Пойми себя
Шрифт:
Когда Рита завершила работу, Бетти взглянула в зеркало и не узнала себя – лицо у нее стало как у юной девушки.
– Вызвать визажиста? – спросила Рита.
– Нет, благодарю. Сегодня я больше никуда не собираюсь. Отсюда сразу домой.
Рита улыбнулась.
– Заходите почаще. Мы, женщины, не должны себя запускать. В отличие от мужчин нам нельзя расслабляться. Для нас это непозволительная роскошь.
В ответ Бетти оставалось лишь кивать.
Расплатившись в кассе, ободренная и словно сбросившая с плеч тяжкую ношу, она выпорхнула
Даже дорога домой показалась ей сегодня не такой долгой. Кроме того – о чудо! – ни разу не пришлось стоять в пробке, хотя был самый час пик.
Позже, готовя на кухне незамысловатый ужин, Бетти поймала себя на том, что напевает. Обнаружилось это примерно в середине процесса стряпни. Она вынула из холодильника покрытый инеем шницель-полуфабрикат и положила на разогретую сковородку. Затем поместила замороженное картофельное пюре в микроволновую печь и принялась искать консервный ключ, чтобы с его помощью вскрыть банку с маслинами.
Тут-то Бетти и сообразила, что фраза из известной песенки «У меня есть ты, детка» не просто вертится в ее мозгу, а она напевает эти слова!
Открытие настолько удивило ее, что она даже застыла с поднятой над ящичком кухонного стола рукой, на миг позабыв, зачем выдвинула его. Такого хорошего настроения у нее не было с незапамятных времен.
Ну и замечательно! – подумала Бетти. Уверена, Майкл порадовался бы за меня.
Задорно тряхнув головой, она продолжила рыться среди мелких кухонных приспособлений.
Вскоре консервный ключ обнаружился, и Бетти открыла маслины. Потом она перевернула шницель, чтобы поджарилась другая сторона, и вынула из холодильника большой темно-красный салатный перец. Тот показался ей таким красивым, что даже жалко было резать. Но, полюбовавшись немного аппетитным овощем, Бетти все-таки пустила его под нож. Та же участь постигла и несколько веточек петрушки.
Выложив перец на блюдце, оливки в хрустальную розетку, шницель с пюре на тарелку и посыпав блюдо петрушкой, Бетти принялась за еду.
Но сначала она сделала еще одну не совсем обычную для нее вещь – включила телевизор.
Тот находился здесь же, на кухне, однако Бетти почти никогда им не пользовалась, потому что предпочитала за едой просматривать газеты или журналы. Сейчас же у нее вдруг возникло желание посмотреть хороший фильм. Только не слезливую мелодраму – этого и в ее собственной жизни хватало, – а комедию, или боевик, или… что это? А, ну да, триллер тоже сойдет.
Ела Бетти медленно, потом поставила тарелки в посудомоечную машину и переместилась в гостиную. Там, включив большой телевизор и удобно устроившись на диване, она продолжила наблюдать за тем, как некое рогатое и крылатое чудище гоняет по подземным лабиринтам кучку ополоумевших от ужаса спелеологов.
Минут через двадцать Бетти вспомнила о своем кулинарном шедевре и вновь ненадолго удалилась на кухню.
Лежа в постели, Бетти подвергла анализу нынешний день и пришла к выводу, что в ее душе произошел какой-то сдвиг: слежавшиеся за два долгих года пласты эмоций шевельнулись. Верхние, особо мрачные и заскорузлые, чуть подались в сторону, словно готовя место для чего-то более пластичного и свежего, что поднималось изнутри.
Бетти долго прислушивалась к себе и в итоге решила, что все эти перемены ей нравятся.
Ее не покидало чувство, будто она возрождается для чего-то.
Для чего?
Этот вопрос оставался без ответа. Сколько Бетти ни искала разгадку свершающихся в ее душе метаморфоз, так ничего и не нашла. Но то, что происходило это неспроста, было для нее очевидно.
Уснула Бетти не просто легко и спокойно, но даже с улыбкой на губах.
На следующий день она позвонила Мэту из редакции и сказала, что принимает его предложение.
– Вот и замечательно, – обрадовался тот. – Молодец! Я позабочусь, чтобы к твоему приезду все подготовили. Потом завезу тебе ключи, и в путь!
Дня за три до отъезда в квартире Бетти раздался телефонный звонок.
Дело было поздним вечером, она только что приняла душ, перед тем как лечь в постель, и сейчас промокала полотенцем влажные волосы.
– Да? – произнесла Бетти в трубку.
– Здравствуй, дорогая.
Ах, чего бы только она ни отдала, чтобы эти слова были произнесены другим голосом! – К сожалению, реальность мечтам не соответствовала.
– Здравствуй, Феликс.
– Прости, если потревожил тебя.
– Ничего, я еще не сплю.
Повисла небольшая пауза, потом Феликс произнес с несколько смущенным смешком:
– Я тут подумал… Может, сходим куда-нибудь в ближайший уикенд? В театр, ресторан…
Бетти не ожидала ничего подобного, поэтому слегка растерялась.
– Я… э-э… – Она не собиралась никуда идти с Феликсом, но соображения вежливости не позволяли просто так отказать. Однако повода уклониться от ненужной встречи быстро не нашлось, поэтому Бетти произнесла первое, что напросилось на язык:
– Я бы с удовольствием сходила с тобой куда-нибудь, но, боюсь, из этого ничего не получится.
– Вот как? – В голосе Феликса прозвучало не столько разочарование, сколько досада.
Всегда чутко улавливавшая оттенки тона собеседника Бетти удивилась данному обстоятельству, но не придала особого значения. В эту минуту ей больше всего хотелось поскорее закончить разговор.
– Да. Я не смогу составить тебе компанию.
– Ты… будешь занята?
– В некотором роде.
На минутку наступила тишина.