ПОТУХШИЕ ЗВЁЗДЫ
Шрифт:
— Я сам. — Сквозь зубы процедил он и наклонил панель управления.
Его "Атос" взмыл вверх и, сделав крутой вираж, завис над связкой крейсеров. Пристыковавшись к ним, Бэкон переключил управление связкой на свой крейсер и, отключив силовые захваты от "Звездной стрелы", увел "Галактические патрули" вверх. Но висящие под "Атосом" крейсера, неожиданно ограничили обзор его вивв. Бэкон, думая, что он забыл что-либо переключить на свой крейсер, пробежался глазами по пульту управления, все было в порядке. Выругавшись, он отвел связку в сторону, чуть ниже "Звездной
Он бы оставил их, и звездолет и спаэр, выяснять отношения между собой и ушел бы на базу, заливать в одном из ресторанчиков свою боль, но ему, от адмирала не поступило никаких распоряжений и, немного поразмыслив, он решил пока остаться, а вдруг спаэру понадобиться какая-либо помощь.
Если звездолет был длинным и тонким, то спаэр — коротким и толстым, что придавало ему вид тихого и неповоротливого добрячка. Но впечатление часто бывает обманчивым. Спаэр проворно покрутился вокруг звездолета, который рядом с ним и впрямь стал похож на тонкую стрелу, видимо выбирая позицию для себя получше. Из него, в направлении "Звездной стрелы", начала выдвигаться штанга, с огромным захватом на конце, который раскрылся до таких невероятных размеров, что Бэкону показалось, сомкни он свои челюсти, звездолет неминуемо развалится на части.
Анри удивленно покрутил головой: работу космического спаэра, так близко, он видел впервые.
— Что ж, удачи, господин Ковальчук. — Негромко произнес он, поудобнее устраиваясь в кресле, так как смотреть все время вверх было несколько утомительно.
Дойдя до звездолета, захват начал обхватывать один из его средних модулей и его челюсти сомкнулись. Из спаэра, вырвался сноп голубого пламени и захват, задрожав, медленно пополз назад.
Бэкон недоуменно смотрел на эту картину, подсознательно понимая, что что-то здесь не так.
Нельзя так вот, запросто, отвернуть в сторону, мчащийся с большой скоростью космический корабль, пытался сообразить он. Если корабль стоит на автопилоте, то он обязательно будет пытаться вернуться на заданный курс. Бэкон ждал, что сейчас из дюз корректировки курса "Звездной стрелы" вырвутся огненные струи и начнут восстанавливать курс корабля. Начнется единоборство и что его выиграет звездолет, он не сомневался.
Но время шло, а звездолет все медлил с огненными сполохами корректировки. Вместе с тем, он начал выглядеть как-то неестественно. И, наконец, стало понятно — звездолет ломается.
Бэкон ошалело застучал по клавишам сканера связи, пытаясь связаться с капитаном "Славия", но безуспешно, спаэр не отвечал.
Адмирал! Мелькнула искра мысли в голове Бэкона. Он набрал новый код и через несколько мгновений перед ним было лицо Дар Ова.
— Гросс адмирал! Он ломается! — Быстро и возбужденно заговорил Бэкон, без обязательного знака приветствия. — "Славий" переломил его пополам! Последствия непредсказуемы!
— Что происходит капитан? — Адмирал поморщился, его лицо выразило заметное недовольство. —
Бэкон глубоко вздохнул, успокаиваясь и более спокойно продолжил.
— Спаэр, захватом, разломил "Звездную стрелу" на несколько частей. Звездолет разваливается. Если он взорвется, то от всех нас ничего не останется.
— Чушь какая-то. — Брови адмирала подскочили вверх.
— Посмотрите на экран.
Бэкон пробежал пальцами по клавишам пульта управления и изображение с его крейсера передалось в кабинет Дар Ову.
— О черт! — Громкая реплика слетела с губ адмирала и его голова неестественно задергалась.
Бэкон поморщился от неприятного зрелища.
И кому только взбрело вживлять в головы чипы с таким длинным периодом адаптации, подумал он, глядя на неестественное лицо адмирала. Сколько нужно ходить идиотом, чтобы эта дрянь смогла полностью узнать характер своего носителя. А ведь подошла и моя очередь. Он грустно вздохнул. Вернусь на базу — придется идти. Не отвертишься. Мумия лично следит за исполнением. Тоже буду таким же кретином. Он опустил взгляд, не в силах больше смотреть на искаженное лицо адмирала…
***
— Капитан!!!
Ковальчук от неожиданного громкого окрика, вздрогнул и оторвав взгляд от расчетов по импульсам торможения, покрутил головой по сторонам. Оператор, управляющий захватом, выпучив глаза, смотрел в его сторону. Его лоб был покрыт капельками пота.
— Что у тебя? — Ковальчук почувствовал неладное.
— Капитан!! — Вновь выкрикнул оператор, словно не замечая, что капитан уже смотрит на него.
— Не ори! — В свою очередь рявкнул Ковальчук. — Ты что, обложался?
— Капитан! — Голос оператора сорвался до хрипа. — Я его кажется разломил на несколько частей. — Он, не глядя на экран, начал тыкать в него рукой. — Та часть звездолета, которую я схватил, тянется вслед за захватом, а нос и корма остаются на месте. Сканер дает их отдаление.
Капля пота скользнула по щеке оператора и повисла на подбородке. Он машинально смахнул ее рукой и, бросив беглый взгляд на свой экран, вновь уставился на капитана спаэра.
— Вот черт! — Прошипел Ковальчук и, чеша затылок, уставился на цифры на экране. — Этого не может быть. У него что, корпус словно яичная скорлупа. Адмирал говорил…
Он вдруг умолк и его пальцы забегали по клавишам пульта управления, перед ним вспыхнуло лицо адмирала.
— Гросс адмирал! — Громче требуемого заговорил Ковальчук. — Он пере…
— Вижу! — Дар Ов резко перебил капитана спаэра. — Как ты умудрился это сделать? Это невозможно. Секция имеет самовосстанавливающуюся статитовую оболочку.