Прах Судьбы

Нордвик В.

– Вот этим мечом был убит Архидемон! Для этого его владельцу не пришлось советоваться по десять лет с каждым из баннов Ферелдена. Для того чтобы остановить Мор потребовались не долгие слова, а стремительные действия.

Принцесса взялась двумя руками за рукоятку и слегка напряглась – меч глубоко вошел в раскрошенный цемент и легко поддаваться не хотел.

– И я настоятельно предлагаю Вам, почтеннейший эрл, последовать примеру героев нашей великой страны. – При слове «последовать» меч со звоном вернулся за спину Элайн.

– Располагайтесь, эрл! Весь замок к Вашим услугам. Вас

проводят в ваши покои, а меня, увы, ждут неотложные дела. Мы еще обязательно встретимся, да и мой любимый супруг вот-вот вернется из поездки.

Круто развернувшись, Элайн с тем же самым громким лязгом вышла из парадного зала, а Эамон схватился за голову.

– Создатель! А я-то, старый дурень, вообразил, что король у нас Алистер! Как же я ошибался!

* * *

Элайн вошла в комнату Аноры и плотно закрыла дверь.

– Ну, госпожа Анора Мак-Тир, поздравляю Вас с освобождением! – радость в ее голосе была достаточно наиграна, чтобы кого-то обмануть. Впрочем, предстоявший разговор обещал быть далеко не радостным.

Анора првернулась к королеве.

– Ты добилась своего и села на трон Ферелдена рядом с Алистером. – ее глаза злобно блеснули в сумраке плохо освещенной комнаты.

– Я так и знала, что вся эта борьба с Мором была всего лишь поводом! Я читала историю нашей страны – Серые Стражи когда-то уже пытались совершить переворот. И вот теперь им это, наконец, удалось. Мой отец был прав, преследуя вас!

Элайн громко рассмеялась.

– И вот теперь вместо благодарности за освобождение я должна выслушивать такую гневную отповедь! О, да! Сразу видно, что ты когда-то была настоящей королевой! – и улыбка стерлась с лица Элайн, словно ее и не было. После чего она сказала уже совершенно другим тоном:

– Логейн был просто слепец и не видел ничего, кроме того, что сам хотел видеть. Его свела с ума ненависть к Орлею. Но я ничуть не удивлена твоими восторгами в его адрес. Все-таки ты его дочь, и тебе полагается его защищать. Это же так естественно – когда дети держатся за мать и отца! Кстати, о детях… – Лицо Элайн напряглось, а рот стал кривиться. – Анора, у тебя есть дети?

– Ты же знаешь, что у меня нет детей! Мы с Кайланом хотели наследника, но Кайлан погиб раньше, чем мы успели…

– Правда? Вот ведь незадача! И кто же убил твоего мужа? – не заметить издевку в голосе Элайн было просто невозможно.

– Порождения тьмы… – Анора выпрямилась. – Да тебе-то что? Что тебе до моих нерожденных детей, рыжая стерва?

Последние слова королева пропустила мимо ушей.

– Сейчас узнаешь, что мне нужно. Видишь ли, я пришла порадовать тебя не только свободой.

– Ладно, хватит об этом, Винн! Я приехала к тебе не обсуждать наши прошлые приключения. И после твоего ухода я не строила никаких иллюзий на тему нашей прошлой дружбы. Лучше ответь на тот вопрос, с которым я к тебе пришла.

Бесстрастным и ровным голосом Великая целительница ответила:

– Итак, Ваше Высочество, я должна Вам сказать вот что - Вы никогда не сможете иметь детей.

Принцесса

закрыла лицо руками и покачнулась.

– Держитесь, Ваше Высочество. Жизнь не кончилась, и Вы еще сможете совершить много хорошего, если захотите.

– Это из-за скверны в моей крови, да?

– Нет,нет. Скверна в крови совершенно ни причем. Она не может помешать вам зачать дитя. Все куда проще.

Принцесса стремительно вскочила.

– Если не в скверне, значит… значит все можно исправить?! Так в чем же причина, Винн?

– Скажите, у Вас никогда не тянуло внизу спины после ночевки на холодной земле?

– Я же не дикарка из Коркари, Винн. Да ты сама видела, что в нашем лагере у всех были теплые подстилки, а я вовсе не ходила раздетой.

– Тем не менее, картина именно такова – Вы простудили свое чрево. Вспомните, может быть, Вам приходилось спать на холодных камнях в тонкой рубашке?

Элайн замолчала. Она вспомнила, когда именно ей приходилось лежать на пронзительно холодных камнях без одежды. Это было в Форте Драккон, куда ее бросили вместе с Алистером после освобождения Аноры… Той самой предательницы АНОРЫ!

– Неужели это нельзя вылечить? Это же не скверна, Винн!

– Уже поздно, Ваше Высочество. Время, когда это можно было сделать, давно ушло. Мы не боги, мы всего лишь обычные люди.

– После ночевки на холодном полу Форта Драккон, в который я попала исключительно благодаря твоей просьбе, у меня больше не будет детей! – и указательный палец королевы на секунду замер около носа Аноры.

– Тебе, так озабоченной судьбой нашей страны и происками Серых Стражей, до этого, конечно, нет дела. Тебя беспокоит государственная мудрость, а не материнство какой-то там Элайн Кусланд. Тогда скажи, бывшая правительница Ферелдена, что тебе говорит твоя мудрость о том, почему я тебя освободила? – звенящий от ярости голос королевы звучал так, словно куском стали чертили царапины по стеклу.

Анора попятилась.

– Ты просто чокнутая на своих болезнях злобная дура. Ты прекрасно могла убить Коутрин с охраной и избежать заключения в Форте Драккон. Для тебя лишний десяток смертей – просто ничто!

– Мы становимся просто демонически умны сразу после того, как что-то произошло, не находишь? Напомни, предать меня на Собрании Земель ты решилась до того, как узнала его результаты или после? Ну а что до моей злобности… Ты прекрасно знала, что если бы твой отец выиграл бой на Собрании Земель, то меня и Алистера просто-напросто бы казнили, а не посадили в башню на усиленное питание, как тебя. Ты это знала, и ты специально шла к этому. Но тебе и этого оказалось мало! Твоя просьба «О, освободите поскорее несчастную Анору!» сделала меня бездетной, тварь! – гнев Элайн сгустился настолько, что, казалось, до него можно было дотронуться.