Потомок Хранителя
Шрифт:
Ирен, взвалив его руку себе на плечо, попыталась поднять ведьмака. Поддерживая друг друга, они вместе медленно встали с травы.
— А темные эльфы? — пыхтя, спросил Хару, борясь с отказывающими мышцами.
— Сам посмотри…
Вся долина от Дивной Рощи до того места, где стояли Хару и Ирен, была усеяна лежащими вповалку колдунами со всех королевств. Те из них, кто мог держаться на ногах, помогали вконец ослабевшим. Совсем рядом Хару увидел рыжую гриву Кристл. Фея, хромая и превозмогая усталость, переходила от одного мага к другому. Но, ни одного темного эльфа Хару
— Солнечные эльфы… — прошептал Хару, едва веря своим глазам, — у нас получилось!
— Это еще что! — усмехнулась Ирен. — Посмотри назад.
Не без помощи подруги, юный король развернулся к тому месту, где раньше стоял черный, как смоль, замок, вросший в вулкан. На его месте теперь возвышался сияющий дворец, увитый до самых высоких шпилей густой зеленью. Среди бесконечного множества растений проглядывали белые арки и мозаичные витражи, изящные каменные галереи и статуи. Купола башен блестели от водных брызг водопада, летящего вниз, к озеру, с самой вершины зеленого холма.
— Невероятно, правда? — заворожено спросила Ирен.
— Конечно, — согласился колдун, — но лучше всего то, что Сфера уже давно мертва, а мы снова и снова побеждаем ее.
Над головами изнуренных, обнявшихся, чтобы не упасть, колдунов, вихрем пронеслись Рюк и Нэра, разрывая небеса торжественным ревом.
Стражи распахнули резные двери, и в тронный зал плавной походкой вошла Кристл. Вокруг нее все еще потрескивали энергетические разряды телепорта, которые пробегали маленькими молниями по золотисто — зеленым пластинам нагрудного доспеха феи.
Хару и Ирен, радушно улыбаясь, вышли ей на встречу.
— Простите, что так долго, — с ходу начала Кристл, тревожно прокручивая в пальцах янтарный кулон, — создать телепорт на такое расстояние дело не из легких.
— Пустое! — отмахнулся Хару. — Главное, что ты, наконец, здесь.
— Случилось что — то серьезное?
— Вроде того… Давай пройдемся по галерее, там мы с Ирен все расскажем.
Двое правителей и Хранительница мира поднялись на этаж выше к длинному и широкому коридору, увешенному портретами и гобеленами, повествовавшими о жизни и деяниях великих магов Пролигура.
Сегодня, в выходной день, галерея была почти безлюдна — ученики и наставники огромной Цитадели отдыхали в своих комнатах или гостиных, так что сейчас это было идеальное место для разговора. Хару ненадолго задумался, наблюдая за пылинками, которые выхватывал свет из воздуха над ковровой дорожкой.
— Несколько дней назад Нэра передала нам последние слова Вирджила, — наконец сказал он.
— Это какое — то наставление? — осведомилась фея.
— Скорее предостережение, — отозвалась за мужа Ирен. — Ты когда — нибудь слышала о маге по имени Йозгеррад?
Кристл сильно нахмурилась, вглядываясь в узкие и высокие окна Цитадели.
— Боюсь, что нет. Это имя мне не известно. А Вирджил…
— Да, — прервал ее вопрос Хару, — похоже, он его
— Невероятно, — изумилась Кристл, — кажется, Вирджил знал всех в Токании.
— Вполне возможно, — с усмешкой отозвалась Ирен, — сам он нам не говорил, но я слышала, что он жил здесь еще даже до прихода Хранителей!
— Да, да, а такую длинную жизнь ему обеспечили его друзья — Золотые драконы, — продолжила Кристл, — но что именно он вам сказал про этого мага?
— А вот это самое главное, — заметил Хару, — слушай…
Ведьмак, с трудом припоминая сложную драконью речь, пересказал Кристл все, что Нэра смогла ему поведать. Известие о том, что наставник Сферы и Аскарона все еще жив, явно обеспокоило фею. Она, глубоко задумавшись, водила указательным пальцем по татуировкам левой руки. Те под ее движениями пульсировали охряным светом. Когда Хару закончил довольно краткий пересказ, она оторвалась от своего занятия и сообщила:
— Душа Аскарона сильно реагировала на ваши слова. Кажется, он взволнован. Даже будучи запертым внутри меня, он слышит и видит то, что и я. Боюсь, известие о Йозгерраде обрадовало его.
— Это чертовски плохо, — покачала головой Ирен.
— Или не совсем! — вдруг воскликнул Хару. — Аскарон может дать нам знать больше о маге, чем мы имеем. Скажи, Кристл, ты могла бы прочесть его воспоминания о наставнике?
Фея слегка замялась, склонив голову набок.
— Ммм… думаю… да! Пожалуй, я даже могла бы сразу перенаправлять его воспоминания вам. Так мы сможем вместе узнать правду. Но это будет трудно. Аскарон и сейчас сопротивляется мне, а когда я попробую вторгнуться в его сознание, он просто впадет в ярость!
— Но хоть что — то мы сможем увидеть?
— Полагаю, я справлюсь и смогу поймать хотя бы часть воспоминаний.
— Отлично, тогда когда приступим?
— Вечером. Когда взойдет луна. Сегодня полнолуние, оно даст мне силу.
— Значит, будем ждать…
Хару тревожно глядел в огонь камина, ожидая пока Кристл настроится на проницание памяти Аскарона. Фея долго стояла у окна и, почти не двигаясь, следила за полной луной. Ирен, прислонившись к яркому настенному ковру, листала старинный фолиант из библиотеки, но от волнительного ожидания не слишком вникала в содержание. Так прошло около получаса, когда Кристл, наконец, отвела взгляд от неба и вернулась в просторное кресло напротив своих друзей. Не смотря на холодный свет луны и огонь камина, маленькая, слегка душная гостиная плавала в глубоких ночных тенях.
— Я буду делать все, на что способна, но, боюсь, мы увидим не все, что нам хочется, — серьезно произнесла она.
— Мы готовы к этому, — отозвалась Ирен, тоже устраиваясь в кресле, — начнем?
— Начнем, — решительно кивнула Кристл и сосредоточенно поднесла ладони к вискам. В тот же миг ее тело засверкало рунами, а пальцы сжались в судорожном напряжении. Хару слегка привстал, готовясь поддержать фею в случае, если Аскарон окажется сильнее в этой ментальной схватке, но помощи не потребовалось.