Повстанец

Шульгина Татьяна Павловна

Владелица школы, подруга Джейми, прочила ему большое будущее, обещая отдать его не меньше чем дочери министра или особе приближенной к императрице. Я же знала, что Джейми всегда мечтала о том, что ее сына возьму я. Она не оставила эту идею даже когда мы с Кайлой начали встречаться. Они с моей матерью решили, что это будет очень удобно, если мы с Кайлой поженимся, а я возьму ее младшего брата, чтоб от него родить детей. Кайлу такой подход матерей страшно взбесил. Она и слышать не хотела об этом, а злость вымещала на брате. Я

пыталась убедить ее, что он тут ни при чем и не виноват в решении женщин, но Кайла редко меня слушала. Она была упрямой и своенравной. Когда наш роман сошел на нет, она немного успокоилась и оставила брата в покое.

– Может быть, вы все, наконец, уберетесь отсюда и дадите мне спокойно поговорить с Наоми? – услышала я недовольный голос Кайлы и перевела взгляд на нее.

– Мы будем тут, – Джейми поправила ее волосы и подушку и направилась к двери.

Муж уже ждал ее там, взявшись за ручку. Тетя поджала губы, но тоже пошла следом за сестрой.

– И этого с собой заберите, – девушка кивнула в сторону брата.

Он явно не намеревался оставаться, просто ждал, пока все выйдут, но Кайле не терпелось остаться со мной наедине.

Я приблизилась и села на край кровати рядом с ней, чтоб отвлечь от родни. Она перевела взгляд на меня. Палата опустела, и мы остались одни.

– Как они все мне надоели, – вздохнула Кайла и устало закрыла глаза. – Слава богу, ты пришла, и я могу хоть так от них отделаться.

– Как ты? – я не желала развивать эту тему и выслушивать ее жалобы на родственников.

– Да неплохо, если учесть, что я тут валяюсь уже черт знает сколько, – ответила она и закатила глаза. – Ненавижу все эти больницы. И почему я не сдохла? Проклятые таблетки, надо было все выпить.

– Зачем ты это сделала? – спросила я, с жалостью глядя на ее измученное бледное лицо.

Она не ответила, опустив взгляд.

– Кайла, что с тобой происходит? Ты же сильная, – я взяла ее за руку.

– Зачем Ты это сделала? – спросила она вместо ответа.

Я недоумевая смотрела на нее.

– Ведь ты же знаешь, что это сплошное лицемерие, – продолжала она, качая головой. – Неужели ради матери и ее желания, во что бы то ни стало свести тебя с самцом?

– Кайла, о чем ты говоришь? – искренне не понимала я.

– Я говорю о той особи, что теперь живет с тобой рядом, – объяснила она с презрительной усмешкой. – Ведь это же смешно, Наоми. Ты и мужчина.

Я была так поражена и взволнована, что не сразу нашлась с ответом.

– Не верю, что за три года ты стала такой же, как все эти лицемерки и шлюхи, – продолжала она. – Эти твои подруги, что не мыслят себя без наложников. Ты же не такая. Зачем тебе понадобился мужчина, Наоми? Разве тебе недостаточно было моей любви? Я же на все ради тебя готова.

– Кайла, – я отрицательно мотнула головой, и подняла руку, чтоб она замолчала хоть на миг. – Я не понимаю, о чем ты говоришь? О какой

любви? За эти три года я тебя видела всего несколько раз. Ты всегда в окружении поклонниц, ты выглядела счастливой. Я была уверена, что у тебя все хорошо. И вот ты появляешься, говоришь о своей любви, пытаешься свести счеты с жизнью, и хочешь, чтоб я поняла тебя?

– Не было ни дня, чтоб я не думала о тебе, – она взяла меня за руку. – Но ты всегда так занята. Мисс Вуд не до подруги детства, она руководит, она отдает приказы, а в свободное время она со своими маленькими шлюшками и толпой самцов. Прости, но я не могу понять, как можно водить дружбу с держательницей борделя?

– Ты не знаешь Синди, она хороший человек, – я опустила взгляд. Конечно, это было не самое выгодное общество для приличной женщины, тем более женщины такого уровня как я, но все же Синди была моей подругой и ни разу не подвела.

– Она держит бордель, – Кайла поморщилась. – Это все равно что рабовладелец, даже еще хуже.

– Оставим моих подруг, ладно? Разговор сейчас не о них, а о тебе, – сказала я сурово. – Ты наглоталась таблеток, потому что у меня неприемлемые знакомства?

– Нет, Наоми, – она сощурилась, глядя на меня как на предателя. – Я наглоталась таблеток, потому что разочаровалась.

– В ком? – я опустила взгляд. Было очень неприятно видеть такое ее лицо. – Во мне?

– В жизни, – ответила она. – Если даже ты, моя идеальная Наоми, предпочла глупого самца, то чего еще ждать от этого мира? Он обречен.

– Кайла, – мягко проговорила я, сжав ее пальцы. – Он не глупый и не самец. Его имя Кит и он очень хороший человек.

– У тебя все хорошие люди, – фыркнула она. – Мадам борделя – хороший человек, шлюшка Мили – хороший человек, и этот Кит, имя-то какое, тоже хороший человек.

Она покачала головой.

– Кристофер тебе нравится больше? – я не стала ничего говорить о Синди и Мили. Для меня не было секретом, что Кайла недолюбливает моих подруг за их пристрастие к наложникам.

– Нет, мне не нравится ни так, ни так, – возразила она. – Зачем он тебе? Ну что ты с ним делаешь? Ведь это же смешно. Они же жалкие.

– Я так поняла, причина твоей выходки в моем замужестве, – догадалась я, выслушивая ее тирады. – Ты в принципе не приемлешь этот вариант, или у меня есть шанс переубедить тебя?

– Я не какая-нибудь узколобая амазонка, не надо, – возмутилась Кайла. – Я дам тебе шанс, надеюсь, ты вернешь мне веру в светлое будущее для людей.

– Я ни в чем не буду тебя убеждать, пока ты так категорично настроена, – не согласилась я. – Ты еще не знаешь его, а уже ненавидишь. Просто за то, что он мужчина. Но если пообещаешь быть объективной, я докажу, что он такой же как мы. Он ничем не уступает.

– Ты сейчас о том небритом чучеле говоришь? – уточнила она посерьезнев. В ее лазурных глазах вспыхнуло любопытство.