Поступь империи
Шрифт:
Если честно то такого я не ожидал от Николая, все-таки он сын купца, умный мужчина, а вот предложение выдвинул какое-то детское…
– Не подумал я, Ваше Высочество,– смущенно оправдывался Николай Волков.– Слишком уж кус изрядный бы по удаче намечается.
– Всех денег не заработаешь, друг мой, так что лучше в начале разработать те производства, за которые мы уже взялись, а только потом зариться на что-то большее,– улыбнулся я ему.
Пара часов в обществе друзей пролетело как мгновение, но, к сожалению, время
Однако поспать мне не дал Никифор, почти сразу же зашедший следом за мной.
– К вам просится ваша гостья Ваше Высочество,– сказал камердинер.– Прикажите впустить?
– А куда деваться? Конечно, впускай, лекарь, как никак,– вздохнул я, но помимо легкого сожаления о потерянных минутах сна, где-то в сердце легонько кольнуло, царапая ледяную бронь одиночества…
– Цесаревич, я же предупреждала вас, чтобы вы двигались как можно меньше, да и нельзя вам утруждать себя в таком состоянии,– покачав головой, выговаривала мне Оля спустя пять минут, осматривая раны на моем теле.– Выпейте вот эту настойку.
Перед носом появился небольшой стаканчик с вязкой жидкостью. Медленно стекающей по стенкам сосуда.
– Пейте, это только на пользу будет,– улыбнулась девушка, смотря на мое скептическое выражение лица.
– Да такую дрянь нельзя вообще никому пить!– возмутился я, попробовав на язык настойку, чем вызвал улыбку на губах Ольги.
– И никакая это ни дрянь, это вообще то отличное средство для сращивания рваных мышц,– нахмурилась знахарка.
– Верю,– заверил я ее, через силу выпивая медленно сползающую со стенок гадость.
– Вам, цесаревич еще повезло, вот если бы было задето легкое или печень, вам бы так легко не отделаться. А так вы только много сукровицы потеряли,– сказала девушка, глядя на меня.
– Оля, зовите меня по имени, прошу вас…– оборвал я свою спасительницу.
– Но как же так можно?– изумилась она, но тут же замолчала, увидев что-то в моем взгляде.– Хорошо Алексей
– Вот так-то лучше,– улыбнулся я ей.– Оля, а почему ты стоишь? Садись. Негоже мне сидеть, когда моя спасительница стоит!
– А вам, Алексей, вообще стоять не рекомендуется! У вас дырка только начала затягиваться, так что еще недельку вам бы полежать не помешало. При условии, что будете пить эту настойку.
– Почему же?– удивился я.
– Потому! Объяснять долго,– ответила девушка, посмотрев на меня как на дурака.
Что ж, куда деваться, если в этой эпохе власть имущие частенько пренебрегают знаниями, хотя надо отметить, что и в моем времени стоящие у «руля» в стране, или держащие руки на пульсе одной шестой мира, порой были малограмотными и что скрывать тупыми, не видящими ничего дальше своего носа!
– Хорошо-хорошо,–
– Если я сама знаю на него ответ,– сказала девушка.
– Знаешь, ну или должна знать,– я слегка смутился своему напору, все-таки прелестная девушка, к тому же и меня вылечила, но знать мне это все же надо, я бы даже сказал жизненно необходимо!– Дело в том, что как сказал мне Артур, они не знали что делать, да и приглашенные лекари оказались бессильны, а тут молодая красивая девушка вылечивает почти безнадежного больного…
Я ожидал любой реакции, судороги лица, бегающих глаз, слез, наконец, но вот заливистый смех меня самого ввел в ступор.
– …"безнадежного больного»…– сквозь смех расслышал я слова Оли.
Отсмеявшись, девушка сила напротив меня и положа локти на стол, сцепила ладони в замок, задумчиво посмотрела на меня.
– А ведь вы, ваше высочество не просты,– совершенно серьезно сказала молодая девушка после пятиминутного изучения моего лица.– Когда вы смотрите у вас в глазах, порой какая-то непонятная грусть проскальзывает. Сильная грусть.
«Ага, особенно когда за плечами тысячелетняя история народа, пускай и слегка забытая, но все же, вот только об этом никто никогда не узнает. Есть тайны, знать которые не должен никто, в том числе и даже собственная голова. Чем быстрее они улетучатся, тем будет лучше!»
– А что на счет этих «мэтров», как их называют, то сейчас на Руси по пальцам можно пересчитать действительно знающих иноземных лекарей, в основном одни недоучки и шарлатаны, мало кто из них действительно что-то путное знает…– слегка раздраженно взмахнула рукой травница.
– Но все же,– не сдавался я.
– Да ваша рана вообще пустяк!– разошлась Ольга.– Вот когда три года назад одного молодца медведь под себя подмял, вот тогда действительно страшно за парня было, еле с того света вытащили, и то, благодаря бабушке.
– Выходит эти лекари, по-твоему, совсем не лекари?
– Ну почему же? Среди них есть хорошо разбирающиеся в своем деле, вот только делают они только то, чему их научили, по-книжному. А ни человека, ни хвори его изнутри не понимают…
– А почему же тогда эти люди не идут на государеву службу?– задал я вопрос.
– А потому что они по большему счету вовсе старообрядцы или язычники. А у попов же одно на уме… закабалить или в прорубь, на крайний случай, коли не согласишься!
– Не всегда же так!– возразил я.
– Не всегда,– согласилась девушка.– Но в большинстве случаев точно!
«Блин, а ведь и не поспоришь,– восхищенно подумал я.– Что-то она чересчур грамотно разговаривает, на крестьянку, пускай и обученную бабкой-знахаркой не похожа точно».
– Я …
Не успел я закончить фразу, как мой лекарь тут же меня перебил.