Потерянные страницы

Ди Филиппо Пол

Сейчас она вновь подкидыш, удочеренный племенем.

И у этого племени принято делать девочкам обрезание.

Зачем лицемерить? Назовите вещи своими именами.

Увечье женских гениталий. Клитеродектомия, как прочла в учебнике студентка медицинского колледжа Алиса Шелдон.

Каждый день чувствуешь боль при мочеиспускании, каждый день видишь увечье в зеркале.

В

зеркале девственницы. Даже полвека спустя оно — ее единственный друг.

Девочка-подросток трется бронзовой голой попкой о грубую ткань. Она несколько встревожена. Что здесь затевается? Успокаивает присутствие знакомых женщин. Запах костра и свет навсегда запечатлелись в памяти девочки, из глубины которой кричит, надрываясь, взрослая Алиса.

Беги! Спасайся! Борись! Сделай же что-нибудь!

Но ребенок, которым она была, не слышит.

Подходит шаман, напевая обрывистые слова ритуала, а женщины — предательницы! — прижимают ее плечи к одеялу. Слишком поздно, ужас!

Ктозаставляет меня пережить это снова? Наверно, свабхавикакая. Будь они прокляты! Сколько раз я приставляла к виску пистолет и ни разу не выстрелила. Зря.

Теперь над ее разведенными ногами нагибается мужчина. В его руках нож, который скоро отрежет и поглотит все ее будущее…

Кто-то хватает шамана за руку.

— Брось нож!

Инструмент падает на ткань.

Алиса видит, что ее спаситель, как ни странно, Бестер.

Она — нагая, взрослая женщина — встает на ноги в огромной светлой капсуле, походящей на выстланное пухом яйцо с серым туманом внутри. Отовсюду рассеянный свет.

Корабельный отсек?

Алиса опускает руку и недоверчиво ощупывает себя. Хотя она не знает, каковы на ощупь нормальные взрослые органы, у нее нет сомнения, что все цело. Неуверенные пальцы погружены в безупречную органическую симметрию.

Бестер стоит рядом, тоже обнаженный. Но он уже не тот, как и Алиса. Альфи словно был сломлен и возрожден заново, обретя душу и тело человека, не изуродованного превратностями судьбы.

— Это все творят с нами инопланетяне? — спрашивает Алиса.

— Кто же еще?

Она робко протягивает руку и касается

груди Бестера.

Вдруг некоей силой их прижимает друг к другу, словно непреодолимой волной. «Космическое насилие?» — думает Алиса. Но сразу же находит оправдание своим действиям, которые подчиняются законам любви и смерти. Исчезает напряжение, копившееся всю жизнь. Приятно покинуть обреченный мир.

В Алисе просыпается желание, в Бестере тоже. Их дыхание сливается в поцелуе. Она чувствует, как из нее выделяется липкая влага, берет в руку его отвердевшую плоть и сжимает ее.

Они падают на пол: Бестер на спину, Алиса сверху, контакта пока нет.

Затем она со всей силой садится, чтобы взять его в себя и через незначительную боль и кровь получить удовольствие, о котором и не мечтала.

Алиса играет со своей маленькой грудью.

Кто-то сзади шепчет ей в ухо, нежно водя пальцем по спине. Это Старджон, второй соблазнитель, необходимое дополнение к Бестеру, ангел, противостоящий дьяволу. Она замирает, внемля сладкому голосу.

— Я разговаривал с ними, — сказал гуру свабби. — Со свабхавикакая. Они гештальт-личности. Пытались найти себе подобных среди людей. Не знаю зачем. У них ничего не получалось. До нас. Неким образом мы втроем сольемся в единое божественное тело, наделенное дарами и обязанностями. Вас пришлось сначала немного подкорректировать.

Старджон замолкает. Алиса чувствует, как кончик его пениса скользит вниз по ее спине, оставляя дорожку мужской смазки.

И она воссоединяется с ними, открыв вечный вкус существования.

5

Она рождена для всех мужчин, которые ждут

Опустошенные, онемевшие свабби поднимаются с досок пристани. Их лидер и два гостя исчезли. Как и корабль инопланетян. А с ними, как понимают свабби, и все межзвездные утробы на планете.

Парень по имени Чип запрокидывает к небу заплаканное лицо. В облаке над заливом он видит трехликую голову, как у тибетского бога. Она расплывается под ножом неспешного ваятеля — ветра, превращаясь в двуполую маску.

Матерь в небе.