Поверженные правители
Шрифт:
— А кто те четверо за доской в клетку?
— Четверо сыновей Брикриу, два поколения владевших своей землей. Они — игроки поневоле. Они разозлили друида, тоже еще не рожденного, и, вместо того чтобы предсказать им судьбу, тот наложил на них это заклятие: играть девятнадцать раз по девятнадцать раз девятнадцать лунных кругов. Последняя игра определит их будущее, но они сбились со счета. А остановиться слишком рано или сыграть лишний раз для них губительно.
— Сложное число лун.
— Действительно!
— А соперники, прыгающие через жарящегося быка?
Пендрагон пожал плечами:
— Это тайна
Я не сказал ему, что их занятие показалось мне знакомым. Они забавлялись танцами с быком, но в местах, где такие танцы неизвестны.
Тогда я сказал Пендрагону, что слышал, будто он ждет меня. Ответ его меня удивил. Я не ожидал столь унылого отклика. Он заговорил торжественно, скорее тоном Глашатая Будущего, нежели будущего правителя.
— Нам ведомо — нам, кому в назначенный час предстоит ступать по земле и править ею, — что мы должны ждать здесь. Нам ведомо, что сны наши не значат ничего. Мы никогда не жили, мы лишь духи жизни, что однажды возникнет на этих землях, в лесах и на равнинах, в ущельях и лощинах, морских проливах, на реках, высокие холмы с древними укреплениями, рухнувших стенах, дожидающихся, когда их отстроят заново.
И мы станем строить на мертвецах и на том, что оставили после себя мертвецы.
Мы — тени без прошлого. Мы живем среди теней, вспоминающих и осуждающих несправедливость их предков. Мы — заложники, мы — Нерожденные в Царстве Мести. Вам, наслушавшимся рассказов друидов о чудном мире, ожидающем вас после смерти, скажу, что в Стране Призраков вас не ждут радости. Жизнь после смерти не менее жестока, чем до нее. Не скажу, что не существует больше радостей забытой жизни. Они существуют. Но для Мертвых и еще не рожденных нет времени — и нет пощады. Мы не меняемся, не стареем, нет для нас испытаний, преодоление которых дает миг покоя — миг, которому мы завидуем, глядя на мир за рекой. Миг перехода. Миг чистой свободы.
Краткая жизнь человека, окончившего дни своей охоты, ведет к долгой жизни призрака, охотящегося без конца.
Товарищи Пендрагона кивали в такт этим словам, разделяя его тоску.
Выждав минуту, я подсказал:
— И ты ожидал меня, чтобы?..
— Я собирался присоединиться к собравшимся в этом пристанище, где, быть может, небезопасно. Но я чувствую, опасность грозит тебе и правителю, на благо которого ты трудишься, а также его родичам и приближенным.
— Ты говоришь, что Царство Теней Героев готовит повторный набег на крепость?
Пендрагон смешался:
— Сложно сказать, но не похоже на то. Хотя должно быть так. Перед прошлым набегом на Тауровинду у бродов собирались войска, проводились военные учения, готовили к битве себя и лошадей, собирали провиант. На сей раз нас призвали собраться в этих мрачных пристанищах, а о военном столкновении не слышно. Мы просто ждем, хотя Морндрид высмотрел в землях за нашей спиной воинские силы, продвигающиеся по долинам. Но они идут не к реке.
В этом пристанище собрались
Теперь нам велено собраться в этих гостиницах и ждать. Чтобы увести нас с Острова на Краю Рассвета, явились лодки. Обычно на наши вопросы дают ясный ответ, теперь же их словно не слышат. Это не набег. Что-то другое, более зловещее, опасное, вовсе лишенное благородства. Вторжение? Если так, его природы не предугадать.
Я снова услышал гомон за спиной: шумное веселье, гневную перепалку, кашель и отрыжку тех, кто слишком бурно коротал время ожидания.
— Есть ли источник у этого зловещего, неблагородного деяния? Исходит ли опасность от кого-то одного?
Пендрагон покачал головой. И его спутники явно не знали, что сказать.
— Ответ лежит за пределами этой Страны Теней. Вот почему я хочу уйти за реку. Но если я при этом потеряю тебя, Мерлин…
Он произнес мое имя с запинкой, будто оно значило для него больше, чем просто слово. С первой нашей встречи и я, и этот предводитель воинов, светлый духом и со светлым взглядом, — мы оба знали, что встретимся вновь, в настоящем мире, в далеком будущем.
И действительно, Пендрагон закончил свою речь так:
— Если я потеряю тебя на этот раз, ищи меня в грядущих годах. Загляни вперед, если умеешь, если посмеешь. В землях, где правит твой друг, неспокойно. Когда-нибудь тот мир перейдет к другому правителю. — Он наклонился ко мне и с улыбкой шепнул: — А когда я приму его, то он должен быть свободен от всякой порчи.
Я покинул пристанище и присоединился к Улланне и Ниив. Почти вслед за мной Пендрагон и четверо его спутников, пригнув головы, с грохотом пронеслись по мосту. Плащи развевались за их спинами. Призрачное серое облако, протянувшееся за ними, могло быть и дымом от очагов, но мне привиделось в нем гневное лицо; и пять ширококрылых птиц взвились над уносящимися на восток всадниками, над бегущими Нерожденными.
Глава 7
ТЕНЬ СЫНА ЯСОНА
До пристанища Всадников Красных Щитов было два дня езды по трудной дороге. Здесь у брода река широко разливалась; мы подъехали цепочкой, лошади сбивали копытами шаткие камни, спотыкались о бревна, оставленные паводком. С каменистого берега виднелись пороги, а за ними — мрачное жилище, отступившее от косматого леса на той стороне.
На входе располагалась фигура женщины из темного дерева: грудь обнажена, ноги скрыты под длинной юбкой. Глаза — зияющие дыры, темные как ночь. Руки женщины лежали на головах двух ощерившихся псов. Казалось, они готовы растерзать ее, но она их сдерживает. По обе стороны между женщиной и псами находились двери.