Повторный брак
Шрифт:
– Вы что, полагаете, будто она готова лечь с любым мужчиной, даже если ненавидит его? Вы это хотели сказать?
Майк помотал головой.
– Я только сказал…
– Думаю, вам лучше заткнуться и послушать, что я говорю! – посоветовал Дэйв; в его тоне звучала явная угроза, живые голубые глаза сверкали яростью, он бешено жестикулировал, подчеркивая каждое слово движением руки. – Если вы достаточно нравитесь Глэдис для того, чтобы она спала с вами, вы должны пасть на колени и благодарить Господа Бога и свою счастливую звезду, неблагодарный глупец! Как вы только посмели обвинить ее в том, что она просто так прыгнула ко мне в постель!
Та ярость, с которой Дэйв отстаивал ее доброе имя, ввергла Глэдис в бездну смущения. Почему ему вдруг пришло в голову защищать ее от гнева Майка? Изо всех непредсказуемых поступков Дэйва этот, безусловно, самый ошеломляющий! Какая ему польза от того, что он даст ей возможность помириться с Майком, если не желает, чтобы она стала женой этого человека?
Или ему уже все равно?
Может, он уже получил от нее все, что хотел, и теперь просто возвращает ее назад в объятия Майка?
Глэдис посмотрела на своего потенциального жениха, чтобы выяснить, какое впечатление произвел на него монолог Дэйва. Лицо Майка снова покрылось красными пятнами. Он был не из тех, кто легко, без борьбы способен признать свою неправоту.
– Если вы этого не делали, – проговорил он, – тогда что же тут произошло? И почему она была раздета?
– Что ж, – произнес Дэйв уже более спокойным тоном, – разве это не очевидно?
– Нет.
Глэдис перевела взгляд на Дэйва, заинтересованная тем, как он выпутается. Может, ему фантазия отказала? Но на лице Дэйва уже возникло такое выражение, как у директора школы, отчитывающего ленивого и нерадивого ученика.
– Вся причина в том, что у вас грязное, недостойное, отвратительное воображение, – объявил он. – На деле же все просто. Я позвонил Глэдис домой и сообщил, что хочу видеть ее по вопросу…
– Вы позвонили Глэдис! – прервал его Майк с явным недоверием. – Ее мать сказала, что это Глэдис звонила вам!
Дэйв вздохнул – безгрешный, невинный мученик, да и только.
– Я пытался изложить всю историю вкратце. Сперва я позвонил Глэдис, но она не пожелала со мной говорить. Однако потом ее сострадательная натура взяла вверх, и она перезвонила.
– А зачем вам нужно было с ней встречаться? – Видно было, что подозрения Майка еще не развеялись.
– С тех пор как мы с Глэдис разошлись, у нас остались кое-какие неоконченные финансовые расчеты. Тогда она, можно сказать, субсидировала меня. И я хотел вернуть долг. Глэдис уступила моей просьбе – при условии, что она заедет ко мне в контору, где сможет чувствовать себя в безопасности. Она отказалась брать деньги. И тогда я привез ее сюда, надеясь в спокойной обстановке, не спеша объяснить все. Вот как это было.
– Я вам не верю, – задумчиво пробормотал Майк. Он с сомнением посмотрел на Глэдис, но тут Дэйв заговорил снова, не дав времени задать ей прямой вопрос.
– Это потому, что вы так долго общаетесь со школьниками, с этими развращенными сопляками. В мире бизнеса мы привыкли к большей прямоте. Теперь, когда Глэдис согласилась принять пару миллионов долларов…
– Я вовсе не соглашалась! – воскликнула Глэдис. Дэйв зашел слишком далеко.
– Я же сказал, что не дам тебе ничего есть, пока не согласишься. Ты съела весь свой ужин.
– Потому что была голодна, – ответила она. Дэйв задумчиво склонил голову.
– Разумно, – наконец вымолвил он и снова обратился к Майку. – Как бы то ни было, мы оба вымокли под дождем – вымокли до нитки. Глэдис пришлось положить вещи в сушилку, и поэтому вы застали нас обоих в халатах. Теперь, надеюсь, вы удовлетворены? Майк потряс головой.
– Просто кошмар какой-то.
– Ну, может, там, откуда вы прибыли, дождя и не было, но у нас в Лос-Анджелесе разразилась настоящая гроза, – продолжал молоть языком Дэйв. – Да что там гроза – тропический ливень! Даже матери Глэдис придется признать это. И признает, будьте спокойны. Если, конечно, она уже прилетела домой и поставила помело в угол.
– Да, – подтвердила Стефи, на нее как на союзника явно можно было положиться. – Я видела, как они оба бежали под дождем. Лило как из ведра. Наверняка на них и нитки сухой не осталось.
Глэдис мучительно захотелось обрушить этот потрясающий карточный домик, где ложь громоздилась на ложь. Она прекрасно понимала, почему Стефи так живо присоединилась к разговору. Она мечтала, чтобы Глэдис помирилась с Майком, тогда ей не придется делить Дэйва с его бывшей женой.
Но здравый смысл заставил Глэдис придержать язык. Ей будет легче жить с этим безумным объяснением, чем рассказать всю правду. Особенно в том, что касается Майка. Ему и так здорово досталось за сегодняшний день – зачем наносить новые раны…
Со стороны входной двери раздался громоподобный стук.
– Полиция!
Дэйв закатил глаза, развернулся на каблуках и отправился к дверям, чтобы предстать перед законом, а точнее, его присными. Стефи последовала за ним, как преданная собачонка. Каковой она, по сути, и являлась, злорадно подумала Глэдис. Под внимательным, неотрывным взглядом Майка она вышла из комнаты первой, гордо подняв голову, с видом оскорбленной праведницы. Майк плелся по пятам.
На пороге большой комнаты стояли двое здоровенных полицейских, с интересом изучавших обстановку. Появление великолепной четверки отвлекло их от этого философского занятия.
– Есть проблемы? – осведомился один из них деловым тоном.
– А, офицер… – Дэйв пошел ему навстречу с выражением облегчения и благодарности на подвижном лице. – Рад вас видеть.
Он указал на Майка.
– Вот этот человек вломился ко мне в дом и угрожал физической расправой. Если вы можете выдворить его отсюда…
– Постойте-постойте, – прервал его полицейский. – Мы получили жалобу совершенно иного рода.
Но Майк уже шагнул вперед и, схватив Глэдис за руку, потянул за собой.
– Да, это касалось моей невесты – вот она. А этот тип, – он указал на Дэйва, – похитил ее.
Полисмен с любопытством посмотрел на Глэдис.
– Вы мисс Глэдис Ньюмен?
– Да, офицер. Но, боюсь, здесь какое-то чудовищное недоразумение, – быстро продолжила она. – Присутствующий здесь мистер Флэвин… – она кивнула на Дэйва, – собирался дать мне пару миллионов долларов, и…
Она захлопнула рот, в ужасе сообразив, что сама поддерживает безумные фантазии Дэйва. Но, с другой стороны, что еще ей оставалось делать?