Потопленные камни
Шрифт:
два раза мне голову камнем разбил.
Раздается звон бубенцов и топот коней.
Мирза {вскакивает с места). Его
превосходительство!
Джемал и Фатьма выходят на двор встречать
гостей. Входят А б д у л-С адах и Джон Райт.
Джемал. Добро пожаловать в мой дом,
ваше превосходительство! Милости прошу,
мистер Райт!
Фатьма учтиво кланяется гостям.
Это моя мать.
Фатьма. Мой дом и мои дети счастливы
вашей
(Кланяется Райту.)
Гогича (с достоинством подходит к
гостям и протягивает руку сначала начальнику
вилайета, потом американцу). Здравствуйте.
Как поживаете?
Садах (улыбаясь). Спасибо. Смотрите,
какой молодец!
Ф а т ь м а (направляется к дому).
Пожалуйте, господа!
Садах (осматривается). У вас прекрасный
дом, сад...
Райт. К тому же отсюда прекрасный вид
на этот ваш замок Тамары!
Джемал. Кстати, мистер Райт, вы,
оказывается, прервали работы на строительстве
дороги?
Райт. Да, в ожидании вашего ответа.
Джемал. Прошу вас возобновить их с
завтрашнего же утра.
Садах. Вы уже приняли решение?
Джемал. Я поддерживаю предложение
мистера Райта.
Садах. Превосходно. Дорога будет
построена, а прекрасные памятники старинного
искусства будут вывезены и сохранены.
Джемал (уводит гостей в дом).
Пожалуйте, господа!
Все поднимаются на балкон.
Д ж е м а л. Гаянэ! Русудан!
Девушки выходят навстречу гостям.
Это моя сестра... Ее подруга Русудан.
Садах (здороваясь с девушками). Вашей
сестрой восхищается весь Зиарети!
(Вглядывается в Гаянэ, потом в Русудан.) Кто не
знает, что подруга солнца — луна! (Улыбается
девушкам.)
Все входят в дом. За калиткой появляется Бежан-
ага. Мирза не пускает его.
Бежан-ага. Кто тебя поставил здесь
сторожем?
Услышав голоса, Д ж е м а л выходит на балкон.
Я в этом доме свой человек. (Отстраняет
Мирзу и проходит.)
Д ж е м а л (увидев старика, идет к нему
навстречу). Пожалуйте, дорогой Бежан-ага,
пожалуйте! (Вводит его во двор.)
Бежан-ага. Это первый случай, чтобы в
Зиарети передо мной запирали дверь!
Д ж е м а л. Дело в том, что у нас в гостях
его превосходительство.
Бежа н-а г а (прерывает его). Именно
потому я и пришел сюда. (Возмущенно.) Яузлал,
что замок Тамары собираются уничтожить?
Джем ал. Не уничтожить, а наоборот,
спасти от уничтожения.
Б еж ая- а га. Джемал, ты теперь стал
большим
мальчишкой, и ты не обижайся на меня, если
тебе не понравятся мои слова.
Джемал. Я слушаю!
Мирза стоит в стороне и внимательно слушает. Райт
выходит на балкон и тоже прислушивается к разговору.
Бежан-ага. Тебя долго здесь не было, и
ты, должно быть, забыл, что значит для нас,
грузин, Зиаретский памятник. Сорок лет тому
назад, когда я был совсем молодым учителем,
к нам в Зиарети приехал один знаменитый
ученый — грузин... Он путешествовал в наших
краях, и я сопровождал его по Шавшети,
Имерхеви и Лазистану. И знаешь, что он мне
сказал? Он сказал: «Пока на вашей земле
высятся такие памятники, вы имеете право на
почетное место среди народов мира. Но когда их
не будет, вместе с ними исчезнет и память о
вас, и люди забудут о том, что вы существуете
на земле».
Мирза прислушивается.
Джемал (ему явно не нравятся слова
старика). Эти полуразрушенные стены не сегодня-
завтра сами обвалятся от непогоды... А то, что
уцелеет от дождя и ветра, будет уничтожено
людьми.
Бежан-ага (нахмурив брови). По твоим
словам я за.ключаю, что все уже решено!
Джем а л. Да, решено... Мы обеспечим
сохранность этого замечательного исторического
памятника. Каждый уцелевший в Зиарети
камень с надписью, барельефом или орнаментом
будет сдан в Турецкий национальный музей.
Об этом позаботится сам начальник вилайета,
и мы, грузины, можем быть только
благодарны его превосходительству.
Бежан-ага (постепенно повышая голос).
Ребенок! Или ты сам ничего не понимаешь,
или хочешь мне, старику, отвести глаза! Этот
маленький клочок земли — все, что осталось
у нас от родины....
Фатьма и Шамандух слушают, застыв у
дверей.
Разве мало вокруг места? Если вы в самом
деле хотите только провести дорогу, чего же
легче? Где ударите заступом, там она и
пройдет! Зачем понадобилось разорять дедовские
могилы?
Д же м а л. Я желаю вам только добра.
Бежан-ага. Пока мы живы, никому не
дадим разрушить нашу святыню. Помни, Дже-
мал, никому не позволим! (Уходит.)
Джемал провожает его. Мирза глядит им вслед.
Шамандух. Бежан-ага прав. Джемал,
должно быть, уже забыл... Нам, грузинам,
ничего не оставили: ни языка родного, ни