Поверженные правители
Шрифт:
— Корабли строятся.
— Да, конечно.
— Этот корабль выстроил мальчик. Твой Арго — тот же корабль, но постаревший, обретший глубину трудами многих капитанов, многих создателей, многих плотников. Теперь Арго стар и, без сомнения, станет еще старше. Но хотел бы я знать, насколько молодо его сердце?
— Достаточно молодо, — ответил Ясон. — Я понятия не имел, что у него такая долгая история. Я буду рад принять тебя на борт, Дедал. Взойди на борт как друг и как гость. Один, если хочешь. Возобнови старое знакомство.
Мастер чуть попятился. В лице этого грека,
Рука Ясона была пуста, ладонь открыта. Он говорил о том, как рад будет Арго снова увидеть старика.
— Его мачта расцветет розами при виде тебя.
Как же хотелось ему снова шагнуть в Дух корабля! Он поместил туда нечто, потайное устройство, которое — он знал — принесет кораблю долгую жизнь в морях и откроет путь к морям неведомым. Но то устройство было грубым, состряпанным наспех, со страстью и грубой силой. И оно не было испытано. Хранится ли оно там до сих пор?
Как ему хотелось знать!
Но этот Ясон…
Его лицо, его глаза лгали, скрывая охотника в его груди. Волка в брюхе. Кота в его ногах. Коршуна в холодной расчетливой душе.
Доверять этому человеку нельзя.
Тут Ясон полез в кошель на поясе и извлек из него маленькую металлическую пластинку, кусочек бронзы, покрытый зеленой патиной. Не поднимая глаз на Мастера, он произнес:
— Я принес тебе дар. Он очень мал. Быть может, он ничего не стоит. Но он твой, если он тебе нужен. Я вижу, что это карта, карта твоего острова, но знаки ничего не говорят мне.
Мастер принял бронзу. Сердце его, казалось, было готово вырваться из груди, в голове было легко и пусто. Разглядывая металл, он вспоминал Раптора, своего милого сына Раптора. Как мальчик стоял на краю обрыва, испытывая новые крылья, натягивая предплечьями жилы и тяги, заставляя сгибаться и двигаться великое изобретение, вшитое в его тело. Как он ловил ветер, поймал его, как крылья расправились под воздушным порывом и он полетел своей дорогой.
Мастер держал в руках карту, полученную от отца. Большие пальцы гладили металл, запоминая, как слепец запоминает значки, выдавленные на глине, обратный путь к земле, на случай, если пламя Срединного Царства выжжет ему глаза.
— Где ты ее нашел? — спросил Мастер.
— Она упала на землю, — отозвался Ясон, — близ Колхиды, за Симплигадами. И с множеством других предметов была подобрана и доставлена в мой город Иолк. В Греческую землю.
— Ты знаешь, что это такое?
— Узнаю карту твоей страны. Сделанную из бронзы. Больше ничего, кроме того только, что моя подруга, пожелавшая увидеться с тобой, думала, что тебя это заинтересует.
Мастер стиснул карту в руках. Он протер металл вощеной тканью, которой обычно счищал ржавчину и налет, так что стали видны знаки. Да, путеводитель Раптора. Никаких сомнений.
Вот они оба и вернулись к нему — его прощальные дары сыновьям, две карты, изготовленные как одно целое и разрубленные надвое.
— Благодарю тебя.
Ясон, как видно, обрадовался, что его дар принят.
— Надеюсь, ты отправишься с нами в Греческую землю. Обещаю доставить тебя
— Нет, — ответил Мастер. — Только не в Греческую землю. Туда я не вернусь. Привези сюда свою подругу, если хочешь. Но я останусь здесь.
— Она будет разочарована…
— Кто она?
Ну, конечно! Колхидская колдунья! Он теперь целиком вспомнил историю Ясона. Жрица. Она поклонялась Овну. Наследница тайн, столь же древних, как деяния Мастера. Встретиться с ней было бы чудесно — и опасно.
Все это он сказал Ясону, и грек не скрыл разочарования. Впрочем, он тотчас же улыбнулся и повернул к выходу из пещеры.
— Мне еще надо дождаться возвращения троих наших — твои кедровые зверюги убили двух других! Я не держу на тебя зла. Но пока я их жду, если тебе вздумается навестить Арго, повторяю — ты мой гость. И его гость. Когда вся команда соберется, я отчалю, с тобой или без тебя, коль уж тебя не уговорить.
Ясон с Тисамином начали долгий спуск по склону к тропе, проложенной вдоль реки, выходящей к морю, где лежал на гальке корабль.
Мастер смотрел им вслед. Потом обогнал их, выйдя через лабиринт туда, где море билось о скалистый берег и Арго, опутанный парусиной и канатами, вздрагивал перед надвигающейся бурей.
Он сразу узнал гостя. Тот почувствовал его зов.
Глава 23
СВАДЕБНЫЙ ДАР
Он сразу узнал Мастера. Тот почувствовал его зов. Море взъярилось за то время, пока он шел к кораблю. Аргонавты собрались в кружок у костра. С минуту Мастер забавлялся мыслью присоединиться к ним, но они увлеклись своими чашами и настоями и жались к огню, чтобы укрыться от непогоды. Он взобрался по веревочной лесенке, стараясь не шуметь, и спрыгнул в трюм между тюками, бочонками, запасными веслами и парусиной. Он точно знал, куда ему нужно, и осторожно приблизился к порогу.
И удивился, потому что никто не ждал его. Тут должна быть проводница: Афина или ее мать Гера. Малая частица греческой богини должна стеречь порог Духа корабля. Но его сразу встретила пропеченная солнцем пустыня, горячий ветер запорошил глаза пылью. Между камней виднелись узловатые деревца и сухие травы. Пахло незнакомыми растениями. Вдали звенели бубенцы, быть может привязанные на шеи коз. Протяжно, назойливо зудели рога, в их зычном гуле не слышалось никакого порядка. Мастеру стало не по себе. Он радовался порядку. Он опасался беспорядочно устроенной природы и хаоса, созданного людьми, подражавшими ее миру.
Тогда он окликнул корабль, назвал его Дух по имени, как звал, когда сам был капитаном. Ответа не было. Он снова позвал, на сей раз — Арго. И сперва неясно в горячей дымке, потом яснее, когда ветер развеял марево, он увидел…
Маленькое подвижное дитя в старинной одежде, с чумазым от пыли личиком, наспех связанные пучки волос высветлены солнцем до оттенка золотистого каштана. Глаза горят яростной зеленью, руки совсем малы. Она держала в них флягу для воды и прямой костяной нож. И она внушала робость. И казалась опечаленной.