Потерян в море

О.Рейтерн

Капитан мысленно потянулся к каждой нити, желая понять, в чем еще заключается их разница. Бордовые отдавали холодом, воскресив в памяти воспоминания о безжизненном граните и глубоководном море, в пучине которого сгинуло так много кораблей. Красные, точно полусухие вина Италии, излучали горячую силу солнца, напоминая о тенистых садах и спелых фруктах, о крови, бурлящей в венах. Там же, где на нитях играл зеленый, словно сталкивались два мира, отдавая друг другу только лучшее, что было в них: безмятежность и покой старого склепа, хранившего мудрость ушедших поколений; неукротимый

поток водопада, рвущегося вперед и упрямо прокладывающего дорогу в будущее.

Вскоре Грахго дошел до оков, держащих Каттальтту. Они почернели, едва ли сохранив красный отствет. Фанатик убрал, а затем вплел безобразную паутину, окутывающую поникшую фигуру, обратно в веревки, подлатав заодно и их, сделав более аккуратными и законченными. Выныривая из сознания Отверженного, капитан успел заметить, как поспешно хранитель покинул фрегат.

***

– Вот так, видишь?

Келпи, что считался мастером хитрых узлов, сделал рукой неуловимое движение, и вот перед ним и юнгой предстал крепкий и надежный узел. Малёк за движениями пирата не успевал. Для него наука узлов казалась чем-то волшебным и непостижимым. Слишком уж быстро двигал руками Келпи.

– Вижу.

Понуро признал юнга результат трудов пирата. Узел выглядел устрашающе. Тем удивительнее было то, как быстро он был завязан.

– Но ничего не понял…

– Ох ты ж дурная башка, – усмехнулся пират. – Объясняю еще один раз. Смотри.

Келпи терпеливо начал показывать в очередной заход хитросплетения канатов. После знаменательного бунта Отверженного прошла пара дней, полная обычных хлопот и умиротворяющих вечеров. Фрегат уверенно держал курс на пиратский порт, попутно высматривая случайную добычу. И сейчас команда была погружена в каждодневную рутину под присмотром Моргана, пока старпом и капитан составляли список необходимых для базы вещей.

– У меня не выходит, – через время Малёк удрученно покачал головой.

– Ты потратил всего ничего и уже сдаёшся? Иди тогда сразу нырни в море, щенок, – Келпи презрительно скривился. Было видно, он не рискует лишний раз прикасаться к юнге.

Занятые своими делами, пираты не заметили новых гостей на борту. Необычные существа, похожие на помесь рыб и птиц лазурного цвета, облепили борта, заглядывая через фальшборт. Отверженный с удивлением и интересом наблюдал за ними, чувствуя, что никакой угрозы от них не исходит. Они источали вкусную энергию, чем-то напоминая духа-хранителя, но "пахли" водорослями, красной рыбой и солью. Фрегат, перебирая щупальцами, облизнулся.

– Келпи, что это?! – первым заметил нежданных гостей юнга.

– Святая Мария… Что за морские муравьи к нам прицепились?

Команда высыпала на палубу, с интересом и осторожностью разглядывая странных гостей. Те в ответ шевелили отростками, похожими на полупрозрачные радужные усики, и ожидаемо молчали.

– Тревожно как-то, – Гарри-Порох неприязненно поморщился, уже прикидывая в уме, чем можно избавиться от подозрительных тварей.

– Да брось, разве такие милашки могут навредить? – Худой Том приблизился к одному из существ.

– Вот

обычно милашки бьют больнее всего!

– Ну ты бы не переносил свои похождения на живность, – усмехнулся Джодок.

Пираты в ответ захохотали. Но все же в их смехе чувствовалась напряженность. Смелость смелостью, но годы плаваний и передряг научили большинство пиратов осторожности.

– Это Нгава-Явха, – Грахго, вышедший из каюты на шум, с завидной безмятежностью оглядывал корабль, подмечая существ на фальшборте, реях и корме.

– Предвестники бури? – удивился Морган, смотря теперь на рыбок с большей внимательностью.

– Они самые, Морган.

– Но кто это, капитан? – практически с детским восторгом спросил юнга.

– Это служители Атлакамани, богини штормов, которой поклоняются ацтеки, – Фанатик спустился на палубу. – Увидеть их в воде, означает предугадать надвигающийся шторм.

– А что означает, увидеть их на палубе? – Гарри-Порох, излучая еще большее подозрение, отодвинулся от борта.

– Кто бы знал, Гарри, – Фанатик усмехнулся. – Полагаю, их привлек Отверженный.

Фрегат тем временем приноравливался к тому, чтобы поймать одно из существ. Узнать на вкус невиданное ранее диво представлялось ему очень заманчивым.

– Я бы не делал этого, старик, – как бы между делом заметил Грахго. – Ты ведь не хочешь, чтобы надвигающийся шторм стал для нас всех последним?

"Не хочу."

Отверженный тут же подтянул к себе многочисленные щупальца, всем своим видом показывая, что не собиралась только что поохотиться.

– Вот и славно. Спроси, что им нужно.

Команда не слышала ответов корабля, но уже привыкла ориентироваться по Фанатику и его словам. В ожидании, когда фрегат наладит контакт с дивными созданиями, пираты напряженно следили за движениями недорыб, которых становилось все больше. В какой-то момент Мальку даже стало казаться, что их с лихвой хватит, чтобы перевернуть Отверженный брюхом к небу.

"Они хотят историю."

– Историю? – Фанатик в изумлении приподнял брови.

"Сказку."

– Еще и сказку. Старик, ты уверен?

"Да. Истории вызывают чувства и воспоминания. Они дают силу. Чем больше силы, тем сильнее буря."

– Сильная буря опасна, – заметил капитан, скептически оглядывая предвестников.

"Они проведут нас сквозь нее."

– Это уже похоже на добрую сделку. – Грахго повернулся к остальной команде, с легким сомнением оглядывая собравшихся. Они не походили на людей, знающих много сказаний. – Итак, отребье, предвестники требуют сказку за безопасный проход сквозь бурю.

– Вы шутите, капитан? – Джодок обвел взглядом пиратов и недорыб.

– Если бы, здоровяк. Так что, есть тут ценители поучительных историй?

– Если только не самых приличных капитан, – заулыбался пират с татуировкой чайки.

– Может, мне попробовать? – неуверенно улыбаясь, спросил Морган.

Фанатик склонился в легком поклоне, совершив рукой простенький пируэт, тем самым приглашая временного боцмана выступить. Тот кашлянул, сделав шаг вперед.

– Эту историю мне рассказывала матушка. Она называется "Карамельное яблоко".