Потерянный рыбак

Энн Джуэл Э.

— Я подумал, что возьму ребенка на прогулку, пока вы побудете наедине. — Фишер одарил их заманчивой ухмылкой. — С тех пор как она испортила вам вечер сигнализацией грузовика, синими губами и стучащими зубами.

Рори и Роуз рассмеялись, но потом обменялись взглядами, которые говорили о том, что они действительно воспользовались своим одиночеством. Что… заставило меня вспомнить тот раз, когда я увидела их в душе. Да, этот образ навечно запечатлелся в моем мозгу.

— Погулять с ребенком? — Я нахмурилась на Фишера. —

Ты говоришь обо мне как о пятилетнем ребенке… или собаке.

— Если поводок подойдет. — Он взял бутылку апельсинового сока из кулера.

Я толкнула его в колено, заставив ногу неожиданно согнуться, что немного вывело его из равновесия, когда он закрывал кулер.

— Осторожно. — Он посмотрел на меня сузившимися глазами.

— Что осторожней, старик?

— Послушайте, как вы двое… все как в старые добрые времена. Фишер, вы с Риз постоянно ссорились и подшучивали друг над другом, как брат и сестра, — сказала Рори, передавая мне тарелку с блинчиками.

Я села на один из походных стульев, а Роуз налила сироп на мою стопку блинов, на секунду сжала губы, а затем пробормотала:

— Брат и сестра — моя задница, — так, чтобы только я могла ее услышать.

Я подмигнула ей, одно из тех наглых подмигиваний в стиле Фишера.

— Никакой манкалы для вас двоих сегодня вечером, — сказала я маме и Роуз. — Вы слишком громкие. Слишком соперничаете.

— Простите. — Рори поморщилась. — Мы не давали вам спать?

Я подняла большой и указательный пальцы на дюйм друг от друга.

— Немного.

— Манкала? Мне нравится эта игра, — сказал Фишер. — Мы должны сыграть в нее сегодня вечером.

— В нее можно играть только вдвоем, — сказала Рори, передавая Фишеру тарелку с блинами.

— Ну, вы двое играли в нее вчера вечером, так что я сыграю в нее с именинницей сегодня. — Фишер откусил от блинчика и ухмыльнулся. — Хочешь поиграть со мной сегодня, Риз?

Я замедлила жевание. То, как он это сказал. Да, он точно хотел. Рори не обратила на его замечание никакого внимания. А вот Роуз подавилась кусочком своего блинчика.

— Ты в порядке, детка? — спросила Рори.

Роуз несколько раз похлопала себя по груди и кивнула.

— В порядке.

Проглотив свой кусочек, я ухмыльнулась Роуз, отвечая Фишеру.

— Звучит забавно. Я бы с удовольствием поиграла с тобой сегодня вечером.

Лицо Роуз напоминало спелое красное яблоко, и она ничего не могла сделать, чтобы остановить нас. А Фишер даже не подозревал, что она знает. Он думал, что наши намеки касаются только нас двоих.

— Я не собираюсь быть с тобой покладистым. Я довольно конкурентоспособен. Мне нравится быть на вершине в конце.

Роуз снова закашлялась, и Рори протянула ей бутылку с водой.

— Пей. И лучше пережевывай пищу. — Рори переключила свое внимание на Фишера. — Не будь слишком самоуверенным и не недооценивай Риз. У нее тоже есть соревновательная

жилка. Я уже вижу, как она побеждает… оказывается на вершине вместо тебя. Так что не надо завтра дуться.

К этому моменту Роуз склонила голову, сжимая пальцами переносицу. Я была уверена, что она беззвучно скандирует: «Заставьте их остановиться!»

Но для меня было важно лишь то, что мы с Фишером собирались играть.

Глава 21

До того, как я уехала из Техаса, чтобы воссоединиться с Рори, я знала три вещи.

Первое: я никогда не буду пить или принимать наркотики.

Второе: Никакого секса до свадьбы.

Третье: Во всех своих решениях я в первую очередь буду полагаться на Бога.

В двадцать четыре года я ничего не знала.

После очередного группового похода, обеда и того, что мы сделали миллион фотографий, мы развели костер, чтобы поужинать, а потом слишком много выпили. Разговор принял неожиданный оборот из-за меня. Кто-то должен был прервать меня раньше.

— Ты когда-нибудь рассказывала Фишеру, как он любил Энджи? — спросила я, разглядывая этикетку на своей пивной бутылке. Я даже пиво не очень-то любила — но другого ничего не было.

— Что? — спросила Рори.

— Я имею в виду… все говорят, как сильно он ее любил. Может быть, если бы кто-нибудь сказал ему, почему они так думают … как именно любил … что конкретно он сделал, чтобы вы подумали, что он любит ее? Тогда он, возможно, вспомнил бы.

Я понятия не имела, что алкоголь может спровоцировать приступ ревности, который может привести к саморазрушению. И все же я была… опьянена и ревновала.

Рори взглянула на Роуз.

— Он присы лал ей цветы.

Роуз кивнула.

— Они были такими милыми… — Она смеялась, опьяненная, как и все мы. — Разве это подходящее слово? — Роуз засмеялась еще громче.

— Он часто водил ее на ланч, — добавила Рори.

— Иногда ты брал ее покататься на своем мотоцикле. — Роуз переключила свое внимание на Фишера.

Я взглянула на него.

Он потягивал пиво, глядя на огонь, как будто не слышал нашего разговора.

— Мы вчетвером провели столько вечеров на веранде, просто разговаривая о жизни. Фишер сказал, что хочет двоих детей. Энджи хотела четверых. Они остановились на троих. — Рори улыбнулась Фишеру.

И снова … он никак не отреагировал, только слегка прищурил глаза, как будто пытался осмыслить то, что о нем говорили.

Ему все еще казалось, что это чья-то чужая жизнь? Биография, которая была не его?

— И после того, как мама Энджи умерла, Фишер просто… сделал все. Он помогал заботиться о собственности ее мамы. Он практически спланировал похороны. Перевез Энджи в свой дом. Готовил для нее… несколько недель, пока она горевала по своей матери. Жаль, что ты не помнишь, Фишер. Это правда, я помню. — Рори нахмурилась.