Повелители времени
Шрифт:
Это была последняя из вертикальных перекладин. Для фолька отверстие было уже достаточно большим, чтобы в него пролезть. Но для массивного больга требовалось освободить проем полностью. Последний прут неожиданно оказал сопротивление. Снова и снова выскальзывал нож из рук больга.
– Дай мне, – сказал Альдо, – я сделаю это лучше.
Больг неуловимо помедлил, прежде чем вернул нож…
Альдо принялся освобождать последнюю штангу решетки. Наполовину высунувшись из окна, он услышал шаги.
– Тсс… –
На крепостной стене появился патруль. В пустом дворе гулко раздавался стук сапог, подбитых гвоздями. Если бы кто-нибудь из них бросил взгляд вниз, то непременно увидел бы Альдо.
Облако закрыло луну, и тень легла на окно подвала. Затаив дыхание, все трое ждали, когда звук шагов затихнет. Альдо тотчас вернулся к работе.
– Не получается, – через некоторое время заявил он. – Попробуй ты!
Больг схватил штангу и потянул, но та выскальзывала из рук.
– Проклятье! – воскликнул Ким. Он стянул с головы повязку, рана уже затянулась и только слегка пульсировала. – Вот, возьми.
Больг обернул тряпкой железный прут и потянул его на себя. Его губы исказила гримаса напряжения, глаза вылезли из орбит. Из его груди вырвался сдавленный стон. Камень заскрежетал, соприкасаясь с железом.
– Достаточно, – раздался голос Альдо уже снаружи, – этого должно хватить.
К своему удивлению, Ким увидел, что больг согнул толстенный железный прут, им с Альдо осталось лишь пару раз повернуть его в разные стороны, чтобы он высвободился.
– А теперь прочь отсюда, – сказал Ким и выпрыгнул в оконный проем. Больг нагнулся, поднял что-то с пола и полез вслед за фольками. Внезапно взгляд его стал неподвижным, полным глубочайшего отчаяния, соединенного с безнадежностью. Он застрял в оконном проеме.
– Поможем ему, – обратился Ким к Альдо, – мы должны его вытащить, иначе он выдаст нас…
Кое-как они сумели извлечь его тяжелое тело на свободу. Больг взмахнул железным прутом и воскликнул: «Vadite!» Это был хорошо известный ему приказ.
– Идем!
К крепостной стене фольки отправились согнувшись, а больг и вовсе почти ползком. Двор был темным и пустым. Небо все еще в облаках, на востоке уже прояснялось. Скоро наступит утро, и его свет, безразличный к добру и злу, выдаст их…
Под стеной крепости размещались дощатые сараи, судя по всему конюшни. Они были пусты. Кроме одного.
– Алексис! – Альдо в последний миг едва сдержал радостный возглас.
– Мясо! – сказал больг.
Осел посмотрел на него с ужасом и, ища защиты, молча придвинулся к Альдо. Видимо, больги двадцатого легиона повергли его в такой страх и ужас, что он уже не в силах был подать голос.
– Не бойся, Алекс, – успокоил его Альдо, – он ничего худого тебе не сделает. Пойдем.
– Как ты собираешься его вывести, если мы и сами не знаем, как выйти? – проворчал
– Тсс! – прошептал больг. Снова донеслись шаги патруля, обходящего крепость. Впрочем, тут, за стеной конюшни, их никто не мог увидеть.
Ким бросил взгляд во двор. Они находились как раз напротив крепостных ворот, но створки их были закрыты и укреплены тяжелыми балками. Сломать их, не привлекая всеобщего внимания, не представлялось возможным.
– Пойдемте! – позвал больг. Он повел их вдоль стены. Ким увидел темный четырехугольник. Дверь?
Он вспомнил, что большинство пограничных крепостей обладают потайным выходом, «водяными воротами», которые могут использоваться во время осады для вылазки или побега. Как правило, эти ворота бывают закрыты и замаскированы. Но зачем им-то эти ворота, если у них нет ключа?
– Вот, – сказал больг, – стойте.
Ким коснулся тяжелого амбарного замка, висящего на петлях. Он приподнял его и понял, что замок весит добрый фолькский фунт.
Больг вставил в дужку замка железный прут, затем всем своим весом навалился на его длинный конец и нажал. Замок с треском раскрылся.
Правило рычага, подумал Ким. Он никогда бы не поверил, что больг может знать этот закон. Ему показалось, что их спутник ухмыляется. Ким осторожно толкнул дверь и огляделся.
Снаружи дверь была отделана деревянными панелями, столь похожими на окружающие камни, что увидеть дверь ближе чем с двадцати шагов было невозможно. Но так близко едва ли кто-нибудь и подходил, поскольку ворота выходили непосредственно ко рву, огибавшему крепость. То, чтобы кто-нибудь стал приближаться к воротам, было маловероятно и по другой причине – здесь уж очень мерзко пахло.
Воняло отвратительно. Это был не только запах гниения, витающий обычно над болотами. Пахло здесь одновременно отхожим местом и помойкой. И недаром, ибо как раз сюда выбрасывали все, что больше не было нужно: остатки еды, сломанную утварь, гнилые овощи.
– Где-нибудь здесь, наверное, лежат и наши пожитки, – сказал Ким и тут же обнаружил свой вещевой мешок.
Он поднял его. Внутри находился какой-то твердый предмет, но у Кима не было времени на то, чтобы об этом раздумывать.
– А вот кастрюля госпожи Меты.
Ему казалось, что прошли годы с тех пор, когда он последний раз сидел у себя в столовой, вкушая творения госпожи Металюны… Неожиданно он увидел нечто блестящее.
– Коротыш! – Он наклонился и выудил кинжал из кучи отбросов. Они еще поплатятся за это! – поклялся он себе. В этот момент за его спиной появились больг и Альдо, тащивший на веревке осла. Тот уперся и вознамерился было зареветь, однако Альдо быстро зажал ему пасть.
– Терпение! – прошептал он. – Терпение, малыш! Скоро мы будем далеко отсюда.