Появляется всадник
Шрифт:
Все это организовала леди Торрент. По—прежнему стеснительная — опасности и лишения, которые ей пришлось пережить, когда она спасала мать, ничуть не изменили ее, — она нашла в себе унаследованные от матери твердость и талант собрать людей и все необходимое в нужное время в нужном месте. Как и ее сестра Мисте, она быстро подружилась с Теризой, и они провели множество часов, обсуждая свадьбу, наперекор торопливости Джерадина, к его вящей радости и удовольствию.
Тем не менее, Териза была озадачена своим новым положением; она не знала, как относиться к тому, что король Джойс объявил ее наследницей
Однако гораздо более впечатляющим, чем украшения, музыка и празднество, которое организовала Торрент, был список гостей, прибывших на свадьбу.
Возглавляли его, конечно, король Джойс и королева Мадин. Время от времени они пожимали друг другу руки, а королева смотрела на Теризу и Джерадина так, словно вступали в брак ее собственные дети. По слухам, их воссоединение сопровождалось бурными сценами еще долго после ее возвращения в Орисон. Поговаривали, что королева была в ярости от того, как он к ней отнесся, из—за отказа разделить с ней свои тайны, посвятить ее в свои планы; все его протесты и попытки объясниться лишь распаляли ее гнев. Но известно об этом лишь по слухам. Правда же заключалась в том, что время от времени король появлялся из своих покоев с таким видом, словно предпочитал такой мирной жизни любую войну.
Тем не менее, к свадьбе они закончили спорить, разрешили все противоречия и снова начали наслаждаться обществом друг друга. Вероятно, король последовал ее совету, выбрав Торрент наследницей. Со своих высоких тронов в конце бального зала они удовлетворенно улыбались собравшимся и друг другу, словно были довольны, как никогда. Первым среди гостей — не по рангу, а по важности — был принц Краген, Высший Регент Кадуола, и его супруга, леди Элега. Их брак послужил основой, на которой король Джойс и монарх Аленда строили новый союз, укрепляя мир. Желая предотвратить попытку восстановления тирании в Кадуоле, желая связать все три королевства узами власти и семейственности и общими интересами, сын монарха и дочь короля заняли и прежний престол Фесттена в Скарабе.
Идея принадлежала Джойсу, но Маргонал быстро согласился. Он уже начал понимать ход мыслей своего старого врага. И его собственные соображения были не хуже…
Слепой, слабый, усталый, не желая переживать все тяготы второго путешествия в Орисон, монарх Аленда вместо себя послал на бракосочетание своего нового Претендента; человека, который по званию занимал более высокое положение, чем все прочие в Орисоне, за исключением короля Джойса и королевы Мадин, потому что он был представителем Маргонала и его возможным наследником.
Новым алендским Претендентом был Найл.
Появившись на церемонии, он все еще выглядел ошеломленным и несколько сбитым с толку тем, как сложились обстоятельства. Но когда Краген стал Высшим Регентом в Кармаге, Маргоналу понадобился новый Претендент, и монарх Аленда почувствовал в Найле человека с недавно пробудившимся, но удивительным чутьем на опасность. Осторожность, объявил монарх, — основополагающий инструмент для всякого, кто хочет править Скарабом
Найл поначалу отказывался от такой чести — или такого бремени. Он утверждал, что не заслуживает ее, недостоин. Но потом король распорядился, и ему пришлось согласиться.
В донесениях, приходивших к королю Джойсу, сообщалось, что Найл доказал: несмотря на сомнения в себе, он именно тот Претендент, какого хотел видеть Маргонал.
За алендским Претендентом и Высшим Регентом с супругой стоял новый Смотритель Дарсинт и его юная жена леди Мисте.
Король Джойс и королева Мадин с удовольствием объединили бы свадьбы Дарсинта с Мисте и Теризы с Джерадином; но Дарсинт твердо отказался от публичной церемонии. С другой стороны, он без колебаний принял место Смотрителя.
Командование, доставка продуктов, передвижение и расквартирование людей и животных, дисциплина и оборона — в этом Воин Гильдии разбирался прекрасно. А его личные заслуги в битве при Эсмереле обеспечили невероятный авторитет, который помог ему разобраться во всем в те дни, пока он знакомился с новой работой. Вдобавок с ним всегда были поддержка и советы Мисте, которая, несмотря на свои «романтические настроения» (а может быть, благодаря им), обладала чувством практичной этики, которая сдерживала его побуждения и управляла ими.
За Смотрителем и его женой стояли лорды провинций сообразно тому, какую роль они — или их предшественники — сыграли в войне короля. Первыми стояли Тор, Пердон и Термиган; потом Файль и Домне и последним — Армигит.
Новый Тор был одним из сыновей старого лорда—говоря откровенно, единственным из сыновей, кто пожелал занять такое положение. А вот старый лорд Пердон погиб, не оставив детей, а его вдова решительно отказалась стать первой женщиной—наместником в истории Морданта, не веря, что это даст ей что—нибудь, кроме непосильных трудов.
— Вы лишили меня мужа и друзей, милорд король, — запротестовала она. — А сейчас вы хотите лишить меня спокойствия?
Поэтому король с блеском в глазах, которые то весело щурились, то порой враждебно сверкали, отдал Пердон Артагелю.
Артагель протестовал намного резче, чем вдова старого лорда; но король Джойс лишь улыбался и продолжал сверкать глазами. Наконец, когда его терпение иссякло, он буркнул:
— Будь рассудителен, Артагель. Ты не можешь оставаться лучшим фехтовальщиком Морданта всю оставшуюся жизнь. Годы возьмут свое. И шрамы уже не дают тебе покоя. Самое время заняться другим делом.
Поэтому Артагель согласился — с плохо скрываемым раздражением, которое скоро исчезло, когда он осознал, что новое положение в Скарпинге дает ему возможность наконец—то обзавестись домом… а может быть, даже семьей.
Что касается Термигана, то все ждали, что он откажется прибыть на свадьбу, не из зазнайства, а потому что он был слишком занят, заново отстраивая Стернваль. Тем не менее, он не просто прибыл, а прибыл в высшей степени торжественно. Кроме того, привез с собой полный фургон с рострумским вином в качестве свадебного подарка; дар, которые некоторые считали достойным лишь короля, слишком прекрасным для каких—то Теризы и Джерадина.