Повелитель големов

Михайлов Михаил Михайлович

– Тебе тоже нужно согреться внутри, - сказал он Раксту, - заодно за парнями приглядел бы.

– Лучше я на страже постою или тебе помогу.

– Если только на страже, мне-то точно ничем не поможешь.

– А…

– Магичить буду. Нужно срочно починить голема, теперь он наша единственная защита. Мало ли кто тут ночью бродит кроме троллей, к тому же, эти пять монстров могут оказаться не единственными. А нас, как ты заметил, считай и не осталось совсем: ты ранен, я оружием владею чуть лучше дворового мальчишки-водоноса.

Время до темноты ещё было, и терять

его Костя не собирался. Первым делом с помощью молота и зубила окончательно доломал механический сустав, чтобы вывернутая нога не мешала голему сесть на пятую точку и более-менее пользоваться своим оружием. Потом восполнил запас пуль в пулемёте. После чего, как некогда в пещерах, когда нашёл своего первого голема, он превратил походный котелок в печь для плавки металла. В качестве материала использовал доспехи и оружие погибших стражников. Их разорванные тела Костя нашёл на другой стороне моста, где людей поймали и убили тролли. Всего лишь троих, один исчез. То ли, смог скрыться, то ли, не удержался на узком мосту и сорвался в пропасть.

Уже в темноте к стоянке вышел один из тяжёловозов, что тащил фургон, второе животное где-то пропало. Ремонт и наложение чар Костя закончил далеко за полночь. Получилось грубо и от безупречного качества так же далеко, как от земли до неба. Но голем мог стоять, идти и при этом не падать. Скрип стоял жуткий, Второй сильно хромал и скорость его передвижения и так до повреждения не самая большая, снизилась.

Закончив ремонт, землянин просидел ещё полчаса над амулетом-нагревателем, запитывая тот, почти опустевший, маной. И только после этого провалился в сон.

– Добрый день, ваша милость, - поприветствовал его Ракст, едва землянин открыл глаза.

– Добрый, - ответил на приветствие Костя, после чего потянулся и громко зевнул.
– М-м-м-м-не-э, как парни… а где они?
– спохватился он, заметив отсутствие Ластера и Райдаша.

– На улице обед разогревают. Они пришли в себя утром, часа четыре назад. Говорят, голова у каждого сильно болит и слабость, но в остальном всё хорошо.

– Это хорошо, что хорошо, - согласился Костя.
– Сам как?

– Опухоль не спала, но зато и не увеличилась. Болеть только стала сильнее, еле заснул, ваша милость.

В этот момент край матерчатого полога слегка поднялся, и в появившемся проёме показалось лицо Райдаша, видимо, слышавшего беседу брата со своим нанимателем.

– Доброго дня, ваша милость.

– И тебе того же. Как самочувствие?

– Всё хорошо, голова немного болит и всё, - заверил Костю наёмника, потом виноватым тоном произнёс.
– Простите, ваша милость, что напал на вас. Это было, как во сне, всё понимаю, но руки и ноги чужие, вас то узнаю, то за врага принимаю. И ничего сделать не могу.

Костя только рукой махнул:

– Что было, то было. Иди, не студи комнату.

– Как скажете, ваша милость. Скоро мясо будет готово, вам подать сюда?

– Я ещё ног не лишился, чтобы меня в кровати кормили, - буркнул Костя. Понятливо кивнув, наёмник исчез, плотно задёрнув тент. Через десять минут Костя выбрался на свежий воздух, пробравший до костей в первую

минуту после жаркого нутра фургона.

Спутники Кости развели костёр в десяти метрах от фургона. Топливо нашли в руинах двухэтажного здания, там лежала целая гора толстых веток и кусков расколотых бревён. Как туда попали - тот ещё вопрос. Жарили двух крупных уларов или горных индеек, подстреленных Ластером ранним утром. Ароматное и мягкое мясо со специями провалилось в голодные желудки мгновенно, только было снято с огня. После перекуса Костя приказал собираться в дорогу.

– Ластер, там рука должна валяться рядом с крайними домами, заверни её в тряпку какую и привяжи к фургону с улицы.

– Зачем, ваша милость?
– удивился егерь.

– Барону предъявим. Она принадлежала демонице, а сейчас эта тварь Бездны покоится на дне пропасти. Раз голову не смогли достать, так хоть эту руку предъявим.

– Понятно, ваша милость, - кивнул егерь, - будет исполнено. Сейчас за плащом бедолаг стражников сбегаю и прикручу культяпку куда сказали.

Глава 4

– С демоном покончено, Юршан.

– Точно?!

– Гарантирую, - заверил жреца Костя.

– Тело сожгли?

– Нет, - вздохнул Костя, - так уж вышло. Оливера упала в пропасть, отыскать там её останки было невозможно.

– Кост…

– Юршан, успокойся, - перебил жреца Костя, - мертва она, мертвее не бывает. Выжить тому куску разлагающегося мяса, в который она превратилась, даже без падения с нескольких сот метров было сложно. Она попала под священную магию амулета, который я сделал благодаря тому знанию, что ты мне дал, потом отрубил ей руку почти полностью. И отрубил священным мечом - рана почернела и гнила с огромной скоростью. Руку я барону предоставил, может, это немного успокоит его, хоть и не голова, но всё же.

– Эта хорошая новость, Кост, - слабо улыбнулся жрец.
– Теперь я быстрее пойду на поправку.

– Отлично, я очень рад за тебя, - широко улыбнулся в ответ парень, потом виновато произнёс.
– Только она перед этим принесла в жертву четырёх человек. Ты говорил, что так можно открыть второй портал…

Юршан скривился от боли, не сдержал стона, когда приподнялся на одном локте с подушки:

– Что? Что?!

– Взяла егерей под контроль и потом убила беспомощными. Точно так же потом чуть не прикончила меня с наёмниками, спасибо, у меня на поясе висела сумка, а там твой амулет храмовый лежал - сберёг.

– Амулет на одежде носить нужно, а не в сумке, - упрекнул землянина Юршан.
– Расскажи, что ты видел…

Когда Костя подробно описал кошмарную картину произошедшего с Доржем и его товарищами, Юршан с облегчением откинулся в кровати.

– Нет, это не ритуал открытия портала. Демоница ослабла при подъёме по тропе, убив людей, она восполнила свои силы. Да и мало четырёх человек для сложного ритуала, - произнёс жрец после Костиного рассказа.
– И теперь вряд ли откроет, если выжила. Ей самой все силы понадобятся, будет черпать их из зерна портала, завязанного на неё.