Потерянный ангел
Шрифт:
Его язык коснулся ее уха, обвел его контуры, проник вовнутрь, как в раковину. Сузанна лежала неподвижно, боясь малейшим движением спровоцировать его на еще более смелые поступки.
Он легонько прикусил зубами нежную мочку уха. К своему ужасу, Сузанна почувствовала, что при других обстоятельствах это было бы очень приятно. Но сейчас паника парализовала ее. Хотя ей самой никогда не приходилось испытывать плотскую любовь, которую мужчины ждут от своих жен, она понаслышке знала, как это происходит. Не было сомнений, что именно к плотской любви стремился Коннелли. Правда, двигался он в этом направлении не быстрее, чем движется свинья по
Ей надо остановить его. Но как? Правая рука Сузанны была зажата весом его тела, а левую он крепко держит. Что она способна сделать? Его бедро давило на ее ноги. Он был таким огромным и сильным, что мог просто переломить ее пополам.
Коннелли провел языком по ее подбородку, заставив Сузанну покрыться мурашками. Потом принялся губами ласкать шею прямо под подбородком. Сузанна осознала, что ее тело отвечает на страстные ласки его горячих губ. Она дернула головой, пытаясь высвободиться. Не обращая на нее внимания, Коннелли начал покрывать легкими поцелуями ее шею.
– Прекрати! – прошипела Сузанна ему в плечо, куда прижималась лицом. – Ты меня слышишь? Немедленно прекрати, и мы все забудем. Тебя не накажут, даю слово. Слышишь?
Конечно, он слышал, но никак не отреагировал на эту комбинацию из угрозы и обещания. Он поцеловал щеку Сузанны, угол глаза, висок, продолжая лежать на ней, вдавливая ее в матрас, но слегка сдвинувшись в сторону, чтобы она могла дышать. На Коннелли была короткая рубашка, и он терся голым бедром о ее бедро. Сузанна с ужасом обнаружила, что в результате падения ее ночная рубашка задралась почти до талии, обнажив и ее бедра, и теперь она ясно ощущала жар его кожи.
Ей снова пришла в голову мысль закричать, хотя минуту назад она от нее отказалась – какой позор, если ее застанут в такой ситуации члены семьи. Нет, она не будет кричать. Кроме чувства стыда, ее остановила реальная опасность, грозящая сестрам и отцу, если им придется бороться с Коннелли. Сузанна с отчаянием поняла, что все пять Редмонов не выстоят против одного Коннелли, человека, которого она сама привела в дом. Разве что, заслышав ее вопли, отец сообразит схватить охотничье ружье, хранящееся за кухонной дверью, хотя эта идея вряд ли придет ему в голову. У отца с практической сметкой всегда было туго.
Если она немедленно не остановит Коннелли, то очень скоро будет знать о плотской любви куда больше, чем когда-либо собиралась узнать. Ее изнасилуют и разрушат ее жизнь, и никто, кроме нее, не будет виноват в этом. Последнее соображение придало ей силы.
– Коннелли, немедленно отпусти меня! Если ты меня не отпустишь, тебя повесят!
Но и эта угроза на него не подействовала. Вместо ответа он очень нежно поцеловал уголок ее рта. Тут Сузанну осенило, что, возможно, из-за снотворного он еще не вполне проснулся и пребывает в сомнамбулическом состоянии, вызванном ее появлением у постели. Возможно, ему снится эротический сон, и он проигрывает его на ней!
– Коннелли! Проснись!
Единственным ответом были губы, скользнувшие по щеке к подбородку. Собрав последние силы, Сузанна выгнула спину, пытаясь сбросить его, но шансов у нее было столько же, сколько у ягненка, очутившегося в пасти волка. Зато он слегка отстранился, и Сузанна решила, что ее сопротивление принесло результат. Однако она ошибалась. Его колено очутилось между ее ног.
На одно мгновение, не больше, когда Сузанна ощутила мускулистость его бедра, шероховатость и напор покрытой волосами ноги, ее тело
Он еще сильнее прижался к ней, и во рту у нее пересохло.
Как бы ни было стыдно перед семьей за то, что она попала в такой переплет, как бы это ни было опасно, но ей надо позвать на помощь. Сузанна уже хотела было закричать, но тут Коннелли прижался губами к ее рту, языком скользнув глубоко внутрь. У Сузанны перехватило дыхание. Запах мыла смешался с запахом куриного бульона. Казалось, он хотел полностью завладеть ее ртом. Его губы были жаркими, влажными и жадными. Его бедро двигалось вверх и вниз прижимаясь к тому месту, на котором, как она ни боролась с этим, сосредоточились все ее мысли. Сузанна пыталась увильнуть от настойчивого постыдного прикосновения, но тут же бросила эти бесполезные попытки. Неведомые мощные волны уже подхватили ее тело.
Значит, вот как мужчины соблазняют женщин на плотскую любовь? Конечно, Сузанна иногда задумывалась об этом. Но и только. У нее никогда не было поклонника. Саре Джейн и в голову не могло прийти обсуждать такие неприличные вещи со своей старшей сестрой. Хотя Сузанна однажды случайно слышала, как она нерешительно призналась Мэнди, что ее пугает первая брачная ночь. Если плотская любовь именно такова, то Саре Джейн нечего бояться. Наоборот, надо ждать с нетерпением, но, конечно, это должно случиться лишь после свадьбы.
Но сама-то она вовсе не на брачном ложе, и Коннелли ей не муж. Наслаждение, пронизывающее ее тело, греховно. Сузанна не позволит себе испытывать это чувство. Не позволит!
Губы Коннелли снова скользнули ей на шею. Внезапно он отодвинулся, освободив ее руки, и начал изучать ее тело. Мужские пальцы нащупали грудь и сомкнулись вокруг нее, касаясь соска. Сузанна напряглась, не желая поддаваться нахлынувшему страстному желанию. Она давно привыкла к мысли, что ей самой суждено остаться старой девой. Помолвка Сары Джейн только подтвердила правильность ее рассуждений. Ей не дано мечтать о том будущем, которое сестры считали само собой разумеющимся – брак, дети, муж, который научит их плотской любви. Все это не для нее. Ее судьба – быть с отцом и сестрами. А когда она будет им больше не нужна, то к тому времени слишком состарится, чтобы начать собственную жизнь. Но все же волновало и другое… Пусть она дурнушка, пусть излишне практична, ей тоже хотелось, как и всем женщинам, познать искусство любви. И вот ей дан шанс. Надо лишь спокойно лежать и позволить ему…
В это время к первому присоединилось и второе колено. Сузанна даже опомниться не успела, как ее ноги оказались широко раздвинутыми.
– Нет! – Паника взяла верх над всеми остальными чувствами. Сузанна изо всех сил ударила Коннелли кулаком в висок.
– Какого черта?
Она и удивилась, и обрадовалась, когда он с громким воплем скатился с нее. Сузанна внезапно почувствовала, что свободна. Она отползла к краю постели, но здесь ее остановила рука, вцепившаяся в гриву ее волос.
– Пусти меня! Пусти меня, слышишь?