Повелитель големов
Шрифт:
– Райдаш!!! К бою! Здесь демон!
Но громкий крик Кости пропал впустую. Наёмник оставил брата, вытащил из ножен меч и с недружелюбным видом пошёл на землянина.
– Эй, ты чего?
– опешил Костя, и только услышав злой смех демоницы, вспомнил о телах егерей на плато. Кистень был отброшен в сторону, вместо него Костя взял в левую руку освящённый меч, а правой ладонью стиснул световую гранату, после чего с яростью крикнул.
– Держись, тварь, молодец - сама пришла, не придётся тебя по всему плато искать!
Костя побежал. Проскочил мимо наёмника, увернувшись от его неуклюжей попытки
Егерь по приказу демоницы бросил лук себе под ноги и вытащил клинок, после чего пошёл навстречу землянину. А в ладонях Оливера стал зарождаться новое заклинание, и второго огненного шара Костиной защиты было не сдержать.
– На-а!
– с коротким выкриком Костя метнул гранату.
Снаряд пролетел над головою Ластера и вспыхнул, превратившись в крошечную сверхновую, залив всё вокруг ослепительным белым свечением. Райдаш и Ластер упали на снег, как подрубленные. Демоница же завопила так, словно, её заживо свежевали, при этом поливая крутым солевым раствором, или варили в кипятке. Лицо демоницы покраснело и опухло, глаза превратились в узкие гноящиеся щёлки, шею раздуло настолько сильно и столько появилось на ней складок, что стала напоминать толстую гофрированную трубу. Тифлингесса упала на колени и набрав пригоршни снега, приложила тот к лицу.
Оливера увидела Костю лишь тогда, когда тот приблизился и встал в метре от неё.
– Опять ты!
– прохрипела она. Губы её полопались, из ранок потекла сукровица и гной.
– Я, Оливера, я, - голос Кости от бешенства, захлестнувшего его с головою при виде убийцы баронетты, хрипел не меньше, чем у тифлингессы.
– На куски готов тебя порубить, тварь, шкуру содрать! За Таншу!
Меч взлетел вверх и резко опустился, готовясь вот-вот отрубить созданию Бездны голову. Но в последней момент дыхание у землянина перехватило, а руки, сжимающие меч, дрогнули. Вместо того, чтобы отсечь голову, клинок оставил глубокую рану на шее, которая заполнилась тёмной кровью и гноем вперемешку. Оливера взвыла от боли и бросилась на него.
‘Клятва! Ну, барон, удружил - нечего сказать!’.
Ударил Костя сразу же, сверху наискосок, почти на инстинктах, целясь в голову, но противница успела прикрыться рукой. На этот раз никаких намёков от богини не было (ну да, взять в плен атакующую демоницу невозможно, тут только остаётся отбиваться, это не по врагу, стоящему на коленях напротив, бить мечом). Заточенное лезвие почти не заметило мехового рукава, плоти и кости создания Бездны, отрубив конечность чуть выше локтя. Оливера страшно вскрикнула, на миг отшатнулась назад, но потом толкнула плечом Костю, заставив отступить на пару шагов назад, и побежала к мосту.
Преследовать не обремененного доспехами противника в латах - ещё то достижение. Если бы Оливера не была ранена и не поражена священным заклинанием, то легко
Попыталась подняться… упала… вновь повторила попытку, которая увенчалась успехом. В тех местах, где она касалась снега голой ладонью, остались пятна крови и гноя. Срез на культе был черён, как пригоревшая на сковороде отбивная.
Костя видел, как тыкаясь, словно, новорожденный щенок и походкой зомби с переломанными ногами, демоница ступила на мост, как не смогла удержать равновесие упала на низкий чуть выше колена выщербленный парапет и, не сумев сориентироваться сослепу, перегнулась через чего, взмахнула единственной рукой, тщась зацепиться за что-то надёжное, и рухнула в пропасть.
– Вот и всё, - прошептал Костя, потом развернулся и направился обратно, к наёмникам и егерю, надеясь, что кратковременное попадание под гипноз демоницы не повлияло на сознание и здоровье людей.
Когда оказался вновь на плацу, то до него донесся непонятный стук и шум из-за домов.
– Да за что мне это? Кто там опять - тролли, демоны, драконы?!
– почти простонал Костя и полез в сумку за последней осколочной гранатой. К счастью, страхи оказались напрасными, эти звуки издавали кони, отшские скакуны, удравшие подальше от горных чудовищ и вернувшиеся к своим хозяевам, как только всё стихло. Насторожено косясь на Костю, они позволили ему взять себя под уздцы и привязать к перевёрнутому фургону.
В себя пришёл после оказания первой помощи только Ракст, его брат и егерь, бледные с закатившимися под лоб зрачками и едва дышащие, на растирания, похлопывания и резкий запах нюхательной соли не реагировали.
– Что с братом?
– взволнованно спросил Ракст, видя, как бесцельно возится с Райдашем Костя.
– Драконы знают, что, - вздохнул землянин.
– Его демоница взяла под контроль и заставила напасть на меня.
– А ты?!.
– Да не ори ты так, не трогал я его, даже пальцем не коснулся. Он сознание потерял, когда демоница попала под священную магию. Её раздуло всю, а брата и егеря оглушило. Да не волнуйся ты так, - попытался успокоить наёмника Костя, - ничего плохого с ним не случилось. Очнётся, куда денется. Да, тебе самому покой нужен, сотрясение мозга у тебя точно, и вон как рука до самой шеи опухла.
– Зато вторая рука целая и меч могу держать.
– Как знаешь, - пожал плечами Костя.
– Тогда помоги снять доспехи, хм, кирасу, пожалуй, оставлю, а вот всё остальное долой, только мешаться будут.
Костя за два часа успел поставить фургон на колеса. Для этого пришлось задействовать битюгов с големом и сделать сложную конструкцию из верёвок, блоков, упоров. Полтора часа ушло на то, чтобы голем переполз и занял нужное место.
Вернув тент на уцелевшие дуги, и наведя внутри порядок, Костя затащил внутрь Райдаша и Ластера, потом активировал большой амулет-нагреватель и выбрался наружу.