Потерянная
Шрифт:
— Возможность свободного манёвра вооружённого судна — лучшая защита. — После небольшой паузы почему-то голосом через внутреннюю связь объяснила мне старшая напарница, когда я уже привычно приготовился принять очередной скомпилированный информационный пакет. — Кроме того, десять километров пустоты гораздо дешевле и надёжнее работают против нежелательных посетителей, чем стыковочный коридор.
— Нежелательных посетителей?
— Увидишь.
[Пушка]>[Флоя],[Мерх]: Пересылаю коды «свой-чужой» зелёного
Внимание! Получен дополнительный пакет идентификационной информации. Автоматическая установка…. выполнено.
Внимание! Получена дополнительная навигационная информация от [Пушка]. Данные добавлены в систему.
Внимание! Доступна защищённая беспроводная сеть корпорации [НК4-ПЛ]!
Загрузка навигационных данных……..выполнено.
Загрузка идентификационной информации…………………………..выполнено.
Внимание! Доступны новые абоненты!
Подписи, выводимые в поле зрения системой дополненной реальности в шлеме, разом мигнули и сменились почти все: пилотируемые корабли и автоматические модули обрели имена и цифровые коды, бакены и дрейфующие контейнеры — ещё и короткое функциональное описание (связь, навигация, пустые транзитные ёмкости под загрузку и т. д.). Я хмыкнул: собранная из пяти корпусов сверхтяжей орбитальная станция, на два порядка превосходящая размер «Панцирной рыбы», обзавелась «оригинальным» названием «Центральная Орбитальная База НК4-ПЛ». Впрочем, объектов, которые не несли корпоративную метку, в поле зрения оказалось буквально процентов десять от общего числа — в основном всё те же контейнеры…
— Возможно, мы всё-таки… приступим к выполнению задания? — Голос Флои показался мне каким-то странно-задумчивым и самую малость… сомневающимся? Мне потребовалось секунды три для того, чтобы понять причину — и мучительно покраснеть, как, наверное, я не краснел лет с восемнадцати. Чёртовы грёбанные рефлексы: стоило отвлечься, и моя рука сама собой насмерть вцепилась в предплечье девушки!
— Извини! — Я заставил пальцы разжаться и, пока эмоции от непроизвольной выходки оставались сильнее рефлексов, оттолкнулся от края люка — слишком резко и совершенно забыв тренировки на нашем импровизированном тренажёре в ремзоне. Планета, отдаляющийся борт «Рыбы», космос и отметки-подписи резво крутанулись вокруг меня — но тут отработала «сбруя», развернув меня опять лицом в нужную сторону. Картинка с визора шлема закачалась перед глазами: беспорядочно махать конечностями в пустоте — не лучший способ потратить весь запас газа к маневровым микродвигателям. К счастью, наработанный рефлекс всё-таки помог: заставить себя прижать руки к телу и свести ноги вместе получилось почти сразу. Позор-то какой! Хорошо, кроме Флои никого рядом нет — ремонтную группу в расположение основных технических средств нанимателя отправили своим ходом. Ну, мы же не «большие люди» — это верхушка нофо убыла к центральной орбитальной базе корпорантов с помпой на челноке… это по космическим меркам примерно то же самое, как использовать машину для поездки к соседнему дому в городе.
— Не
— А? — Мне показалось, что я ослышался: это что такое было? Интонации… эээ, участия? И почему опять щекам жарко? — Я?
— Я поддерживаю. Как напарника. Командная работа. — Плывущая в нескольких метрах от меня девушка была похожа на этакую статую скульптора-минималиста: скафандр-броня с зализанными очертаниями отличался от моей защиты встроенной системой ориентации в невесомости и другими симметричными утолщениями-наплывами неизвестного мне функционала. Привычный голос Флои — тихий, бархатный и при этом не несущий выраженных эмоций, отлично подходил к этой внешности.
— Спасибо!
— Не за что благодарить.
Борт базы НК-4-ПЛ уже в трёх километрах… в двух-с-половиной… в двух… сейчас «сбруя» перевернёт моё тело спиной вперед и двигатель даст тормозной импульс… Значит, нужно выкинуть всю фигню из головы прямо сейчас. Даже если эта «фигня» — почему-то решившая именно сейчас проявить новую грань своего характера мехна: уверен, отработать всё как надо ей это ничуть не помешает. А вот мне мои собственные лишние эмоции… м-мать, какая же эта База вблизи огромная! И полное впечатление, что я на неё с хорошей такой скоростью падаю! Цифры шкалы дальномера стремительно уменьшаются — знаю, что автоматика сработает в нужный момент, даже знаю — когда, но…
Поворот.
Тормозной импульс — спиной вперед и более мягкий и долгий.
Ещё поворот — отрабатывают маневровые.
Мягкое касание ногами белого круга на обшивке вокруг технического шлюза. М-мать… а ведь назад — точно так же. Очень, очень надеюсь, что я действительно «быстро привыкну». Боже! Каким надо маньяком быть, чтобы действительно хотеть стать космонавтом! Так, ладно, нет времени на рефлексии — надо работать.
10
Я жаловался, что неизвестно когда привыкну к выходам в открытый космос, невесомости и всему такому? Ха! Ну или «н-да» — даже не знаю, что точнее. Десять с лишним часов рутины, когда невесомость периодически сменяется нормальной гравитацией, воздух вокруг то есть, то нет, то опять есть, но не очень воздух, и лучше бы его тут не было… Десять часов ходьбы (ранцевые двигатели оставили в приёмном шлюзе), «прыжков» через пустоту над корпусами состыкованных кораблей Базы, ползания на карачках по техническим тоннелям (корабль — это вам не город на поверхности планеты, где экономить на размерах не нужно!), работы с управляющими сетями (Флоя), копания в распределительных и силовых узлах (я), бесконечных проверок механизмов и приводов не менее бесконечных систем — и «вуаля!»: я сам не заметил, как вообще перестал обращать внимание на такие «мелочи», как безграничный космос вокруг или возмущения то и дело сбиваемого с толку вестибулярного аппарата. Несколько коротких перерывов и пара съеденных батончиков-энергетиков помогли заглушить голод и отодвинуть усталость, но сейчас мне хотелось только одного — сесть где-нибудь спокойно, а лучше — лечь. Ну и нормальной еды.