Потерянная богиня

Симпсон Патриция

— Нет, совсем наоборот! Теперь феллахи выращивают несколько урожаев, не боясь наводнений и не рассчитывая на нильский ил.

Госпожа Хепера покачала головой.

— Они пользуются химическими удобрениями и отравляют нашу землю. Мы пьем и едим отраву.

Ташариана молчала, не в силах спорить со старухой.

— Расплодились улитки. Они не умирают, потому что нет сухого времени года. Казалось бы, ерунда, правда? Однако феллахи от них очень страдают.

— Они могут с ними бороться.

— А деньги? У феллаха тяжелая работа,

но денег ему не хватает. Ты сама знаешь. А они сосут из него соки и лишают его надежды на завтра. Богиня Сахмет сердится. Она хочет, чтобы Асуанская плотина была уничтожена.

Ташариана откинулась на подушку, с трудом веря, что это не сон. Восемь лет она прожила с этой женщиной в одном доме и не знала, что Хепера так предана богине. Конечно, для нее не было тайной, что госпожа Хепера творила какие-то обряды, но о таком фанатизме она даже и подумать не могла!

Госпожа Хепера хочет, чтобы Асуанская плотина была разрушена. Та самая плотина, которую только что возвели… Рядом с ней теперь огромное озеро, и если госпожа Хепера осуществит свой план, погибнет множество людей, будут разрушены города, деревни, унесены потоком многие памятники древности.

— У вас есть план? — спросила Ташариана, желая получить как можно больше информации.

— Мне нужна твоя помощь.

— Моя?! — Ташариана не поверила своим ушам. — Моя?

— Твой голос. Я учила тебя петь не только Кармен.

— А как мой голос может справиться с плотиной?

— Ты удивишься, милочка, но… — улыбнулась госпожа Хепера и сложила руки на животе. — Усиленный лунными дисками Сахмет, твой голос может двигать горы.

— Нет! — Ташариана покачала головой. — Я не хочу! Погибнут люди! Много людей.

— У тебя нет выбора. Ты должна подчиниться приказу богини.

— Нет!

Госпожа Хепера ухмыльнулась.

— Ты не представляешь, как сильна богиня. Но вначале ты должна пройти проверку, достойна ли ты быть Избранной.

Она взяла с подноса чашку чая и протянула ее Ташариане.

— Выпей это, дорогая, а то я, кажется, расстроила тебя.

— Почему это я должна быть расстроенной? — закричала Ташариана, безуспешно пытаясь встать с постели. — Не хочу я никакого чая!

Локтем она выбила чашку из рук госпожи Хеперы, облив ее платье.

— Безголовая девчонка! — взвизгнула госпожа Хепера, отскакивая от кровати. — Али! Али!

— Вы травили меня много лет своим чаем, разве не так?! — кричала Ташариана, придвигаясь к двери, хотя она знала, что скоро придет Али и заставит ее подчиниться, как он это сделал утром на базаре. — От вашего чая у меня вечно туман стоял в голове!

— Ты всегда была нервной девочкой.

— Нет!

— Тебя было трудно держать под контролем. Истеричка!

— Нет!

Она добралась до двери как раз в ту минуту, когда появился широкоплечий и коротконогий Али, обжигая Ташариану огненным взглядом.

— Али, держи ее, пока я вернусь.

— Слушаюсь, саида.

Али грубо

прижал ее к себе, и Ташариана, сознавая бесполезность своих усилий, не сопротивлялась. Но она не позволила себе расслабиться, представляя его усмешку. От его взгляда у нее мурашки бежали по коже.

Госпожа Хепера вернулась через несколько минут со шприцем. Она воткнула иглу в предплечье Ташарианы.

— Считайте до десяти, мисс Хигази, — сказал Али. — Раз, два…

Ташариана уже плохо слышала его издевательский голос, а потом и вовсе провалилась во тьму.

Когда Ташариана пришла в себя, она обнаружила, что лежит на каменном ложе в темной комнате без окон. Краски на стене меняли оттенки, и Ташариана поняла, что это результат действия того "лекарства", которое ей ввела госпожа Хепера. Она попыталась сесть, но не могла пошевелить ни рукой, ни ногой, хотя не была связана. Неужели госпожа Хепера решила наказать ее параличом? Неужели она теперь до конца своих дней обречена быть узницей госпожи Хеперы? Неожиданно острая боль пронзила ей живот. У нее даже слезы навернулись на глаза, и она постаралась дышать ровно и глубоко. Боль стихла, стала ноющей.

Как укол повлияет на ее ребенка? Ей даже думать не хотелось, что ребенку в ее животе так же плохо, как ей.

Где она? В подвале у госпожи Хеперы? Она огляделась и увидела свечи в медных подсвечниках возле ног и головы. На тело со вздутым животом была накинута полотняная простыня, украшенная золотым шитьем по краю. На руку, которую она не могла поднять, кто-то надел кольцо с головой львицы, в глазах которой сверкали рубины. Судя по всему, она лежит на алтаре. Что замыслила госпожа Хепера? Как бы то ни было, Ташариана решила думать только о том, как сбежать.

Двигать она могла только глазами. И уж ими-то она воспользовалась! Однако она не нашла двери. Окон тоже. Настенные росписи показывали богиню Сахмет во всех ее воплощениях. Вот она очаровательная женщина с головой львицы в возбуждающем танце перед своим братом-мужем. Вот она черная пантера, обрушивающая свой гнев на головы врагов. Скорее всего, это не частный дом, а святилище.

Боль вновь пронзила тело Ташарианы. Ребенок задвигался у нее в животе, причиняя ей нестерпимую муку, — ведь она не могла выбрать более удобное положение. Пытаясь одолеть боль, она забыла о побеге.

Ташариана не знала, сколько времени прошло, прежде чем помещение заполнилось людьми. Она услышала шарканье сандалий, отдававшееся эхом в пустой комнате, и открыла глаза, заметив, что дверь скрывала одна из росписей. Пять женщин, одетых в белое и с убранными назад волосами, сверкая драгоценностями, образовали кольцо вокруг алтаря. Они жгли благовония, играли на систре и костяных трещотках. У одной женщины, вставшей посредине, на шее была закреплена шкура черной пантеры, украшенная золотом и лазуритом. Ташариана совсем не удивилась, узнав в ней госпожу Хеперу.