебе так легко удалось пройти в хранилище? Встретила знакомого охранника?
– Угу… Вроде того.
– Не иначе, соблазнила, – произнёс Кадмил со смешком. Но смех вышел деланным, а собственные слова поразили его с неожиданной силой. Раньше, когда он был богом, то не знал ревности, поскольку и в мыслях не держал, что Мелита может ему изменить. Теперь же… Теперь всё стало иначе.
Мелита вдруг напряглась всем телом и высвободилась из объятий.
– Соблазнила! – произнесла она с такой ледяной гордостью, что Кадмил вздрогнул. – Ещё чего! Зачем мне смертные… когда есть ты?
Что-то незнакомое словно бы приоткрылось в её облике на миг, и тут же скрылось обратно. Кадмил, кашлянув, потёр затылок, куда опять вонзились сотни невидимых иголок.
– И то верно, – сказал он, снова привлекая её к себе. – Голову мне, может, и отрезали, но ниже пояса я по-прежнему божественно прекрасен…
Мелита упёрлась ему в грудь ладонью.
– Вот что, – сказала она твёрдо. – Иди уже. Узнай, кто во всём виноват, помоги этому твоему Акриону. И постарайся побыстрее. Гермес ты или кто?
Кадмил кивнул и всё-таки её обнял. В ответ Мелита стиснула его изо всех сил, вцепилась в спину ногтями и шумно задышала над ухом.
– Ещё кое-чего не нашёл,– проговорила она, разжимая руки. – Там, в сумке.
Он нагнулся над сумкой. Действительно, пропустил. На самом дне, придавленная полусферой «лиры», лежала старая кожаная шляпа.
– Да ты её почистила! – воскликнул Кадмил, извлекая петас на свет. – Здорово!
– Почистила, – криво улыбнулась Мелита. – Кровь почти вся оттёрлась. Только вон там, сзади пятнышко.
– Ну и пёс с ним, – решительно сказал Кадмил. – Теперь снова носить можно… Эй, а тут что?
Из тульи выпала горошина приёмника.
– Ба! – подняла брови Мелита. – Как это я её пропустила?
Кадмил
– Кажется, я знаю, как обойтись без детектора, – пробормотал он. – Приёмник-то будет ловить сигнал от передатчика. Детка, это действительно счастливая шляпа. А ты просто чудо.
– Чудо, чудо, – она махнула рукой. – Скорей делай, что задумал. Не ровен час, Локсий вернётся… Кстати, а что ты задумал?
Он объяснил.
– С ума сошёл! – завопила Мелита. – Не смей! Не пущу!
Кадмил крякнул.
– Я и сам не в восторге, – признался он. – Но иного выхода нет. Барьер ведь настроен меня удерживать…
– Всё равно! – она возмущённо всплеснула руками. – Должен быть другой способ.
– Прикидывал уже, – пожал плечами Кадмил. – Но для всех прочих способов первым делом нужно отключить барьер. А это может сделать только Локсий.
Мелита прижала ладони к губам, не сводя с него потемневших глаз.
– Только Локсий, – повторила она невнятно. – Только Локсий…
– Ну да, – кивнул Кадмил. – Причём, даже я не знаю, где он прячет контрольную аппаратуру. И надо торопиться. Ну что? Уговорил?
Мелита помотала головой.
– Какой ужас, – жалобно сказала она. – Я не буду смотреть…
Кадмил поцеловал её в щёку.
– Я тоже не буду, – заверил он. – Закрою глаза. Теперь, сделай милость, помоги мне с этими грёбаными статуями.
Вдвоём они затащили трёх Мойр на перила. Помощи от Мелиты было, разумеется, немного; Кадмил просто хотел, чтобы она занялась делом и успокоилась. Кажется, подействовало. Через четверть часа, когда всё было готово, Мелита перестала охать и причитать и даже помогла ему обвязаться верёвкой – надёжно, вокруг туловища, через грудь крест-накрест и подмышками. Свободные концы верёвки Кадмил обмотал вокруг шей Клото, Атропос и Лахесис.
– Вот, стало быть, как выглядит нить судьбы, – усмехнулся он, надевая ремни сумки поверх верёвочных петель. – Так и знал, что в мифах всё приукрасили. Обычный канат, ничего особенного.
– Боги, – простонала Мелита, глядя на него. – Я… Я просто не могу…
Он сел на перила спиной к пустоте. Барьер тут же отреагировал – боль въелась в затылок, обхватила плечи. Пока ещё нестрашная, несильная, словно бы предупреждающая: дальше ни на пядь. Не то будет хуже.
Кадмил поморщился. Кашлянул:
– Знаешь, тебе и вправду лучше идти. Побудь в комнате. Похрапи погромче. Пускай, если кто пройдёт снаружи, подумает, что я…
– Да знаю, как ты храпишь, – Мелита попыталась улыбнуться, но не слишком успешно. –Всё равно тут останусь. Вдруг что-то… совсем плохое случится?
– И чем ты мне тогда поможешь? – мягко спросил он.
– Уж придумаю что-нибудь.
Кадмил вздохнул.
– Ладно, – сказал он. – Прощай, любовь моя. Скоро вернусь.
Они поцеловались. Мелита, стиснув ладони, отступила назад, к дверям в покои.