Потусторонний. Пенталогия
Шрифт:
— Идти к презренным здесь и спрашивать, — сказал я.
— Если вы встретили ее здесь, то наверняка она местная, — сказал Цай. — Там внизу вход в ущелье, вот в этом ущелье и находится ближайшая деревня.
— Хорошо, идти туда, — согласился я.
Мы шли к деревне презренных, взбираясь по тропе. Я вглядывался в скалистые выступы, один из них и должен быть исходной точкой. На середине каменного утеса был выступ, к которому вела наклонная тропа. Очевидно, это и есть тот самый выступ, который мне нужен. Я точно помнил, что
Исходная точка была близко, но я пока не представлял, как избавиться от охраны. Решил, что сначала отправимся всё-таки в деревню, а там уже попробую улизнуть. К тому же я надеялся на помощь Нэвы.
С тропы, которая вела к исходной точке, мы свернули на другую тропку, которая вела вниз. Впереди завиднелся проход между скалами, это, видимо, и оказался вход в ущелье.
На узком входе стояла импровизированная застава, от скалы до скалы высокие ворота, довольно хлипкие, латанные не один раз, и, очевидно, здесь больше для виду, чем для защиты. Прямо под воротами протекал ручеек или очень узкая речушка.
Только мы подошли, как дверца в воротах отворилась и в проходе возникли настороженные и неприветливые мужские лица.
— Вы с благотворительностью или к кому-то пришли? — спросил один из них, неотрывно глядя на ящики в наших руках.
— Мы ищем девчонку, — ответил Цай.
Он повернулся ко мне.
— Как ее зовут?
— Нэва, — сказал я.
— Пропускайте уже, — велел раздражённо Цай. — Сколько мы здесь топтаться будем? И какого ракшаса вы закрыли эти трухлявые ворота?
— У нас конфликт с лесными, — хмуро ответил один из них, пропуская нас внутрь. — Утащили десяток наших овец на прошлой неделе.
— А мы им поле подожгли, — добавил второй.
Деревня оказалась большой. Она располагалась в широкой зеленой ложбине между двумя скалами. Узкая речка перечерчивала все ущелье, видимо, когда-то это была широкая бурная река. Я бы сказал, деревня больше напоминала поселок, заставленный разномастными бамбуковыми и деревянными хижинами.
— Нэва должна быть у реки, — крикнули нам вслед. — Бабы сегодня стирку затеяли.
Я даже оглянулся на него, потому что слово "бабы" он произнес по-русски.
Вдали у ручья суетились женщины. Мы зашагали туда, я оглядывался, в поисках возможностей и вариантов избавления от Цая. Пока что в голову не приходило ничего.
Местные поглядывали на нас с опасливой заинтересованностью. Я же разглядывал их с любопытством. Интересный народ. Большинство презренных имели какие-нибудь физические нарушения, или, как говорила Латифа, деформацию. Хромые, горбатые, кривые — практически все в какой-то степени имели отклонения. Вот шагал мужчина с непомерно огромной грудной клеткой и скошенным подбородком, а у хижины неподалеку женщина-карлица чистила рыбу огромным ножом, на полянке играли дети с собакой, один из детей повернулся, и жутко уставился на меня двумя парами маленьких глаз. Были
Женщины у ручья, завидев, что мы шагаем прямиком к ним, застыли настороженно.
Нэву я увидел практически сразу, она стояла за грузной женщиной, нет, скорее она трусливо пряталась за ней и таращила округлившиеся глаза. Значит, узнала, что ж, это хорошо. У меня была надежда, что именно она мне и поможет избавиться от охраны.
— Нэва, — позвал я, улыбаясь во весь рот, когда мы подошли ближе.
Все женщины удивлённо уставились на нее, а Нэва, сконфуженно улыбаясь и неуверенно поглядывая на меня, вышла из своего укрытия.
— Я здесь. Зачем я вам нужна? — неуверенно сказала она.
— Идем, хочу говорить, — дружелюбно ответил я.
Нэва, то и дело оглядываясь на женщин, прихрамывая заковыляла к нам. Подошла, ссутулилась и, стараясь не смотреть мне в глаза, спросила:
— О чем говорить хотели?
— Это тебе, — сказал я, указав на ящики в наших руках.
Мы с Цаем поспешили поставить их на землю.
— Мне? — удивлённо округлила Нэва глаза.
— Я благодарить тебя. Ты помогать мне найти семья… — Я улыбался во весь рот, разыгрывая представление для Цая.
— Да?! Ну, спасибо! — на выдохе воскликнула Нэва, а затем, резко повернувшись, заорала: — Мам, забери, это наше!
Грузная женщина торопливо засеменила к нам с извиняющейся улыбкой, резво подхватила оба ящика и, кланяясь, бормоча слова благодарности, почти бегом ушла прочь в сторону деревни.
— Мне надо твоя… помогать… — я запнулся, вспоминая слово.
— Помощь, — закончил за меня Цай.
— Да! Помощь! Я хотеть вспомнить, ты помогать. Где ты меня найти?
Нэва озадаченно свела брови на переносице.
— Я нашла тебя в пещере, там, — она указала пальцем куда-то на скалы.
Я, взяв ее за локоть, увел в сторону, дав понять Цаю, что хочу поговорить с ней наедине.
Нэва растерянно и испуганно глазела на меня.
— Ты мне помочь, — сказал я. — Мне надо ты…
Я смотрел на нее и не знал, как объяснить, что именно мне нужно, но хуже всего, я и сам не знал, что мне нужно.
— Мне, охрана убрать, они не идти за мной. Я идти, смотреть там, где ты меня найти.
Нэва, нахмурив лоб, пыталась понять, что мне от нее нужно.
— Охрана не ходить, я один ходить, ты помочь, — объяснил я.
Наконец до нее дошло, она понимающе кивнула и перешла на шёпот:
— Ты хочешь уйти от этого и попасть в пещеру?
— Да. Нет. Только уйти от этого. Уходить за ворота, идти в пещеру, ты отвлекать, а я уходить. Ты помогать?
Нэва снова покосилась на Цая. Затем задумалась.
— Даже не знаю, он меня не убьёт, если я тебе помогу?
— Нет, — заверил я ее. — Ты помогать мне, я тебе. Привозить еще еда или другое, что ты сказать.