Потомки мертвого короля

Дэвлин Джейд

— Ты меня вполне устраиваешь, — скептически хмыкнул и потом зыркнул на Мартоша: — Спасу я ее, если что, сможешь удочерить и привезти мне нового.

Я уже не обращала внимания на его вредность и подколки, мне самой стало любопытно, что же там за испытание и смогу ли я постичь местную грамоту. Почему-то мне совершенно не было страшно в заброшенных пыльных коридорах и даже нравилось, как похрустывает под ногами ковер из опавших листьев. Откуда только их сюда нанесло? Непонятно и интригует.

Я так увлеклась своими мыслями, что когда идущие на

шаг впереди и на шаг позади парни вдруг исчезли — даже не сразу заметила. Но озадачилась.

Коридор как раз влился в просторную комнату, скорее, даже зал, отделанный синими панелями. По потолку тоже бежала затейливая вязь изящных лазоревых символов. Даже на удивление хорошо сохранившиеся банкетки вдоль стен были обиты тепло-синим бархатом с серебристой вышивкой. И тишина…

— Адриан? — позвала я, начиная ощущать… нет, не беспокойство, какое-то другое чувство, которое не удалось сразу распознать. — Мартош?

Тишина… И куда они делись? Вряд ли парни сейчас настроены по-дурацки шутить, значит, либо я сама не заметила, как свернула не туда, либо… это то самое испытание? Которое первое?

Вот зараза, увлеклась разглядыванием стен и даже не сообразила расспросить брюнетистого слоника, а в чем, собственно, оно заключается. Глупость сделала, однако.

И что теперь? Искать ребят? Просто развернуться и дать деру? Ошейник можно будет попытаться снять… нет, это тоже глупость. Меня вон «страну спасать» из другого мира выдернули, а уж здесь в два счета крылышки подрежут. И вообще, переходить на нелегальное положение в незнакомой обстановке можно только после длительной подготовки.

Я в который раз вздохнула, пожала плечами и пошла дальше. Ну и где тут чего испытывать?

Пару раз обошла зал по периметру, постучала в синие панели, подергала за подсвечники и прочие выступающие загогулины, потопала во всех подозрительных местах, где узор на плитках пола казался мне чуть более многозначительным, чем в других местах… ничего.

— Эй! — возмутилась я в пространство. — А испытание где?

Ворох опавших листьев примерно в двух шагах передо мной вдруг подхватило вихрем, закружило, и на мраморный пол с громким стуком упало… тело.

Мужское. Еще живое — стонет и шевелится. В разорванной клочьями одежде. Залитое кровью лицо развернулось в мою сторону, и вот тут страх впервые холодной струйкой скользнул вдоль позвоночника: ярко-голубые глаза Адриана смотрели в пустоту, а на губах при каждом вздохе пузырилась кровавая пена.

Глава 19

Анна:

Так, все побоку. Маги, зомби, попаданство… Тут у меня как минимум инородное тело в дыхательных путях, отек легких и прочие прелести.

В один гигантский шаг подлетев к бьющемуся телу, я попыталась подхватить его и… застыла. Адриан продолжал захлебываться кровью, но непонятная сила не давала мне до него дотронуться!

Краткая секунда паники едва не стоила мне потери сознания. Да, я привыкла иметь дело с трупами, один раз даже вскрывала

приятеля… не так чтобы близкого, но из общей компании. Думала, будет кошмар и звездец — но нет, просто работа.

А здесь он еще живой, но вот-вот станет мертвым! И что делать?!

Я бы, наверное, как тот слон, которым обзывала брюнета, побилась головой о невидимую стену, если бы в глазах внезапно не потемнело — ой, слишком похоже на предобморочное состояние! — и в этой сгущающейся тьме агонизирующее тело вдруг не расцветилось сплошной массой разноцветных линий, пятен и контуров.

Приехали. Я поневоле резко остановилась, а потом уже и сознательно отошла на полшага, внимательно изучая открывшуюся картину.

Итак, что мы имеем? Это как минимум отек легких, явно травматического происхождения. Теперь разберемся — травма механическая или токсикологическая? То есть надышался этот олух чем-то ядовитым или напоролся на что-то острое?

Медленно обходя подергивающийся будущий труп по окружности, я внимательно его осматривала и все больше успокаивалась. Эмоции сейчас не нужны, значит, отодвигаются на второй план. Это привычно, это профессиональная необходимость.

Ага! Все же не надышался, а напоролся. Правее грудины между четвертым и пятым истинным ребром торчит что-то, не предусмотренное человеческой анатомией. А если моргнуть и снова вглядеться в темноту — в этом месте логика цветных узоров нарушена, линии разорваны и смяты.

Так… Подойти я к нему не могу. Зато могу… Ага… Во мне тоже есть эти самые линии и сгустки, и они все время пытаются из меня вылезти в окружающее пространство, только их скорлупа не выпускает. Такое впечатление, что я сижу внутри энергетического яйца. Ахха… это, наверное, тот самый младенческий кокон. Но сейчас у меня такое впечатление, что он не столько защищает, сколько мешает. А если попробовать в него постучать изнутри? Цыплята, собственно, так и делают…

Постучать не вышло, зато получилось силой мысли растворить оболочку прямо по курсу. Этого хватило, чтобы часть моих светящихся ниточек и канатиков радостно свилась в длинное щупальце и через «проталину» рванула наружу.

Я даже не пыталась осознанно управлять этой штукой, потому что она или, точнее, оно — щупальце — явно лучше меня знало, что делать. Инстинкт? Возможно.

Всего пара секунд ушла на то, чтобы щупальце на конце раздвоилось, одна часть вцепилась в острый обломок и потащила его из тела, а вторая… ага. Угу.

Как интересно!

Похоже, пневмоторакс Адриану не грозит. А еще я отчетливо вижу, как тончайшие нити собирают из раны…

Если принять за гипотезу то, что все эти разноцветные чудеса и есть магия или, выражаясь более научно, энергетические образования… то они собирают из раны что-то похожее на… Я же некромант, да? Значит, собирают они энергию смерти, потому как она расползается четко там, где должно происходить отмирание клеток.

Щупальце ее собирает, втягивает… куда-то сюда, в мое солнечное сплетение. И… переваривает?