Потерянный рай

Мильтон Джон

Со Мной, провозгласив Тебе хвалу!"

Так, опершись на скипетр, молвил Сын,

С Престола высочайшего сойдя,

Где одесную Славы восседал.

Священный — третий — заалел рассвет,

И Колесница Божества Отца

В густом огне, как буря, понеслась,

Не силою колёс, одно в другом

Вмещавшихся, но движимая Духом;

Её сопровождая, по углам

Четыре следовали Херувима

Четвероликих; словно роем звёзд,

Усеяны

их крылья и тела

Очами, и берилловых колёс

Ободья, — сплошь в очах, — метали огнь.

Над Херувимами хрустальный свод,

Подобный Небу, высился; на нем

Престол сапфирный, амброй испещрён

И всей расцветкой радуги дождливой.

Мессия на престоле восседал

Во всеоружье горнем и в броне

Лучистого Урима — мастерства

Божественного. Справа от Него

Орлиные расправила крыла

Победа; у бедра — могучий лук

Соседствовал с колчаном, полным стрел

Трехзубых молний; клокотал окрест

Разящий пламень, и клубился дым,

И разлетались тучи жгучих искр.

Десятки тысяч тысячей Святых

Сопровождали Сына; яркий блеск

О шествии далєко возвещал,

И двадцать тысяч (о таком числе

Мне ведомо) Господних колесниц,

По десять тысяч с каждой стороны,

Катились рядом с Ним. Так Сын летел,

Крылами Херувимскими влеком,

Воссев на Свой сапфировый престол,

Поправ стопами свод из хрусталя,

Сиянье излучая вдаль и вширь.

Его узрела первой наша рать,

И радости нечаянной восторг

Объял сердца, когда великий стяг

Мессии разблистался в вышине,

Его прибытья знак на Небесах,

Несомый Ангелами. Все войска

Под знамя это Михаил отвёл

С обоих флангов, их соединил

И передал Державному Вождю.

Божественная расчищала мощь

Дорогу Сыну. Он велел горам

Отторгнутым вернуться на места -

Повиновались горы; прежний вид

Восстановило Небо, вновь цветы

На долах улыбались и холмах.

Свершилось это чудо на глазах

Врагов злосчастных, но они, коснеть

В упорстве продолжая, собрались

Объединённой ратью, чтобы вновь

Мятежный бой — безумные! — начать,

В отчаянье надежду почерпнув.

Возможно ли настолько исказиться

Небесным Духам? Знаменьем каким

Гордец надменный был бы убеждён?

Какое чудо в силах умягчить

В упрямстве очерствелые сердца?

Все то, что безрассудных остеречь

Должно — ожесточило их вдвойне,

И, славу Сына Божия узрев,

Ужаленные завистью, враги

Ярятся

пуще; алча высоты

Достичь такой же, с гордостью стоят,

Готовясь к новой битве и в мечтах

Решив Отца и Сына одолеть

Не силой, так лукавством, если ж нет,-

Погибнуть поголовно в мировом,

Всеобщем, окончательном крушенье.

Так, отвергая бегство и отход

Постыдный, двинулись бунтовщики

Вперёд в последний бой; тогда воззвал

Сын Божий к флангам подчинённых войск:

"— Святые! Сохраняйте строй блестящий!

Вы, Ангелы, от битвы опочив,

Останьтесь при оружье на местах!

Угоден был Творцу ваш ратный труд;

За правое, доверенное вам

Господне дело бились до конца,

С победоносной доблестью. Но длань

Иная наказанье довершит

Проклятых орд. Единый мститель — Бог

Иль Тот, кому отмщенье поручил.

Не множеством великим, не числом

Сегодня будет осуществлена

Их казнь. В покое стойте и глядите,

Как чрез Меня прольётся Божий гнев

На нечестивцев. Нет, не вас — Меня

Возненавидев, завистью кипят

Они ко Мне, за то, что Мой Отец,

Которому вовек на Небесах

Присущи царство, слава, сила, власть,

Меня изволил милостью почтить

И предоставил Сыну приговор

Исполнить Свой. Да сбудется судьба

По их желанью: силами в бою

Помериться и вызнать — кто сильней:

Они ли совокупно или Сын

Противу всех. Мерилом — только силу

Они избрали, прочих не ища

Достоинств, и Тому, кто их затмил

Достоинством, в почтенье отказав.

Пускай же сила наш решает спор;

Не удостою их ничем иным!"

Так молвил Сын и лик переменил

Столь страшно и сурово, что стерпеть

Невыносимо взору; на врагов

Он обратился, преисполнясь гнева

Карающего. Звёздные крыла

Четыре Херувима распустили,

Бросая тень зловещую вокруг.

Колёса колесницы боевой

Внезапно завертелись, грохоча;

Казалось, это гул бегучих вод

Иль топот ног неисчислимых войск.

На нечестивцев, мрачный, словно ночь,

Он мчался; от пылающих колёс

Шатнулся Эмпирей, лишь Божий Трон

Не дрогнул. Бурей вторгся Он в ряды

Противников и десять тысяч молний

Десницею метал перед Собой,

Язвя их души. Изумленье, страх

Врагов объяли; мужество они

Утратили и, прекратив отпор,

Ненужное оружье уронили.

Сын попирал шеломы, и щиты,