Поймать Уинтер
Шрифт:
14
ГАБРИЭЛЬ
Мне нужно время, чтобы остыть. Хотя заставлять Уинтер делать мне минет было горячо, а заставлять её кончать столько раз, несмотря на её комплекс превосходства, было ещё горячее, не говоря уже о том, чтобы трахнуть её в задницу и кончить прямо в неё, я всё ещё крайне разочарован тем, как она относится ко мне теперь, когда к ней вернулись воспоминания. Как будто мы были на правильном пути, соединялись
Я видел в её глазах, что причинил ей боль своим холодным отношением после того, как мы переспали, и это делает меня одновременно виноватым и удовлетворённым. Я не хочу причинять ей боль. Но в последнее время мне кажется, что это единственный способ вызвать у неё какие-то чувства, кроме отвращения и презрения ко мне. И я чертовски ненавижу, когда на меня смотрят свысока, особенно те, кто считает себя лучше меня только потому, что у их семьи есть деньги или нужные связи. Я ничем не хуже этих богатых ублюдков, только мне пришлось бороться и прокладывать себе путь в этом мире. Никто не давал мне серебряную ложку. Мне пришлось заслужить всё, что у меня есть, и, как бы скромно это ни выглядело, мне нравится моя жизнь гораздо больше, чем жизнь богача, который не может вытащить палку из своей задницы и понять, что он, как и все мы, испражняется не золотом. И я бы предпочёл, чтобы Уинтер страдала от моей холодности, чем чтобы она продолжала вести себя отстранённо, как человек, считающий меня своим слугой или сторожевым псом.
Сидя в клубе и дуясь на свою бутылку пива, я размышляю о том, что делать дальше. Я не хочу оставлять Уинтер одну в комнате. Я не хочу, чтобы наши обиды накапливались. Но я также не могу смириться с тем, что она отвергает меня только потому, что я не соответствую ожиданиям её семьи в плане богатства и социального положения. У неё даже нет семьи, которой она могла бы пытаться что-то доказать. А без меня у неё не было бы даже жизни. Так с чего она взяла, что она лучше всех? Только потому, что раньше она ела икру и стейк вагю, а не пиццу и бургеры? Это чушь.
Я опрокидываю в себя остатки пива. Прошло уже несколько часов. Возможно, у неё было достаточно времени, чтобы решить, чего она на самом деле хочет. По боли в её глазах я понимаю, что она не хочет, чтобы я её отверг. Что бы она ни говорила, ей нравится, что я её хочу. И судя по тому, как её тело реагирует на меня, она тоже меня хочет. Но я не хочу продолжать эту игру.
Отодвинув пустую пивную бутылку по барной стойке, я встаю и направляюсь к двойным дверям, ведущим в жилую часть клуба. Пора встретиться с этим лицом к лицу. Я даже не удосуживаюсь оглядеть гостиную, направляясь к своей двери и распахивая её.
Но когда я захожу в свою комнату, меня встречает полная тишина. Уинтер нет.
— Блядь, — выдыхаю я. Куда она убежала на этот раз? Достав свой телефон, я звоню Старле на случай, если Уинтер решил сбежать к ней.
— Привет, Гейб. Как дела? — Старла приветствует меня. По её тону я понимаю, что она не ожидала моего звонка, и это не сулит ничего хорошего.
— Привет, а Уинтер случайно не с тобой?
— Уинтер? Нет. А что? Она пропала? — В её голосе слышится
— Э-э, нет, не волнуйся. Я вспомнил, как она упомянула, что хочет с тобой поговорить, но, видимо, решила, что это может подождать. Я уверен, что она где-то рядом. Спасибо. — Я быстро вешаю трубку, прикусывая нижнюю губу.
Если Уинтер не со Старлой, то у меня есть смутное подозрение, что она снова пыталась вернуться в город, и чем меньше людей об этом знают, тем лучше. Если Старла расскажет об этом Марку, он может решить, что исчезновения Уинтер слишком опасны. Я провожу руками по волосам и тяну их, обдумывая свой следующий шаг. Я знаю, что мне нужно её найти, но не знаю, с чего лучше начать. Неужели она уговорила кого-то из «Сынов дьявола» отвезти её в город? Надеюсь, что нет, после той сцены, которую я устроил вчера. Но лучше проверить, прежде чем я поеду прямо в город.
Возвращаясь в клуб, я оглядываю помещение, чтобы проверить, кто отсутствует, кто мог бы рискнуть и подвезти её. Марк уже здесь, он хмурится, как и Джереми, с которым Марк тихо разговаривает. Холодный страх подкрадывается к моему сердцу, и я направляюсь к ним, чтобы узнать, что случилось, и боюсь, что Уинтер уже заметили.
— А, Габриэль. Я рад, что ты здесь. Я только что узнал, что университетский дом наследников Блэкмура загорелся. Они просят нас о помощи, поэтому я хочу собрать команду и отправиться туда как можно скорее.
У меня закрадывается подозрение, что Уинтер как-то связана с пожаром. У неё было несколько часов, чтобы добраться до города, что было вполне возможно, если она поймала попутку возле здания клуба. И если к ней вернулась память, она знает, где найти Афину и университетский дом.
— Я могу об этом позаботиться. Я возьму с собой несколько ребят и отправлюсь прямиком туда. Тебе не нужно идти. — Если я смогу удержать большую часть клуба подальше от места происшествия, у меня будет больше шансов навести порядок после Уинтер, и её не поймают. Я уверен, что если её поймают, то это будет означать конец её пребывания в «Сынах дьявола» и её защиты, если не конец её жизни.
Марк коротко кивает, но хмурится ещё сильнее.
— Ты уверен, что это всё, что тебе нужно? А что, если пожар выйдет из-под контроля?
— Они бы вызвали пожарных, если бы ситуация вышла из-под контроля. Кроме того, небольшая группа может добраться туда быстрее. — Я показываю большим пальцем через плечо на Рико, Далласа и Нейла, которые играют в бильярд неподалёку. — Моя команда здесь. Их будет легко уговорить.
— Тогда вперёд.
Направляясь прямиком к бильярдному столу, я привлекаю внимание трёх своих друзей.
— У нас есть работа. Сейчас. Пойдём.
Рико хмурится, но Даллас и Нейл кладут свои кии на стол и с предвкушающими улыбками присоединяются ко мне.
— Куда? — Спрашивает Нейл.
— Что за мероприятие?
— В резиденцию Блэкмур в университетском кампусе. — Я направляюсь к двери, и они идут за мной. — Судя по всему, там пожар.
Даллас вопросительно поднимает брови, но больше никто ничего не говорит. Через несколько мгновений мы уже сидим на мотоциклах и мчимся по извилистым дорогам в город. Несмотря на все их недостатки, я должен сказать, что в критической ситуации мои друзья незаменимы. Они не колеблются и не задают вопросов, по крайней мере, до тех пор, пока работа не будет сделана.