Потрошитель
Шрифт:
Летчику не понравилось это распоряжение, но он все-таки кивнул.
Из темноты усадьбы вышел человек в белом деловом костюме и пошел навстречу вылезшему из вертолета высокому блондину. Костюм встречающего был шелковым, и блондин видел на нем темные пятна пота. Белая рубашка была испачкана чем-то у воротника, лицо мужчины было небритым.
– Мистер Джонс, мой наниматель удивился, получив весть от вашего представителя. После провала наших последних переговоров мы решили, что нашим отношениям пришел конец.
Человеку, которого встречающий назвал Хэновером Джонсом, было противно пожимать протянутую руку. Ногти на руках встречающего
– Кстати, о моем компаньоне. Он должен был встретить меня в Ларедо, но не появился. Я получил только текстовое сообщение, что мне нужно лететь сюда, – сказал Анри, выпустив руку, которую пожимал, и едва сдержал желание вытереть ладонь о свои черные брюки.
– Видите ли, мистер Гусман настоял, чтобы ваш человек уступил его гостеприимству и остался в усадьбе. Не беспокойтесь, сеньор, с вашим человеком хорошо обращаются!
Фарбо увидел по глазам, что этот человек лжет, сразу же, за секунду до того, как он надел дорогие темные очки.
– Прошу, сеньор Джонс, хефе ждет вас, – сказал крепко сложенный человек, указав на виллу.
Фарбо застегнул пиджак и, не поворачивая головы, сосчитал людей в огороженном дворе, окружавшем вертолетную площадку. Их было десять, еще пятеро прятались в темноте. Повел глазами, прячущимися за темными стеклами очков, и увидел еще четверых, прятавшихся за окнами верхней веранды. И, не выказывая никаких эмоций, пригнул голову и вошел в полумрак виллы.
Анри сразу же снял темные очки, чтобы глаза привыкли к темноте в помещении. Сразу же увидел пожилую полноватую женщину, видимо, лет пятидесяти с небольшим. Она вышла вперед, вытирая руки о белый передник. Насмешливо улыбнулась сопровождавшему Фарбо человеку, и тот попятился.
– Добро пожаловать в наш дом, сеньор…
– Хэновер Джонс, мама, – сказал невысокий, хорошо одетый человек с усами, выйдя из-за спины своей матери. Произнес несколько слов по-испански – Фарбо понял их не хуже, чем остальные люди в этой комнате. Велел матери идти в свою комнату, а не в кухню, и не обращать внимания на все, что она может услышать в течение часа. Анри Фарбо подумал, что человек, стоящий перед ним, либо забыл, что он говорит по-испански, либо сделал это намеренно. Если последнее, то нужно вести свое дело очень осторожно.
– Мистер Джонс, я рад видеть вас снова. Последний раз мы виделись в Колумбии, если память мне не изменяет. Я был тогда связником-разведчиком Пабло Эскобара. В то время моя торговля антиквариатом представляла собой просто увлечение из-за моего… ограниченного дохода.
Анри улыбнулся.
– Да, видимо, так оно и было, и да, мы виделись в Колумбии. Рад видеть, что вы сделали успехи после… несчастья, случившегося с сеньором Эскобаром.
Хуан Гусман не протянул Фарбо руки. Не улыбнулся при воспоминании о предательстве им, Хуаном Гусманом, крупнейшего в мире наркоторговца, и о том, что именно он позволил колумбийским и американским спецназовцам убить его в декабре 1993 года.
– Его время прошло, сеньор. Настала пора дальновидным людям захватить лидерство в делах, касающихся южных регионов Западного полушария.
Фарбо знал, что это за дальновидность, и как она использовалась. Устраняя всех конкурентов по распространению наркотиков в Мексике и захватывая картели изготовителей зелья на юге,
– Но это уже история, – он, наконец, улыбнулся и протянул руку с наманикюренными ногтями, Анри пожал ее. – По словам вашего человека, вы интересуетесь моей коллекцией искусства анасази [17] .
– Да, моя коллекция явно недостаточна, а ваша переполнена. И поскольку анасази жили севернее границы, я решил, что кое с чем вы можете и расстаться, – Анри выпустил его маленькую руку и оглядел хорошо обставленную комнату. Увидел стоявших поблизости троих людей Гусмана, неотрывно наблюдавших за ним. – Особенно меня интересует та вещь, которую вы купили в Сан-Диего, – очень красивый серебряный артефакт.
17
Культура первобытных индейцев.
Анаконда улыбнулся и посмотрел в голубые глаза Фарбо.
– Ах, да, серебряный змей. Сеньор, это очень редкая вещь. Единственный артефакт анасази, запечатлевший такого великолепного змея. Но должен поправить вас, сеньор, эта вещь не куплена, она… как бы это выразиться… завещана мне покойным владельцем.
Анри прекрасно понял, что это означает. Гусман просто убил бывшего владельца и забрал эту вещь.
– Что ж, поскольку ваши затраты минимальны, может быть, мы сможем прийти к соглашению? – спросил с улыбкой Фарбо.
– Возможно, сеньор, возможно, – сказал Гусман и жестом предложил Фарбо идти вперед первым. – Почему бы нам не осмотреть вещь, чтобы вы могли оценить ее красоту и сделать мне достаточно обоснованное предложение, которое не будет слишком оскорбительным?
Бывший французский полковник шагнул мимо невысокого мексиканского наркобарона, заметив, что в глазах его улыбки нет. По мнению француза, прозвище «Анаконда» было вполне заслуженным, поскольку глаза у Гусмана были такими, как у большой хищной змеи. Анри хорошо знал этот взгляд, потому что и сам был способен на то же самое.
Люди в комнате построились за спиной своего главаря и пошли следом за ним и Фарбо к большой двери. Обогнав Анри, Гусман открыл громадную дубовую дверь и затем достал связку ключей, чтобы отпереть находящиеся за ней стальные ворота. Включил свет, и Анри увидел ведущую вниз винтовую лестницу.
– Нужно, чтобы эту вещь отчистили мои специалисты, поэтому, если последуете за мной, сеньор Джонс, мы осмотрим мои произведения искусства в гораздо более комфортной обстановке.
Анри отвернулся от лестницы и посмотрел на невысокого человека перед собой. Пришел в ярость, поняв, что попал в западню. Его план никого не ввел в заблуждение, и, торопясь найти маленькую Сару, он совершил большую ошибку, решив, что наркобарон окажется настолько жадным, что не станет его проверять. Фарбо кивнул и потом уголком глаза увидел находившихся сзади людей. Ему ничего не оставалось, как улыбнуться и шагнуть в бездну, темневшую за воротами.