Потрошитель
Шрифт:
Детина вскрикнул, выругался, отдал ключи. Он еще что-то говорил: что он собирается с ней сделать и как она ему отплатит за этот выстрел. Тикки это раздражало. А орк все наглел. Она ткнула пистоле-том ему в голову с такой силой, что в локте отдалось. Обычно, насколько она знала, этого было достаточно, чтобы клиент откинул копыта, но детина, пожалуй, был чересчур здоров. Его голова ударилась о бордюрный камень, он повалился, но стал привставать, опираясь на одну руку. Тикки еще разок двинула его «кангом».
Свалился.
Тикки приставила ствол к его голове, положила палец на спуск, но потом заколебалась –
Тикки прицелилась, и «канг» пролаял четырежды. То, что осталось от орка, было настолько мертво, что это могло бы удовлетворить кого угодно. Как, собственно, и должно быть.
И это хорошо, очень хорошо, решила она.
Тикки пинком отшвырнула тело и поставила мотоцикл на колеса. С мотоциклами она была знакома и хорошо умела их водить. Удобная штука.
Жаль, мама их не переносит.
Ее ужасно раздражает их треск.
Шум – это часть машины, он ей присущ. Чем больше шуму, тем лучше мотоцикл. Она дернула стартер, заставив мотор взвыть. Заднее колесо завизжало, пробуксовывая, и Тикки, опираясь на одну ногу, заставила мотоцикл описать крутую дугу. Машина взревела и помчала ее по переулку.
Движение в центре города было густым и чересчур медленным. Машины и грузовики заполняли улицы, мотороллеры и велосипеды – обочины. Тикки мчалась, прокладывая себе путь сквозь заторы, давя на газ, заставляя «рэпер» жалобно скрежетать.
Патрульная машина «Минитменов» включила сирену, а коп через окно жестом приказал остановиться, но в такой пробке полицейской машине было ее не догнать. Тикки свернула за угол.
Через минуту она уже была в подземном гараже под «КФК-плаза». Платиновая башня над ней была штаб-квартирой филадельфийского филиала ведущего городского клана якудза – Хондзевара-гуми.
Сегодняшняя работа Тикки касалась одного из видных членов этого клана.
Потолок гаража был на небольшой высоте перекрыт бетонными плитами, опирающимися на бетонные же колонны. Люминесцентные трубки, прикрепленные к потолку меж опор, заливали светом все пространство гаража. Ряды машин, дожидающихся своих хозяев, уходили куда-то вдаль. Тикки остановила свой «рэпер» и стянула с плеч маленький рюкзак. Оттуда она извлекла и включила графический приемопередатчик «Тошиба SC-701». Дисплей ожил, на нем замелькали цветные геометрические фигуры детальной карты того места, где она сейчас находилась. В памяти прибора была записана карта всего города. Маленькая красная точка на карте обозначала положение интересующей ее машины – тяжелого «Ниссан Алтима V», на которой и ездил местный якудза. Еще раньше Тикки установила на «ниссане» маяк «Тошиба SCA-7234», который теперь был напрямую связан с ее приемопередатчиком. Она любила все подготовить заранее.
Вскоре появился клиент в сопровождении еще двух мужчин. Тикки наблюдала за ними из-за рядов автомобилей. Напрасно они озирались: ничто не указывало на то, что они чувствуют присутствие охотника, замечающего и оценивающего каждое их движение, выжидающего момент
Охота на людей в городе мало отличается от охоты на других животных в условиях дикой природы. Удачливый хищник тщательно выбирает время для атаки. Удар, который не убил жертву, – это хуже, чем если бы удара не было вовсе, потому что он предупреждает жертву о присутствии охотника. Жертва не должна ничего чувствовать до самого последнего момента, когда приходит смерть и хватает ее стальными челюстями.
«Ниссан» заурчал и покатил к выезду из гаража. Тикки запустила свой «рэпер» и двинулась за ним.
Лимузин через мост Франклина пересек Делавэр и оказался в Кэмдене, где ночь сияла неоном и кипением вспыхивающих огней. Чередой замелькали сверкающие мегаваттами света фасады. Названия казино и ночных клубов вытягивались до пятого, десятого, пятнадцатого, двадцатого этажей: «Полихром Палас», «Ритц Ройял», «Чертог Дракона» «Магическая Страсть», «Четыре Туза», «Великолепный Слабак», «Шелковое Убежище». Улицы расширились, превратились в бульвары. Лазерные лучи образовывали над улицами световые арки. Автомашины среднего класса терялись в потоке сверкающих лимузинов и шикарных седанов. Толпа в сияющих престижных костюмах и в зеркальных одеждах неомонохромов бесконечной лентой тянулась по тротуарам к искрящимся входам в различные заведения.
Полиции не было видно. Якудза управляли городской корпорацией, безопасность обеспечивали они же. «Кобуны» в ярких красных, оранжевых и желтых куртках стояли на каждом углу, фланировали вдоль каждого квартала. Тяжеловооруженный резерв располагался в ярких фургонах по обе стороны улиц. Законопослушный гражданин удостаивался здесь королевского обхождения, а со всякими отщепенцами разбирались немедля и без обращения к судебной процедуре. Насильственные преступления здесь случались редко. Все это делало Кэмден интересным местом. Особенно для охотника.
«Ниссан» подрулил к «Гингко-клубу»: объект посещал его раза два-три в неделю. Его расписание и привычки Тикки изучила заранее. Клуб назывался по имени дерева гингко, на котором растут орехи и большие, как опахало, листья. Дерево китайское, имя – японское. Клуб управляется местным филиалом якудза из Хондзевара-гуми. Что неудивительно.
Вот здесь все и должно произойти.
Главный вход строго охранялся. У привратника была сканирующая система «Фучжи СекТек-7» для обнаружения оружия, но Тикки знала, как справиться с этой штукой. У нее с собой была черная коробочка, полученная у одного специалиста в Сан-Франциско, которая должна была обеспечить беспрепятственный проход и через этот контроль, и через любой другой. У нее было и еще кое-что, способное повысить ее шансы на успех.
Над темным покрывалом ночи взошла полная луна, белая и сверкающая. Тикки усмехнулась. Что-то было в этой полной луне, что заставляло Тикки чувствовать себя дикой и свободной и даже немножко сумасшедшей.
Она направила свой «рэпер» в темноту переулка.
Задняя дверь «Гингко-клуба», сделанная из прочного металла, выходила на небольшую автостоянку, ярко освещенную оранжевыми огнями. Тикки дождалась, когда смотритель пошел в сторону главного входа, подошла к задней двери и постучала. Вокруг не было видно ни одной охранной телекамеры.