Повелители времени
Шрифт:
Потом почва под ногами снова стала твердой и покрытой сухой осенней травой. И когда их взгляд окончательно прояснился, они увидели деревья без листьев, большое здание, а прямо перед ними цепь холмов, на последнем из которых стояла маленькая согнутая фигура.
– Ким!
Он не слышал. Он держал что-то в руке. Казалось, что это для него ценно и дорого, ибо он не отрывал от этого предмета взгляда. Драгоценность еще раз блеснула, когда с ней встретился последний луч солнца.
– Иди с нами!
Он обернулся. Его
Он был освещен лучами вечернего солнца.
– Бурорин! – В дрожащем голосе старика слышалось удивление. – Гилфалас! Фабиан! – Он развел руки, чтобы обнять их, но потом передумал. Тень упала на его лицо. – Хорошо, что вы наконец пришли. Пора.
– Ким? – Фабиан сделал шаг вперед. – Кимберон Вайт?
– Он самый, ваше величество!
– Черт возьми! – вырвалось у Бурина. – Что с тобой?
– Мы все когда-нибудь становимся старыми, Бубу. – Кимберон улыбнулся, но это была грустная улыбка. – Вы пришли слишком поздно. Вам надо обратно, на тридцать пять лет назад, в прошлое. И скажите ему… скажите мне, что вы меня встретили. И что я должен идти с вами.
– Значит, ты знаешь эту историю? – спросил Гилфалас. – Ты знаешь, как она заканчивается?
Ким посмотрел на него так, словно не хотел или не мог ответить.
– Да… и нет… – сказал он наконец и умолк.
Потом Ким опять заговорил, и в голосе его прозвучала надежда, в которой ему жизнь так долго отказывала.
– Книга у вас с собой? – спросил он.
– Книга? – Фабиан наморщил лоб.
Сначала он не понял, что спрашивал их так изменившийся друг. Наконец он вспомнил:
– Ты имеешь в виду… ту книгу?
Когда они уходили с постоялого двора гномов, ему на глаза попался вещевой мешок Кима. Было ли это случайностью или судьбой? Ослабив завязки мешка, Фабиан вытащил оттуда что-то засаленное, затянутое в кожу, с металлическими углами.
– Да! Да! – В голосе Кимберона послышалось нетерпение. – Дай ее мне!..
Фабиан протянул книгу.
Ким прижал ее к груди. Затем, отвернувшись и не удостоив своих друзей даже взглядом, побрел прочь.
Фабиан, Бурин и Гилфалас переглянулись. Это оказалось не той встречей, на которую они рассчитывали, если они вообще на что-то могли рассчитывать. Но никто и представить себе не мог, что Ким, так внезапно появившийся, может столь же внезапно и странно исчезнуть.
– И что теперь? – пробормотал Бурин.
– Ты же слышал, что он сказал, – ответил Фабиан. – Обратно в прошлое – на тридцать пять лет…
– Но почему именно на тридцать пять?.. – удивился Гилфалас.
– Мне это неизвестно, но у меня такое впечатление, что он нас тут ждал, как будто знал, что мы должны прийти. Наверное, он уже встречал нас однажды, тридцать пять лет назад.
– А почему мне кажется, что и это уже когда-то происходило? –
Тут Гилфалас засмеялся. Впервые Бурин и Фабиан слышали, чтобы так смеялся эльф.
– Я-то думал, мы будем повелителями времени! А мы лишь пленники в его бесконечном круге.
– Подожди, путь еще не окончен, – возразил Бурин.
– Тогда пойдем по той дороге, которую нам укажут кольца, – предложил Фабиан.
Молча они снова протянули друг другу руки.
Болото было окутано туманом. В канавах блестела чернильного цвета вода. Блуждающие огоньки, подмигивая, танцевали над зарослями тростника, мерцали в траве, меж кривых березок и погибающего кустарника. Солнце проплывало по небу бледно-желтым пятном.
Племя продвигалось по насыпи, которая находилась чуть выше уровня болота. Здесь, под защитой кустов дрока, возникала иллюзия теплоты, по крайней мере, если двигаться, плотнее прижавшись друг к другу.
Их было около дюжины: мужчины, чуть более высокие, с обветренной кожей и с зазубренными гребнями на спине, и женщины, широкобедрые и приземистые, прижимающие детей к своим большим плоским грудям. Жабры на шеях указывали на земноводное происхождение, но они были живородящими, млекопитающими, они знали, как ухаживать за своими детенышами и как их воспитывать. Этот примитивный народ лишь недавно, несколько поколений назад, сделал шаг к думающему существу. Его язык состоял лишь из нескольких слов.
Жизнь этих существ все время находилась под угрозой, ибо за ними охотились. Не так много времени назад – время было для них неопределенным понятием – их было больше. Но охотники нашли племя и убивали его людей, защищавшихся лишь каменными топорами и рогатинами. Их все дальше загоняли в болото. Теперь оставшиеся прятались на маленьком островке, дрожа, страшась неизвестности и ожидая – но чего?
– Транг! – воскликнул один из них.
Это был самый большой мужчина, глава племени. Его звали Нгонг. Будучи умнейшим среди них, уходя от преследований, он привел остальных сюда, в относительно безопасное место. Но чем менее доступным для врагов оказывалось местообитание племени, тем труднее было добывать себе пищу. За болотом тянулись голые скалы. Там не было уже никакой еды: ни саламандр, ни угрей, ни рыбы.
– Транг! – крикнул Нгонг. При этом он подпрыгнул, словно хотел, чтобы это прибавило ему мужества. Длинными клейкими руками указал он в туман. Искра, блестевшая там, могла иметь только одно происхождение. – Транг!
Огонь.
Вождь побежал. Его ноги по колено утопали в черной воде. Но Нгонг уверенно находил дорогу. Остальные следовали за ним. Одна женщина со спящим на груди ребенком оставалась еще какое-то время сидеть, но потом и она отправилась вслед за остальными.
Чем ближе Нгонг подходил к огню, тем медленнее делался его шаг.