Повелители сумерек
Шрифт:
Лифт остановился. Димитрий нажал кнопку на приборной доске и открыл заднюю дверь.
Только когда дверь открылась до конца, до Эви дошло, что кондиционер в машине работает на полную катушку. И теперь внутрь фургона ворвался влажный, затхлый воздух. Эви обернулась к задним дверям и увидела позади себя огромное помещение. Собственно говоря, это был склад. В глаза Эви бросились штабеля ящиков, автоматические подъемники, мощные трейлеры в разгрузочном отсеке. В некотором роде, склад поражал какой-то подозрительной обыденностью. И эта обыденность еще больше внушала тревогу, поскольку конструкция помещения явно была неземной. Склад представлял сплющенную по бокам сферу,
По сравнению с этим, происшедшее в Кливленде казалось детскими шалостями.
К задней дверце фургона подкатила небольшая автоматическая тележка. Димитрий махнул автоматом.
— Залезай.
Сам он остался стоять в фургоне, не сводя с Эви своего автомата. Эви от жары тотчас прошиб пот, и вдобавок ей стало дурно. К тому моменту как она дотащилась до тележки, ей хотелось только одного — поскорее погрузиться в сон.
Тут никак не меньше сорока градусов, подумала Эви. У нее возникло такое ощущение, будто ее заживо похоронили под компостной кучей. Она закрыла глаза и рухнула на заднее сиденье тележки. Ей было слышно, как Димитрий приблизился к ней. Что ж, кажется, пришло время снова немножко пошевелить мозгами.
Она открыла глаза и увидела, что Димитрий стоит прямо перед тележкой, а сама тележка пришла в движение. Димитрий в упор смотрел на Эви, так и не опуская своего автомата. Эви попыталась присесть, однако головокружение тотчас напомнило ей о том, что при той скорости, с которой она была способна действовать, Димитрий наверняка всадит ей в грудь три пули, прежде чем она попытается подняться на ноги.
Тележка покатилась в глубь исполинского склада. В помещении напрочь отсутствовали ровные линии и прямые углы, и это мешало Эви правильно оценить расстояние. Отверстия, что встречались ей, могли в равной степени быть как небольшими и находящимися совсем рядом, так и огромными, но невообразимо далекими. Они миновали одно из этих отверстий намного раньше, чем рассчитывала Эви. Неожиданно для себя она обнаружила, что скользит по почти круглой бетонной трубе, которая на сей раз оказалась довольно скромных размеров. Ее без труда можно было принять за участок ливневой канализации, если бы не красные огни, погруженные в идеально гладкие углубления в потолке. Бетонные стены были отполированы до блеска и отражали свет подобно влажному мрамору.
Тележка катилась по бесконечному безликому коридору. От бетонных труб отходили ответвления, напоминая окаменевшие кровеносные сосуды, а овальные отверстия в стенках трубы походили на гигантские язвы. Большей частью за дверцами стояла кромешная тьма, но позади одной из них Эви удалось рассмотреть белую пульсирующую форму наподобие амебы.
Чем дальше они катились, тем жарче становилось вокруг. Тележка остановилась в том месте, где труба выходила в еще одно сферическое помещение. Оно оказалось по размерам гораздо меньше склада, около двадцати метров в поперечнике, однако было достаточно просторным, чтобы тележка не просто вкатилась внутрь, но и наполовину объехала помещение по периметру, огибая дыру в самом центре пола.
Эви заметила восемь коридоров, уходивших куда-то внутрь на равном расстоянии друг от друга. Однако, все еще страдая от дурмана, Эви затруднялась сказать, из которого из них только что выехала их тележка.
— Конец
Пока он произносил эту фразу, послышался какой-то всасывающийся звук и из центра помещения вырвался порыв прохладного воздуха. Эви бросила взгляд на отверстие и увидела, что в глубине дыры сдвигается в сторону металлическая крышка. Эви тотчас пришел на ум капканный паук. Оттуда, снизу, в помещение проникли лучи света. На этот раз это был более привычный и обыденный белый свет.
— Тебе туда.
Эви недоуменно посмотрела на Димитрия. С него градом катился пот. Может стоит рискнуть…
Она встала, но приступ головокружения заставил ее пересмотреть свои намерения. Эви выкарабкалась из тележки, стараясь при этом сохранить равновесие, и медленно побрела по гладкому полу к манящей приятной прохладой яме.
Подойдя к краю отверстия, Эви заглянула вниз. Оно оказалось — трубой, уходящей почти отвесно куда-то вглубь. Судя по всему, от нее требовалось съехать вниз по трубе, как по ледяной горке.
Димитрий снова взмахнул автоматом.
— Полезай.
Эви довольно внятно сказала себе, что Димитрий и компания уже наверняка бы давно отправили ее на тот свет, если бы это входило в их планы. Она шагнула в трубу, бережно прижимая к телу раненую руку.
Эви съехала по трубе гораздо быстрее, чем она ожидала. Словно в отместку, к ней вернулось головокружение. Оно проявляло себя еще сильнее от того, что труба была гладкой и однообразно белой и взгляду было не за что зацепиться. В конце концов голова закружилась так сильно, что Эви даже не заметила, как лишилась сознания.
Она открыла глаза и обнаружила, что видит перед собою бородатого мужчину лет пятидесяти. Эви тотчас узнала в нем одного из персонажей видеоролика, заснятого Димитрием при помощи полевого бинокля. Это был ученый кабинетного типа, профессор Фитцджеральд, ксенобиолог.
— С вами все в порядке? — поинтересовался он.
Эви тот час ухватила его за лацканы пиджака. Быстрота движения дала ей понять, что действие наркотика практически закончилось.
— В порядке? — набросилась она на него. — А как по-твоему? После того как ты, Фрей и все остальные сделали из меня идиотку? — Эви бесцеремонно оттолкнула профессора и присела.
На этот раз обошлось без головокружения. Она встала, огляделась по сторонам. Фитцджеральд попятился к обычной плоской стене подземелья. Обе койки-скамьи стояли одна напротив другой, а свет исходил из вмонтированных в потолок люминесцентных ламп. Где-то вдалеке на низкой ноте гудел кондиционер, а из вентиляционных решеток под потолком поступал прохладный воздух.
Эви стояла посередине столь заурядного помещения, что на мгновенье ей показалось, будто путешествие по среде обитания пришельцев было не более чем галлюцинацией. Но нет… Эви до сих пор различала слабый запах серы и сжигаемого метана, который проникал в комнату, несмотря на мощный кондиционер.
И если у Эви и остались на сей счет какие-то сомнения, тот факт, что помещение располагало одним единственным входом — а именно, круглым отверстием между койками — свидетельствовал, что увиденное ею не плод больного воображения. Возможно, наркотик слегка искажал истинные размеры, но те залы, что Эви довелось увидеть в среде обитания пришельцев, занимали никак не меньше нескольких акров.
Фитцджеральд с опаской попробовал сделать шаг вперед.
— Мисс Ишем?
— Что? — Эви шагнула ему навстречу, ощущая в крови по меньшей мере трехдневную норму адреналина. — Что, во имя всего святого, что еще вы можете мне сказать?