Повстанец
Шрифт:
Я удивленно на него посмотрела, любопытно было наблюдать эту редкую сцену, когда мужчина решил показать характер.
– Твой ночной сон уж точно никто не тревожит, – продолжал он, пока Кайла хлопала ресницами, ошеломленная его резкостью.
– Спокойной ночи, Наоми, – сказал он мне и удалился в звенящей тишине просторной спальни.
– Спокойной, – только и ответила я, переводя взгляд на подругу.
– Что я такого сказала? – спросила она жалобным тоном, опустившись на край кровати. – За что он так меня ненавидит?
– Тебе разве не все равно? – ответила я. –
– Он от меня шарахается, как от чумной, – продолжала жаловаться подруга.
– Он вчера ночью слышал твои слова, – объяснила я. – Думаю, его это задело. Ты же не амазонка, а высказываешься как они: «Фу, мужчины». Наверное, он ждал от тебя другого. Больше толерантности, что ли.
– Еще больше?! – возмутилась Кайла и тут же прикоснулась к губам кончиками пальцев, встревоженно посмотрев на Кита. – Прости, – шепотом добавила она.
Я улыбнулась, считая, что болезненный сон мужа следовало бы нарушить.
– Я и так была с ним более чем терпима, – продолжала подруга. – Я защищала его, когда Синди его при всех обзывала. Я ему главную роль в клипе дала. Прислушалась к его пожеланиям относительно сюжета, убрала из сценария твою истеричку Мили. Я в твою партию вступлю, чтоб отстаивать его права. Я с него сниму ошейник. Он что, не может простить какую-то дурацкую фразу?
– Он тебя не понимает, – просто ответила я. – И я, кстати, тоже. Будь собой, зачем тебе что-то кому-то доказывать и извиняться? Ты такая, как есть. Я тебя такой принимаю и люблю. Ну не хочешь ты быть с мужчиной, это нормально, таких большинство. Так не пытайся заставить Алекса поверить в обратное. Он для тебя всего лишь часть сюжета, просто персонаж, нужный для клипа. Ты считаешь его достойным человеком, не глупым, с характером, но все же не можешь абстрагироваться от того, что он мужчина. А мужчины для тебя всегда будут вторым сортом, существами не достойными внимания.
– Нет, это не так, – возразила Кайла. – Как раз общаясь с Алексом я иногда забываю, что он мужчина. Он интересный человек. Мне хорошо с ним, весело, легко. Ведь когда я говорю, что не допущу к себе мужчину, я не имею в виду его. Я говорю об остальных.
– Значит, его бы ты к себе допустила? – усмехнувшись, спросила я.
– Нет, не в том смысле, – она смутилась, запутавшись, как видно, в своих аргументах.
– И тебе с ним хорошо, – продолжала дразнить ее я. – Может, ты влюбилась? Это мне многое объяснило бы. Например, твое странное поведение.
– Ты смеешься надо мной, а я тебе тут душу изливаю, – обиженно проговорила девушка.
– Могу дать тебе только один совет, – посерьезнев, ответила я. – Если хочешь сохранить с ним нормальные отношения, реши для себя, что значат для тебя мужчины в целом и Алекс в частности. Пойми одну важную вещь, он тоже мужчина и не самый простой. Пока ты сама не знаешь, что чувствуешь к нему и ему подобным, понять тебя трудно всем.
Кайла какое-то время молчала, задумавшись. Взгляд ее замер на одной точке. Я вздохнула, надеясь, что донесла до нее причину проблемы.
– Я, наверное, вернусь в Саннибэй, – сказала она после паузы, взглянув на меня. –
– Ты обиделась? – спросила я, не ожидая, что она вдруг решит бросить меня.
– Нет, просто у меня там работа, – она опустила глаза, скрестив руки на груди. – Да и за Каем надо приглядывать. Я сегодня с ним поговорила, у него на шее засос, а в голове одни вечеринки.
– Да, я видела, – кивнула я. – Тебе точно так необходимо быть там? Я думала, мы немного поживем тут, я познакомлю тебя, наконец, с Китом. Ты же его видела раз и то мельком.
– Ему сейчас не до меня будет, – она посмотрела на моего мужа, измученного и бледного. – И потом, я только все порчу вам тут. Ляпну еще какую-нибудь глупость, как я обычно это делаю, он расстроится, ты будешь несчастна. Я этого не хочу. Уж лучше буду дома со своими коллегами, они ко мне привыкли и терпят.
– У меня такое чувство, что ты отдаляешься, – со вздохом заметила я. – Ты же моя подруга, ты нужна мне.
– Вокруг тебя и так уже слишком много народа, – она поднялась, печально улыбнувшись. – Ты и не заметишь, что стало одной подругой меньше. И потом, я же буду в твоей партии, мы просто обязаны будем видеться, просто не так часто, как в последние недели. Но это нормально, ты нашла Кита, и не нуждаешься в опеке.
– Кайла, обещай, что не исчезнешь снова из моей жизни, – попросила я, протянув руку и жестом попросив ее приблизиться.
– Обещаю, – она влезла на кровать, села рядом и мы обнялись, как когда-то в детстве. Как лучшие подруги.
Глава тридцать первая
Пробуждение
Пятница
Кит открыл глаза. Медленно приподнял веки, глядя перед собой невидящим взглядом и словно не замечая ничего вокруг. Он просто лежал и смотрел в потолок, иногда закрывал глаза и вздыхал.
Я наблюдала за ним, затаив дыхание, и ждала. Рассветное солнце уже заливало нашу спальню мягким теплым светом.
Через некоторое время он повернул голову, теперь рассматривая комнату и меня.
– Привет, – произнесла я тихо, стараясь держать себя в руках и не набрасываться на него с объятиями и поцелуями. Меня настораживал его отстраненный вид и холодный чужой взгляд. Словно он не узнавал меня, а если и узнал, то не рад был видеть.
Он не ответил, опять отвернувшись и глядя в потолок.
– Кит, – позвала я жалобно, чувствуя, что если он сейчас не улыбнется мне, я сойду с ума. – Что с тобой?
Он упорно игнорировал меня и не смотрел в мою сторону. По его лицу я видела, что в нем идет какая-то внутренняя борьба, он явно испытывал неприятные ощущения, возможно, даже боль. Губы он плотно сомкнул, глаза закрыл и весь напрягся.
– Кристофер, – опять попыталась достучаться до него я. – Малыш, не молчи, прошу тебя. Что с тобой? У тебя что-то болит?
Я не прикасалась к нему, говорила ласково, сдерживая слезы и дрожь, все больше охватывавшую меня. В голову лезли разные глупые мысли и предположения. Почему он так ведет себя, почему не рад мне?