Потерянная Сирена
Шрифт:
— Система подчинения не так работает.
Я скрестила руки на груди.
— Мне кажется, что он сидит сложа руки и живёт хорошей жизнью, в то время как вы, благородные джентльмены, бегаете вокруг и делаете за него грязную работу. А что, если бы я оказалась опасна?
Ларк рассмеялся.
— Ты всего лишь человечка, — сказал он. — Мы знаем, что такие, как ты, не опасны.
— В самом деле? Вы действительно это знаете? Или вам просто сказали так.
Я увидела, как в глазах пирата погас огонёк. Он медленно повернулся к своему другу и положил
— Даже не думай спрашивать меня, говорит ли оно правду или нет, — сказал Ног. — А ты, не пытайся манипулировать нами. Мы доставим тебя к нашему капитану по его приказу. А потом, ну, он решит, что с тобой делать, потому что так уж устроено море.
Я решила не обращать на них внимания, насколько это возможно, и снова перевела взгляд на берег. Бабблз больше не со мной, и это казалось неправильным. Я так привыкла чувствовать, как она обнимает меня за шею, что забыла то время в своей жизни, когда её рядом не было.
«Ей удалось сбежать», — подумала я про себя, но это не помогло. Я видела, как она выпала из моих волос, и видела, как пиратам не удалось её поймать, но я понятия не имела, куда она делась. Я не знала, решила ли она сбежать в одиночку, или отправилась за помощью, или высокое, жаркое аркадианское солнце высушило её настолько, что она… Нет, я не стану об этом думать.
Пока что нет.
Другая лодка поравнялась с нами, и высокий мужчина, стоявший на носу, бросил на меня сердитый взгляд, когда проплывал мимо. Я проводила его лодку взглядом и впервые с тех пор, как мы вышли в море, увидела, куда они меня везут.
Корабль был чем-то вроде огромного старого галеона; весь серый, с высокими мачтами и ещё более крупными парусами. Их было много, каждый отличался от других размером и формой, но все они выглядели немного потрёпанными, немного износившимися. Флаг, развевающийся высоко над корпусом корабля, был чёрного цвета, и на нём изображались череп и скрещенные кости, только скрещенные кости были мечами, а в черепе было пулевое отверстие.
Хуже всего было пение. Теперь я могла слышать голоса корабельной команды, разносящиеся над водой.
Мы плывём по морям, хоть в дождь, хоть в солнце, хоть в шторм.
Вместе мы совершаем набеги, грабим и крадём, мы никогда не изменимся.
На призрачных парусах развеваются наши цвета, чёрные, как сердце океана.
Чтобы найти потерянное сокровище королевы, прежде чем мир распадётся на части.
— Я попала в пиратский фильм, — сказала я на выдохе. — Или у меня нервный срыв. Или я мертва. Всё это нереально. Этого не может быть.
— Ты не первая человечка, которая это говорит, — сказал Ног, — и ты не последняя.
— Пару часов назад моей самой большой заботой было придумать, что надеть в бар. Теперь я на лодке с парой вонючих пиратов,
— Нам нравится называть себя оппортунистами, — сказал Ларк. — Так звучит не столь угрожающе.
— Мы используем слово пират, — процедил Ног сквозь стиснутые зубы, — потому что оно должно быть угрожающим.
— О… в таком случае, оно соответствует действительности.
Нам потребовалось совсем немного времени, чтобы добраться до корабля. Кто-то бросил верёвку в воду рядом с лодкой. Ларк протянул руку с веслом и подтянул её к себе. Затем он использовал верёвку, чтобы подтащить маленькую лодку поближе к кораблю. Корпус корабля пах моллюсками, океаном. Он был серым и тёмным, и выглядел старым, как чёрт знает что, но при этом казался толстым и прочным… и на ощупь был холодным, как лёд.
До сих пор я не замечала, но было так холодно, что поверхность воды постоянно замерзала, трескалась и ломалась. Я никогда в жизни не видела ничего подобного. Женщина высунула голову из-за борта корабля. У неё была загорелая кожа, красная бандана, а в ушах — большие серьги-кольца. Она протянула руку в перчатке к двум мужчинам, которые привезли меня сюда.
— Поторопитесь, псины! — крикнула она. — Капитан теряет терпение.
— Есть, есть! — крикнул Ног. — Сейчас, мэм! — затем он нахмурился и посмотрел на меня. — Ты слышала, что сказала первый помощник. Начинай подъём.
До этого момента я не замечала верёвочной лестницы, свисающей с борта большого серого корабля. Я потянулась к ней, ухватилась за верёвки и потянула за них, чтобы убедиться, что подниматься безопасно. Затем, совершая одно медленное движение за другим, я начала карабкаться по борту корабля.
Поднимаясь, я миновала одно из отверстий в борту. Внутри была пушка, а где-то за ней что-то двигалось; много людей. Занятые люди суетились вокруг, усердно выполняя приказы своего капитана, и большинство из них присоединялись к морской суматохе, которая, казалось, никогда не закончится.
Когда я добралась до верха, женщина — первый помощник — схватила меня за капюшон и дёрнула вверх, через перила. Я упала грудью и животом на жёсткую деревянную палубу, как рыба, барахтающаяся на берегу. Потребовалось некоторое время, прежде чем я смогла выпрямиться и поднять глаза, но многие из команды уже подошли, чтобы рассмотреть меня.
Они столпились надо мной, эти суровые, изуродованные солнцем лица, с которыми я никогда в жизни не ожидала столкнуться. Женщина, однако, была другой. Она была… красивой. Тёмная кожа, поразительные янтарные глаза и что-то похожее на дреды, выбивающиеся из-под красной банданы, которую она носила.
Но ещё у неё были заострённые уши и острые клыки, которые я так сильно возненавидела.
Она склонила голову набок, разглядывая меня.
— Оно выглядит таким… хрупким, — сказала она с акцентом, который я не смогла определить.