Повстанец

Шульгина Татьяна Павловна

– У меня есть друзья и единомышленники, – я пожала плечами, улыбнувшись. – И я рассчитываю на вашу помощь тоже. Все же, моя партия ближе по своим идеям к вашей. Разве вы не хотите свободы для мужчин?

– Безусловно, это наша цель тоже, – Элизабет кивнула. – Но я думала, мы объединимся, а не станем соперничать.

– Нет-нет, мы не будем соперничать, – поспешила возразить я. – Просто я буду поднимать такие вопросы, на которые вы пока не решаетесь. Если у меня получится заинтересовать своими идеями, у вас и подавно прибавится сторонников.

–

С другой стороны, если твои идеи не будут восприняты всерьез, на нас это тоже отразится. Как бы твоя затея не возымела обратный эффект, – скептично заметила женщина.

– Все возможно, Элизабет, но так жить дальше просто немыслимо, – я почувствовала волнение. Почему-то вспомнился Кит, его наполненная ужасом жизнь. Все же Натали была права, говоря, что я сужу общество по одному мужчине. Только из-за него я решилась на такой сумасбродный шаг, изменить мир вокруг. – Если у меня не получится, если я потерплю поражение и за мной никто не последует, тогда я уеду. Я больше не могу так жить, и не хочу, чтоб в таком мире жил мой ребенок.

– Уедешь? – переспросила она, встревоженная моими словами и видом. – Куда? В Шакру? Более либерального места нет на нашей планете. Но и там у мужчин нет свободы.

– Значит, эта планета мне не подходит, – печально улыбнулась я. – Хорошо, что есть еще одна.

– Нет, ты же это не всерьез? – Элизабет отрицательно мотнула головой. – Марс?

Я кивнула, опустив взгляд на панель управления.

– Наоми, не глупи, – собеседница смотрела на меня умоляюще. – Что за настроение? Неужели ты так разочарована? Что-то не так с твоими парнями? Почему вдруг такой радикализм?

– Надоело прятать голову в песок, – ответила я, продолжая изучать свой стол. – Мы движемся в тупик. Существующее положение вещей не может продолжаться долго. Нам придется или уничтожить мужчин как вид, или дать им свободу. Пока все идет к уничтожению. И не так цивилизованно, как предлагают амазонки, а самым примитивным и беспощадным способом. Все приложили к этому руку, даже повстанцы. Всем на них наплевать.

– Не спеши с решениями, подумай еще, – попросила собеседница печально, понимая, как видно, что я не в лучшем расположении духа. – Если будешь твердо намерена, я помогу тебе, обещаю.

– Спасибо, Элизабет, – мы попрощались.

Я отвернулась к окну, взглянув на город. На экране было несколько сообщений, и Жанна ждала, появившись вместо Элизабет, но мне необходим был перерыв. Я думала, затевать ли мне все это. Даже добившись своего и освободив мужчин, я не верну Кита. На такие проекты, какой намеревалась затеять я, нужны были годы, десятки лет. Смогу ли я всем этим управлять, если каждый вечер засыпаю с желанием не проснуться? А если Натали в один черный день сообщит, что он мертв? Когда я потеряю всякую волю к жизни и ее смысл. Что тогда будет с моей партией и единомышленниками, которых я организую и поведу неизвестно куда? А я точно знала, что без надежды увидеть его еще раз, быть с ним, не смогу прожить долго. Я даже пытаться убить себя не буду, потому что умру

и без этого. Возможно, мне в самом деле не следовало мутить общество.

Я решила, что поговорю обо всем этом с подругами и мужьями. Теперь они четверо самые близкие мои люди, а значит, им можно довериться и прислушаться к мнению. Только они знают истинную причину всех моих последних действий и настроений, а значит, будут объективны. И потом, именно их я считала своими единомышленниками, на которых намеревалась опереться в будущем, создавая свою новую партию.

Обернувшись к столу, я извинилась и попросила Жанну продолжать.

Глава двадцать шестая

Предложение

В холле царил полумрак. Было уже около девяти вечера, когда я вернулась домой. Миновав гостиную, я неслышно приблизилась к комнате одного из моих новых жильцов. Было любопытно, чем они заняты и почему везде так темно и тихо. После всех кошмаров, очень не хотелось новых сюрпризов. Немного успокаивало, что внизу встретились люди Алисы, а на улице дежурили еще амазонки из министерства. Мой дом и всех его жильцов тоже тщательно проверили, после того, как оказалось, что одна из них шпионит для повстанцев. Поэтому я скорее была склонна думать, что ребята просто спят или слушают музыку у себя в комнатах, а не подверглись нападению или похищению.

Комната Кая была ближе от холла, поэтому я решила проведать сначала его. Около двери я остановилась и прислушалась. Он был там не один. Я различила голос Алекса, а Кай смеялся. Мне стало любопытно, чем они развлекаются. Я помнила, что сама просила Алекса присматривать за вторым моим мужем. Видимо, он выполнял мою просьбу. Я отчетливо слышала его голос, и предмет разговора немало меня заинтересовал, поэтому я не спешила входить.

– Это не смешно, – произнес мужчина, как видно, немного обидевшись на смех юноши. – Если тебе это все понятно, то для меня это территория совершенно незнакомая.

– Да ладно тебе, – отмахнулся Кай, еще посмеиваясь. – Ничего особенного. Не думаю, что очень отличается от женщины.

– Я бы понял, если бы тебе было с чем сравнить, – фыркнул Алекс. – Сам-то пробовал? Наверное, только в интернете и видел, как это делается.

Теперь смешно стало Алексу, а фыркнул Кай.

Я была заинтригована до крайности, силясь понять, о чем речь.

– Да мне это все вообще не нужно, – произнес юноша с оттенком надменности. – Тоже мне, нашли из чего раздувать шумиху.

– Знаешь, забудь обо всем, – послышались шаги, Алекс приближался к двери. – Я жалею, что вообще начал этот разговор.

– Ну чего ты, – Кай шел за ним следом. Теперь они стояли по другую сторону двери.

Я старалась вести себя как можно тише, хотя едва сдерживала смех, уже догадываясь, что за тему обсуждают эти двое.

– Алекс, я же хочу помочь, не злись, – говорил юноша.

– Я не злюсь, просто чувствую себя глупо, – ответил ему собеседник. – Сам что-нибудь придумаю. Не умру.