Пожар
Шрифт:
— Ладно, — согласилась жена. — Но мне и так известно, что они скажут. — Она мягко подтолкнула Саймона к выходу. — А теперь ступай, муженек. Попроси Ханну стать хозяйкой стола. Она очарует гостей куда сильнее, чем я.
Расстроенный Саймон не ответил на прощание и вышел из комнаты. Пока он шел по коридору, из-за спины доносилось бормотание жены над картами.
Спускаясь по лестнице, мужчина услышал громкий звон, донесшийся из гостиной.
Глава 12
—
— Простите, мисс, — произнесла тихо новая горничная, Люси, разглядывая усеявшие ковер осколки. — Она… она выскользнула у меня из рук.
Горничная зарылась лицом в ладони.
— Что тут произошло? — спросил Саймон.
Джулия подняла наиболее крупный осколок
— Вдребезги, — произнесла она, грустно качая головой.
— Я же предупреждала — не бери ничего одной рукой! — накинулась на подручную миссис Мак-Кензи.
— Люси разбила любимую вазу Джулии, — объяснила Ханна отцу, приближаясь. — Конечно, ты сделала это не нарочно, девочка. Принеси веник и убери здесь.
— Я же говорила ей, что нельзя брать вазу одной рукой, — повторила миссис Мак-Кензи и отвесила дрожащей горничной затрещину. — А теперь пошевеливайся, девчонка. Ты должна здесь все вычистить. И чтоб больше никаких происшествий, поняла? До прихода гостей нам нужно сделать прорву дел.
Саймон с укоризной посмотрел на Джулию.
— По-моему, ты вылепишь вазу еще лучше прежней, — произнес он нетерпеливо. — A сегодня нам не до гончарных изделий.
Уязвленная девушка хотела было ответить, но отец повернулся к Ханне:
— Сегодня ты будешь хозяйкой стола, дочка. Твоя мама… приболела.
Девушки обменялись взглядами. Ханна взяла отца за руку.
— Конечно, я рада тебе помочь, — сказала она. — Но разве Джулия хуже меня справится с обязанностями хозяйки? В конце концов, она старше.
Саймон раздраженно отдернул руку.
— Пожалуйста! — воскликнул он резко. — Прекратим на сегодня споры и обсуждения! Я прошу тебя, Ханна, быть хозяйкой стола. И мне непонятно, о чем тут можно говорить.
И прежде чем кто-нибудь успел ответить, отец выскочил из комнаты. Младшая сестра обернулась к старшей, которая все еще сжимала в рук осколок.
— Кажется, папа не верит в меня, — замети. Джулия с грустью, бросая осколок на ковер.
— Сестричка, мне так неловко, — произнесла Ханна в расстроенных чувствах. — Но ты же знаешь, что если папа во что-то уперся, так его ничем не сдвинешь.
— Все эти приемы забирают у меня столько нервов, — Джулия вымученно улыбнулась. — Может быть, нынче вечером мне повезет. Возможно, я заставлю папу смотреть на меня по-новому.
На кухне миссис Мак-Кензи продолжала пилить Люси.
— Будь внимательней, девчонка, —
— Буду. Обещаю, — отвечала Люси тонким голоском.
Миссис Мак-Кензи протянула ей длинный лист бумаги с написанными на нем именами.
— Смотри, Люси. Это список слуг, и ты должна сюда записаться.
— Но я неграмотная, мэм, — ответила девушка го вздохом и потупила глаза.
Миссис Мак-Кензи забрала у нее лист.
— Что ж, ладно. Назови свое полное имя, крошка, и я запишу его.
— Меня зовут Люси Гуди, — тихо ответила горничная.
Экономка начала писать, но остановилась и посмотрела на девушку сузившимися глазами.
— Гуди, говоришь?
Люси кивнула.
— Ну, я бы на твоем месте не повторяла здесь этого имени. Мистер Фиар без конца твердит о каком-то семействе Гуди, которое принесло ему много вреда. Так что если хочешь, чтобы тебя не вышибли с работы, лучше помалкивай.
— Не беспокойтесь, — ответила девушка, и е «взгляд стал неожиданно жестким и холодным. — Ни одна живая душа не узнает.
Встречая гостей, Ханна стояла рядом с отцом, и ее прекрасные карие глаза сверкали от возбуждения. На ней был изящный наряд из зеленого атласа со шнуровкой. Кринолин прекрасно сохранял свою форму при движении. Юбка состояла из трех ярус и по каждому из них протянулись зеленые шнурки.
Руки закрывали короткие белые перчатки, a рукава были оторочены кружевами. Светлые волосы девушка собрала в тяжелый узел, забранный сеткой, украшенной белыми и желтыми цветами.
Джулия оделась попроще. На ней было розовое платье с белой шнуровкой, сильно обнажавшее плечи. Блестящие черные волосы обрамляли лицо завитками.
— Ты выглядишь чудесно, — прошептала Ханна сестре. Она понимала, что та изрядно потрудилась над своей внешностью. И чтобы ободрить ее, продолжала: — Папа это обязательно заметит.
«Джулия никогда не была красавицей, — подумала Ханна с некоторой грустью. — Но стоило ей приодеться, и она совсем преобразилась. Вот если бы только она не молчала и не стояла, сложив руки на груди».
Сперва гостям предложили вина в библиотеке Саймона. Большая квадратная комната, отделанная темным деревом, по всем стенам которой тянулись книжные шкафы, больше всего подходила для того, чтобы обсуждать вопрос о строительстве публичной библиотеки.
Ханна лезла из кожи вон, чтобы казаться хорошей хозяйкой. Она скакала от гостя к гостю, сверкая глазами и тепло улыбаясь. Девушка болтали и шутила с Харланом Клейборном, не забыла одарить улыбкой и мэра Брэдфорда.
Немного спустя Саймон пригласил собравшихся посмотреть только что собранную коллекцию оружия и формы участников гражданской войны. И лишь после знакомства с экспонатами гости проследовали в столовую, чтобы наконец приступить к ужину. Саймон шел впереди под ручку с Ханной.