Потерянные страницы
Шрифт:
— Так что вы хотели бы узнать?
Бестер молча попивает кофе, предоставив даме командовать парадом.
— Меня интересует ваше мнение по поводу миссии свабхавикакая, — говорит Типтри, — в особенности что касается похищения людей. Вы когда-либо вступали в связь с инопланетянами? Живы ли пропавшие или препарированы? Если живы, то где их держат? По какому принципу свабхавикакая выбирают жертву?
Старджон добродушно улыбается.
— У вас так много вопросов, госпожа Типтри. И не совсем те, что ожидаешь от журналиста, собирающегося написать статейку о распутных, извращенных свабби. Местная пресса
— Которыми вы жаждете поделиться?
Наклонившись вперед, словно для таинственности, Старджон говорит:
— Конечно. Я считаю, что свабхавикакая пришли собирать урожай. Мы — некоторые из нас — обладаем тем, что им нужно. И подобно жнецу, который не спрашивает разрешения у колосьев, срезая их серпом, инопланетяне не церемонятся с нами.
— Что, черт побери, им может быть от нас нужно? — фыркает Бестер. — Тряпье, что мы носим, или рабский труд?
— Отнюдь нет, господин Бестер. Вы слишком все упрощаете. Только подумайте: вдруг мы обладаем редкими душевными качествами, которые инопланетяне хотят, так сказать, позаимствовать?
— Вздор! — Альфи осушает чашку. — В вашем доме вряд ли найдутся крепкие напитки?
— Почему же, господин Бестер. — Старджон поворачивается к женщине у раковины, которая во время их беседы терпеливо лущит стручки. — Бьянка, достань, пожалуйста, из буфета бутылочку «Ранних времен». Да, вот ту…
Старджон любовно принимает из ее нежных рук бутылку, погладив пальцами кисть Бьянки. Наклонив сосуд над чашкой Бестера, он останавливается, не давая виски вылиться.
— Вы спрашиваете разрешение у бутылки, господин Бестер?
Редактор краснеет от гнева и наклоняет горлышко вниз. Оттуда льется янтарная жидкость.
— Значит, вы утверждаете, — говорит Типтри, — что свабхавикакая — существа более высокого уровня развития, чем мы, и способны выявить качества, которые мы не видим?
— Вполне вероятно. Вот послушайте. — Старджон достает из кармана кафтана помятую листовку. — Выдержки из работы профессора Оксфордского университета Трунгпа. Вам ведь известно, что на инопланетян первыми натолкнулись тибетские монахи и дали им имя. Так вот, оказывается, выбранный ими термин давно существует в тибетской теологии. Трунгпа пишет: «Свабхавикакая — это понимание всей сути, тотальный охват всего, реализация всеобщности как таковой. Свабхавикакая — есть существование за пределами рождения, жизни и смерти. Просто бытие».
Спиртное пробуждает в Бестере желание поспорить, и он выпаливает:
— И что, ваш чертов индейский талисман кого-то обнаруживает?
Старджон не успевает открыть рот, как на кухню врывается блондинка-свабби с криком:
— Они здесь, они здесь! На рыбацкой пристани!
Опрокинутый стул падает на пол. Старджон уже в дверях.
— Быстрей! У вас есть шанс посмотреть, чем мы занимаемся!
Через пару минут вся команда свабби с Бестером и Типтри втискивается в машины разных марок и цветов и мчится к пристани. Поток
В тишине волны громко, словно пулеметные выстрелы, ударяются о сваи.
Свабби принимаются демонстрировать свое поклонение. Некоторые падают на колени, сложив руки для молитвы, другие начинают прыгать, третьи залезают друг другу на плечи, пытаясь дотянуться до инопланетян. Остальные танцуют, словно дервиши.
Старджон спокойно стоит в стороне, обняв за обнаженную талию немого Чипа. Рядом Бестер и Типтри. Глаза предводителя свабби закрыты, черты лица напряжены, словно он пытается выпустить свою душу из этого давно потерянного мира.
— Корабль! — неожиданно вскрикивает Типтри.
С военной базы Пресидио поднимается корабль свабхавикакая и застывает над ними. Такого ранее никогда не происходило.
Средняя часть причудливого межзвездного аппарата имеет очертания кувшина или бычьей головы. Из широкой части торчат раздваивающиеся ветви с органическими перьевыми кончиками. Совершенно неподъемный, корабль напоминает женскую репродуктивную систему: утробу, фаллопиевы трубы.
Совпадение ли, что бык был символом древнего матриархата?
— Посмотрите на парня! — вскрикивает Бестер. Старджон открывает глаза и видит горящее лицо Чипа. Линии и петли ожили и извиваются на темной коже ничего не подозревающего негра, словно пылающие татуировки.
На диво сохраняя спокойствие, Типтри спрашивает:
— Такое раньше бывало?
— Нет.
И тут пришельцы набрасываются на Старджона, Бестера и Типтри.
Воздух с хлопком заполняет опустевшее пространство. Чип стоит на месте, рисунки на его лице вновь неподвижны…
…падает на колени…
…и плачет навзрыд.
4
Над Гудзоновым заливом едкий дым
Она снова двенадцатилетняя девочка, телом и душой, еще юная и неиспорченная.
Однако в ее голове каким-то образом присутствует израненная и напуганная пятидесятилетняя женщина. На ранней стадии полового созревания, еще совсем ребенок, она недоверчиво озирается по сторонам — визуальная картинка и звуки поступают в мозг, сохраняя ощущение путешествия во времени.
Нет, только не это,подумала Алиса Шелдон. Я не смогу пережить это снова, зная все наперед, и не сойти с ума.
На дворе 1927-й. Она в лачуге неизвестного ей кенийского племени — бедных пастухов, изнуренных кочевников; восемь лет назад туземцы взяли к себе осиротевшую белую девочку, найдя ребенка рядом с погибшими родителями. (Алиса не знает, какой тропический жук укусил Шелдонов, пощадив ее, что за вирус или яд убил смелую, но безрассудную пару, которая не побоялась взять дочку в опасную экспедицию. В невозвратном прошлом и ее безымянные спасители. Девочку вернули в цивилизацию члены родезийского сафари, однако к тому времени ей был нанесен невосполнимый урон. На родине Алису ждали наследство и пожилая тетка.)