Потомки мертвого короля

Дэвлин Джейд

— Ну чего ты скислился? Смотри, какой песик симпатичный, — и ткнула пальцем в скелет собачки, медленно растворявшийся в воздухе над книгой. — А ты думал, тебе могущество вот так на блюдечке сразу выдадут? Так не бывает даже в сказках.

Тут она оказалась права. Вместо могущества нам выдали «График обучения. Первая часть. Развитие некроцелительских и некробоевых способностей до четвертого магического уровня».

Ну вот, как один — так сидел себе и читал все, что в голову взбредет, безо всякого там графика. А как в нагрузку девчонку впихнули, так сразу

вместе с ней и график… Хорошо хоть расписания занятий нет, как в лицее!

— А алфавит тут есть? — деловито поинтересовалась девчонка, заглядывая мне через плечо. — А то эти ваши кракозябры мне ни о чем не говорят.

Вот ведь… бестолочь! То есть пока она буквы не выучит, мне придется сидеть и в потолок плевать?

Глава 20

Анна:

Ну и рожа у тебя, Шарапов! В смысле, такое у Адриана сделалось лицо, когда ему вместо тайн мироздания выдали кучу некромантских смайликов и техзадание — ммм… Я действительно искренне пожалела об отсутствии фотоаппарата. Впрочем, потом, как будет время и возможность, по памяти зарисую — Мартошу покажу. Должны же и у него быть в этой жизни какие-то радости?

Кстати, я тоже успела про себя порадоваться тому, что в качестве учебных пособий местная обучающая система выдает материальные иллюзии. Практика отличная, но если бы они каждый раз, как понадобится закрепить навык, резали или травили кого-то из парней, думаю, надолго бы пособий не хватило. А так и трупы анатомированы, и студенты целы. Ляпота…

А вторая хорошая новость — это то, что брюнетистую неприкосновенность вполне можно обойти. С целью причинить ему пользу. Я вообще едва не разулыбалась, как последняя каракула, когда это предположение подтвердилось. Это я вам как патологоанатом скажу — причинять пользу человеку можно всяко-разно разнообразно и очень интенсивно!

Сладкие мечты удалось отодвинуть на задний план с некоторым трудом, и я принялась тормошить своего будущего недобровольного пациента:

— Эй, не спи! Пошли букварь искать! Надеюсь, у вас слоговое письмо, а не иероглифическое и не это… короче, пошли!

— Букваря тут нет! — огрызнулся он. — Могу атлас найти, анатомический, там картинок много.

— Это само собой! — воодушевилась я. — Анатомический атлас всегда пригодится. А насчет букваря я не была бы так уверена. В худшем случае — напишешь мне алфавит от руки и будешь озвучивать буквы.

— Да ща-а-а-аз! — непримиримо фыркнул Адриан. — Говорящую азбуку нашла! — он подскочил и чуть ли не вприпрыжку помчался к стеллажам, где и скрылся. Только изредка эхо доносило сердитое бормотание откуда-то из недр книжного лабиринта.

Минут через пять гордый брюнет вернулся с добычей:

— Вот! Атлас, — он потряс у меня перед носом здоровенной яркой книжищей альбомного формата с завлекательным препарированным телом в переплетении уже знакомых цветных ниточек на обложке. — И вот! — теперь передо мной покрутили толстой серой книжечкой самого скучного вида. — Справочник некроцелителя! Он мне три раза под ноги упал.

Настойчивый, гад!

— Умничка, — похвалила я добытчика, стараясь не ржать. — Я все понимаю, тебе очень хочется читать мне вслух и все время находиться рядом со мной, поэтому простым путем мы не пойдем. Ну, зато узнаем друг друга поближе!

Адриан посмотрел на меня с мрачной обреченностью и цветисто выругался, поминая Танатоса во всех позах.

— Угу, согласна, — я отобрала у него атлас и с интересом изучала обложку. — Но читать тебе придется учить меня самому, вряд ли этот ваш Танатос снизойдет.

Еще пару заковыристых рулад спустя брюнет все же окончательно смирился с судьбой «учительница первая моя» и потащил меня вместе с книжками к столу у окна. Туда же, повинуясь небрежному жесту, сами собой приковыляли два мягких кресла в парчовой обивке. В одно он рухнул сам, в другое запихал меня.

— Смотри сюда! Это буква «Вый»! — ткнул он в раскрытую книгу и скорчил такую рожу, что будь я буквой — слиняла бы со страницы.

Но я не буква, поэтому бестрепетно его притормозила:

— Погоди, надо все по порядку, — и огляделась в поисках письменных принадлежностей.

Пачка чистой бумаги нашлась довольно быстро в бюро у соседнего окна. Там же, в углублении под откидной столешницей, обнаружились палочки, внешне очень похожие на заточенные карандаши. Я почиркала острым кончиком по бумаге — рисует, четко и легко, отлично.

— Вот теперь поехали. Говори букву, показывай, я зарисую и напишу себе транскрипцию.

Бурча, ругаясь и ерзая, Адриан все же выдал мне алфавит и его слоговое сочетание. Ничего особо заумного, правила фонетики почти совпадали, а исключения можно выучить. На то, как я пишу возле каждого нового символа в скобочках русскую букву или сочетание, брюнет смотрел краем глаза, вроде как «очень надо», но было заметно, что любопытствует, так что я не вредничала и комментировала свои действия вслух.

Примерно часа через два, после удовлетворительно прочитанного по слогам и без шпаргалки «кос-ти ту-ло-ви-ща», я шумно выдохнула и резюмировала:

— Хорошего понемножку. Не пора ли нам пора? В смысле пожрать?

— Иногда ты такая умная, прямо вся в меня, но пока еще бестолочь… — заржал успокоившийся к концу урока брюнет. — Ладно, пошли…

А книжку с полки он все равно упер какую-то, причем с таким видом, словно его за это минимум выпорют и надо шифроваться из последних сил, чтоб не поймали за столь недостойным занятием.

Мартош:

Когда передо мной захлопнулись двери библиотеки, я сначала решил, что это Адриан так пошутил. Плоско и не оригинально. Но когда я пару раз подергал за ручку, а потом обернулся в поисках чего-нибудь тяжелого, то встретился взглядом с уже какое-то время наблюдающим за мной призраком.

— В замке темного короля в библиотеке нет знаний для тебя. Но замок почуял знакомую кровь и тайные двери открыть тебе готов.

Я сначала поперхнулся от неожиданности, поэтому смог лишь выдавить: