Повелители мечей
Шрифт:
Мабдены на других повозках, погоняя лошадей, спешили к тому месту, где бился Принц в Алой Мантии.
Стрела просвистела над его ухом, и он поразил еще одного лучника в левый глаз, едва успев выхватить копье, чтобы отразить удар мечом.
Повозки неслись с сумасшедшей скоростью, отбрасывая причудливые тени. В первой из них во весь рост стоял денледисси, которого Корум сразу узнал.
Предводитель мабденов смеялся, вертел над головой огромным бронзовым топором и громко кричал:
— Клянусь Собакой! Неужели этот вадаг умеет драться не хуже мабденов?
Слишком поздно,
Серые глаза Гландит-а-Края злобно сверкали, желтые зубы осклабились в недоброй усмешке.
Корум кинул копье.
Бронзовый топор свистнул в воздухе, отбивая его в сторону. Впряженные в повозку лошади ни на секунду не замедлили бег.
Корум выхватил свой боевой топор, и в это время колени его коня подкосились и он свалился замертво.
Едва успев вытащить ноги из стремян, Корум в отчаянном прыжке бросился в сторону, уворачиваясь от стремительно надвигающейся на него повозки. Он попытался нанести удар Гландит-а-Краю, но промахнулся, и боевой топор с силой опустился на железное колесо. От шока руки Корума онемели. Чей-то меч плашмя ударил его по шлему. Копье на излете попало ему а плечо. Оглушенный, он свалился лицом в грязь, Корум научился хитрости.
Вместо того чтобы подняться, он лежал неподвижно, ожидая, когда повозки пронесутся мимо, и только потом вскочил на неги и побежал в спасительную темноту.
Он не успел сделать и нескольких шагов, как споткнулся о что-то мягкое.
Невольно поглядев вниз, Корум увидел свою мать, и понял, каким надругательствам подверглась она перед смертью. Горький стон сорвался с его губ, слезы покатились из глаз. Высоко подняв боевой топор левой рукой, сжимая шпагу в правой, он закричал:
— Гландит-а-Край!
Корум познал жажду мести.
От стука копыт сотрясалась земля. Самая высокая башня замка Эрорн внезапно треснула и рухнула, объятая языками пламени, которые взвились в небо, осветив ночь и Гландит-е-Края, развернувшего лошадей, несущихся во весь опор.
Корум стоял над телом своей матери, принцессы Калаталарны. Первый удар Принца в Алой Мантии разбил голову коренной лошади, и она упала, увлекая за собой остальных.
Герцог Гландит-а-Край чуть было не вылетел из повозки. Он громко выругался. Остановились и другие повозки. Мабдены явно не понимали, в чем дело.
Второй удар Принц в Алой Мантии нанес Гландиту в грудь, но острие не пробило кольчуги. Огромная лохматая голова повернулась, серые выцветшие глаза уставились на Корума. Затем герцог спрыгнул на землю, и Корум оказался лицом к лицу с убийцей своих родных и близких.
Они глядели друг на друга, освещенные заревом, тяжело дыша, готовые к схватке.
Корум напал первым. Сделав выпад шпагой, он замахнулся боевым топором.
Гландит отклонил корпус, поднял свой бронзовый топор и одновременно попытался ударить Корума ногой в живот.
Они кружили, и каждый внимательно следил за противником, пытаясь найти малейшую брешь в его обороне, а мабдены с других повозок встали в круг и молча наблюдали за ними.
Губы Гландита зашевелились, он попытался отдать воинам какой-то приказ, но в это время
— Вот и все, вадаг, — пробормотал Гландит-а-Край, словно разговаривая сам с собой. — Побаловались, и будет. Мне не суждено погибнуть от руки шефанго…
Корум нанес удар топором.
И вновь Гландит парировал. И вновь бронзовый топор со свистом рассек воздух… оставив Корума безоружным. Герцог посмотрел на него и ухмыльнулся.
— …но шефанго суждено погибнуть от моей руки! — Рот его перекосился в волчьей усмешке.
Бросившись на Гландит-а-Края, Корум попытался выхватить у него бронзовый топор, и, теряя последние силы, вцепился в рукоятку.
— Клянусь Собакой, — вскричал герцог, — этот вадаг — демон! Уберите его от меня, ребята! Не убивать. Мы с ним еще позабавимся. Как-никак, это — последний вадаг на Земле!
Корум слышал их смех, пытался сопротивляться, когда его схватили за руки.
Он кричал, как кричит человек в лихорадочном бреду, и не слышал своих собственных слов.
Затем один из мабденов стащил с него серебряный шлем, а другой ударил по затылку рукоятью меча. Тело Корума обмякло, и он погрузился в благостную тьму.
Глава 6
КОРУМ — КАЛЕКА
Солнце дважды совершило путешествие по небосклону, прежде чем Корум очнулся и увидел, что лежит, прикованный цепями, в одном из мабденских фургонов. Он попытался приподнять голову и посмотреть в щелку. Стоял день.
Почему его не убили? Ответ напрашивался сам собой: мабдены собираются подвергнуть очередного вадага пыткам и ждут, когда он очнется. Дрожь прошла по телу Корума, когда он подумал о долгой и мучительной смерти, которая его ждет.
Если б он не отправился по просьбе отца в путешествие, не стал бы свидетелем того, что произошло с вадагскими замками и их обитателями, не видел бы уничтожения, которому подвергся Броан-Вадаг, Корум, быть может, смирился бы со своей участью и умер бы так, как умерли все его соотечественники. Но Принцу в Алой Мантии преподали хороший урок. Он ненавидел мабденов. Он оплакивал своих родных и близких. И он отомстит, если сможет. А значит, он должен остаться в живых.
Корум закрыл глаза, сберегая силы. Существовал один-единственный способ побега: переместиться в другое измерение, где его никто не увидит. Но это потребует колоссальной затраты энергии, и к тому же нет смысла перемещать тело, которое лежит в мабденском фургоне, прикованное цепями.
Время от времени мабдены переговаривались лающими голосами, но слов было не разобрать. Корум уснул.
Ему было холодно и мокро. Он открыл глаза и увидел мабдена с пустым кувшином в руках. Корум лежал на земле. Неподалеку горели костры. Стояла ночь.