Поймать Уинтер
Шрифт:
Смахивая слёзы, я беру себя в руки и встаю с кровати. Мои руки и ноги словно желе после многочисленных оргазмов, которые я испытала за такой короткий промежуток времени. Но я продолжаю. Если Габриэль даже не хочет показать мне, что я ему нужна, то зачем мне оставаться? Мне нужно думать о других вещах, помимо своих чувств к Гейбу, поэтому я отгоняю боль на задний план. Вместо этого я сосредоточусь на мести. Теперь, когда я знаю, кто виноват во всех моих несчастьях, пришло время ответить тем же.
Афина и её дружки из Блэкмура поплатятся.
Поскольку
Надев облегающее тёмно-синее платье-свитер с длинными рукавами и дизайнерскую кожаную куртку, я собираю волосы в высокий хвост и обуваюсь в байкерские ботинки. Затем я подхожу к двери и тихо приоткрываю её. В коридоре и гостиной, как обычно, никого нет, но я всё равно на цыпочках иду по коридору к задней двери. Никто не пытается меня остановить и даже не замечает, как я выхожу на улицу и направляюсь к дороге.
Вместо того чтобы подвергать ещё одного «Сына дьявола» опасности быть избитым, я найду незнакомца, который отвезёт меня в город. Преимущество Блэкмура в том, что люди здесь более охотно помогают случайным путникам. Так что, если никто из членов клуба меня не заметит, я, вероятно, смогу добраться до города, потратив немного времени и сил.
Солнце уже садится, когда я начинаю идти по дороге, и я плотнее запахиваю куртку, чтобы не замёрзнуть. По дороге я думаю о Гейбе. Я разрываюсь между осознанием того, что он мне не подходит, и чувством, что он — единственный мужчина, которого я действительно хочу. Когда я позволяю себе подумать о том, как моё тело реагирует на него, как мне весело, когда я расслабляюсь и перестаю думать, я понимаю, что из нас могла бы получиться хорошая пара.
Его напор и сила одновременно воодушевляют меня и заставляют чувствовать себя в безопасности. И если быть честной с самой собой, мне нравится его собственническое поведение, хотя бы потому, что оно позволяет мне чувствовать себя особенной, чего я нечасто испытывала. Конечно, я всегда была особенной, ведь я дочь влиятельной семьи из Блэкмура. Но благодаря вниманию Гейба я чувствую, что он видит меня. Что он считает меня особенной, возможно, даже несмотря на мою фамилию и деньги.
И всё же его склонность игнорировать мою значимость бесит меня, и я не уверена, что смогу смириться с переходом от богатой жизни к роли девушки байкера. Даже если это странным образом даёт мне такую же власть. Роль девушки Габриэля придаёт мне сил через страх, в то время как роль Ромеро давала мне власть через деньги.
Фары освещают дорогу передо мной, и я вытягиваю руку, чтобы привлечь внимание водителя маленького седана, который сворачивает на дорогу. Машина замедляет ход, и я бегу к пассажирской двери, пока водитель опускает стекло.
— Немного поздновато для прогулок по дороге, не так ли? — Говорит мужчина средних лет, перегибаясь через машину, чтобы посмотреть на меня. Он выглядит вполне невинно: слегка выпирающий живот, седеющие волосы и очки в толстой оправе. Его деловой костюм говорит о том, что он едет домой с работы.
— Да, я опоздала на свой транспорт. — Я пожимаю плечами, стараясь выглядеть невозмутимой. — Моя машина сейчас не на ходу, так
— Куда ты направляешься? — Спрашивает мужчина.
— В Блэкмурский университет?
— Запрыгивай. Я как раз туда еду.
Я без колебаний открываю дверь и сажусь в машину.
— Большое вам спасибо. Вы избавили меня от нескольких часов пешей прогулки.
— Без проблем. — Мужчина трогается с места, как только я закрываю дверь, и я пристёгиваюсь, пока мы едем по извилистым дорогам в город.
Дорога занимает совсем немного времени, и вместо того, чтобы вести неловкий разговор, я смотрю в окно на мелькающие мимо деревья.
— Куда в кампусе тебя подкинуть? — Спрашивает мужчина, когда мы подъезжаем к периметру университета.
— На самом деле здесь будет хорошо, — говорю я.
Он съезжает на обочину, и я улыбаюсь ему.
— Спасибо, что подвезли! — Я выскакиваю из машины и закрываю дверь, не дав ему задать вопрос, который звучит как вопрос о том, куда я направляюсь. Мы достаточно близко к общежитию, так что он наверняка догадается. Я машу ему и иду в сторону кампуса, пока он не отъезжает и не скрывается в быстро темнеющем вечере. Затем я поворачиваю обратно к хозяйственному магазину, мимо которого мы проехали всего несколько минут назад. Уже поздно, но он всё ещё открыт.
Пройдя через раздвижные стеклянные двери, я иду в отдел товаров для кемпинга и просматриваю полки в поисках чего-нибудь, что поможет разжечь огонь. Это должно быть эффективное, но компактное средство, ведь у меня нет денег, чтобы купить то, что я хочу. Придётся украсть это. Внутри достаточно тихо, и я остаюсь единственным посетителем в проходе. Прежде чем кто-то присоединяется ко мне, я прячу под куртку подмышку дорожную упаковку длинных спичек.
Если это всё, что я могу достать, то сойдёт и так, но я бы предпочла найти жидкость для розжига. Рядом с грилем в конце прохода стоит маленькая баночка с жидкостью для розжига. Бросив быстрый взгляд, чтобы убедиться, что никто не наблюдает, я засовываю канистру в карман куртки. К счастью, это довольно плоский контейнер. Затем я направляюсь к двери.
— Могу я вам чем-нибудь помочь в поисках? — Спрашивает кассир, подходя ко мне, когда я направляюсь к выходу.
— О, эм. — Я поднимаю взгляд на высокого парня, который, должно быть, всё ещё учится в старших классах. Его кожа покрыта прыщами, и он выглядит так, будто ещё не дорос до своей формы. — На самом деле, это немного неловко, но мне просто очень нужно было в туалет.
Румянец, вспыхнувший на моих щеках от этой лжи, не повредит откровению, а покрасневшие уши парня в ответ говорят мне, что он не будет настаивать дальше.
— О, эм, да. Тогда спокойной ночи. — Он прочищает горло и возвращается за стойку.
— Спасибо! — Я бросаюсь к двери так быстро, как только могу, не вызывая подозрений. Только когда я оказываюсь на улице и заворачиваю за угол, я позволяю себе перевести дух. Я поражаюсь тому, какое воодушевление испытываю каждый раз, когда краду что-то в магазине. У меня никогда не возникало желания что-то красть, когда у меня были деньги, чтобы свободно тратить их. И всё же я не могу отрицать, какое возбуждение я испытываю, когда знаю, что взяла что-то, не заплатив за это, и как бьётся моё сердце, когда я убеждаюсь, что мне это сошло с рук.