Потерявший веру

Картер И. С.

Я переношу вес на предплечья, так я смогу приподнять тело над острыми металлическими шипами, которые пытаются разорвать мои кишки, и поднимаю себя, пока не чувствую, как мои плечи упираются в верхнюю часть раздавленного окна. Что-то отрывается на спине от моего пиджака, но не задевает кожу, и я поднимаю себя вверх достаточно, чтобы зафиксировать правую ступню об угол отверстия, эффективно используя остальную часть моего тела, чтобы вытащить себя из автомобиля на мятый и раздавленный капот. Понадобилось ещё одно небольшое усилие, и остальная часть меня на свободе, я неизящно падаю на землю рядом с боком автомобиля, издавая

глухой звук и пачкая землю своей кровью. Мне не нужно смотреть, чтобы понять, что это лишь поверхностная рана.

Джеймс падает с боку от меня, его глаза мечутся между мной и окружающей обстановкой.

— Ты можешь передвигаться? — его глаза расширяются от вида растущего пятна крови на моей порванной в клочья рубашке.

— Да. Дай мне мой пистолет.

Он отдаёт его без возражений, и я чувствую себя немного более целым, когда моя рука сжимается вокруг небольшого ствола.

Я приседаю и разворачиваюсь на пятках, чтобы оценить окружающую обстановку, скрывая то, как вздрагиваю, когда двигается моя повреждённая плоть.

Позади нас, примерно в двадцати метрах или около того, пролегает граница густого леса. Движение к нам всё приближается — спрятаться в лесу наша единственная возможность. Джеймс приходит к тому же заключению, что я, и, ни говоря ни слова, он встаёт, продолжая пригибаться к земле, когда бросается к линии деревьев со мной, наступающим ему на пятки.

Мы делаем шаг или два в лесистую местность, прежде чем первый человек спускается к месту на дне крутого обрыва. Грязь и пыль покрывают его чёрную одежду, военная винтовка висит у него за спиной, а другое огнестрельное оружие у него в руке, в то время пока он осматривает окружающий пейзаж.

Он пока не видит нас в нашем укрытии за деревьями, но едва ли мы в безопасности.

Второй человек присоединяется к нему — это Джейсон Плуммер (он же — глава оперативной команды Джеймса), и к ним быстро присоединяется третий. Каждый мужчина — часть команды Джеймса. Однако, что-то не так, и я показываю жестом Джеймсу оставаться на месте. До тех пор, пока не буду убежден, что это — спасательная команда, ведь это с лёгкостью может оказаться заказным убийством.

Трое осторожно подходят к автомобилю, они окружают его. Плуммер спереди, в поле его зрения — разбитое лобовой стекло. Второй мужчина подходит сзади, третий приближается к днищу автомобиля. Никто не произносит ни звука. Нет ни одного призыва: «С Вами всё в порядке?» или «Мы здесь, чтобы помочь», и мои подозрения возрастают с каждой последующей секундой тишины.

Джеймс по-прежнему неподвижен в нескольких футах слева от меня, его тело скрыто от его людей толстым стволом дерева, и я понимаю, что он разделяет мои подозрения, когда его глаза быстро встречаются с моими, и их темные глубины вспыхивают от гнева из-за возможного предательства.

— Бл*дь, Коннор, иди сюда, — спокойно говорит Плуммер, в его тоне слышится раздражение, когда он дёргает головой в сторону мужчины, стоящего перед днищем автомобиля. Коннор не колеблется, и он оказывается рядом с Плуммером через секунду.

— Заберись туда, я кое-что вижу, — командует Плуммер. — Я прикрою тебя.

Коннор делает то, что велит командир его группы, и неловко подтягивает себя вверх на капот. Только несколько слов, содержащих проклятия, срываются с его губ, когда его руки

опираются о искорёженный металл и острое стекло.

Секундой позже он соскакивает обратно на землю с оторванной кистью водителя в руке. Обломанная кость видна с одной стороны, и с этого расстояния она выглядит как не настоящий реквизит киношников, но я-то знаю, что это не так. Я видел, как Бранта вышвырнуло из кувыркающейся машины, как бракованную погрызенную игрушку. Я засвидетельствовал тот момент, когда его конечность оторвалась от тела, и то, как этот мужчина (Коннор, как теперь я знаю) обращается с частью Бранта, говорит мне о том, что ему действительно похрен.

— Есть там что-нибудь ещё? — спрашивает Плуммер, подходя и становясь рядом с Коннором, но не делая ни одного движения, чтобы забрать у него конечность.

— Ничего, чтобы я мог увидеть.

— Чья она? — спрашивает Плуммер Коннора, когда мужчина с задней части автомобиля медленно отходит со своего поста и начинает приближаться к двум другим мужчинам.

— По цвету кожи, я бы сказал, что она вероятно…

Бах.

Коннор заваливается на землю, конечность из его хватки падает в тот момент, когда его затылок взрывается брызгами крови и мозгового вещества.

Бах. Бах. Бах. Бах.

Ещё четыре выстрела, и только один попадает в лодыжку Джейсона Плуммера, пока он пытается скрыться за передней частью автомобиля, выстрелы застали его в врасплох, его пистолет не способен ответить на выстрел, всё его внимание скорее было нацелено на выживание, чем на непосредственное возмездие.

Третий мужчина поднял своё оружие, его спина прижата к грязному днищу внедорожника, рука вытянута, пистолет направлен в место, где раньше стояли Плуммер и Коннор.

— Выходи, шеф, — зовёт он Плуммера с насмешкой.

— Пошёл на хрен, Ривенс, — выплёвывает назад Плуммер.

С нашего местоположения за деревьями, я могу видеть лейтенанта, продолжающего, волоча ногу, продвигаться сзади автомобиля, его поврежденная нога замедляет его, но он тащит её вне поля зрения, пока предатель, зовущийся Ривенсом, движется от передней к задней части транспортного средства.

Я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на Джеймса, его глаза быстро встречаются с моими, прежде чем он многозначительно смотрит на моё оружие.

«Сообщение доставлено». Он ожидает, что я приду на помощь Джейсону Плуммеру.

— Давай, шеф, — снова зовёт Ривенс. — Я действительно не хочу убивать тебя. Мой босс хорошо платит своим людям, возможно, я бы смог выторговать для тебя сделку.

Улыбка на лице Ривенса указывает на то, что он лжёт, не моргнув глазом. Он не намеревается оставлять никого в живых, кроме себя.

«Я, бл*дь, ненавижу предателей».

Мужчина становится дерзким в своих движениях и отходит в сторону от транспортного средства, чтобы расширить своё поле зрения. Он повёрнут спиной ко мне, ублюдок только что нарисовал мишень на своём затылке. Я просто надеюсь, что доверие Джеймса к его командиру оперативной группы является хорошо обоснованным, поскольку разоблачение нашего местоположения только с одним оружием между нами — глупо, и пока в опасности не оказался один из моих братьев — это не тот риск, на который я могу пойти.