Поступь империи
Шрифт:
– Заряжай!
Вторые номера достали конусообразный снаряд, вложили в мортирку и замерли в ожидании дальнейшей команды.
– Пли!– сабля резко опускается вниз, курки на мортирках зажаты, тонкая игла с силой прорывается к капсюлю…
Хлоп! Жестяной конус устремляется в голубой небосвод, плавно опускаясь туда, где расставили несколько десятков чучел. Витязи с мортирками поправили свое оружие, приготовившись к дальнейшей стрельбе…
Три раза стреляли двенадцать расчетов ручных мортирок, превратив все имеющиеся чучела в соломенные кучки, обвязанные непонятно зачем тонкой бечевкой.
– Страшное оружие может
– Так точно, господин генерал, страшное, да только снарядов к этому оружию маловато,– с грустью ответил Прохор, проводя в уме нехитрые подсчеты собственных запасов для роты «колпаков» и вот этого бесспорно полезного новшества.
– Ничего, бог даст и для них применение найдется,– улыбнулся Людвиг.
– Да, хотелось бы, ждать мочи нет больше, мои молодцы уже не знают чем заняться, едва их строевой подготовкой успеваю занять, но еще неделя и могут глупости начать делать…– обеспокоено заметил полковник «Русских витязей».
– Ничего, послезавтра выступаем,– хлопнув по плечу младшего собрата, сказал генерал-поручик и видя удивленный взгляд Прохор пояснил:
– Гонец от государя прибыл час назад, приказал выступать к намеченной излучине у Конских Вод, туда же подойдут и отряды калмыков и терекских казаков.
– А с провиантом как дело обстоит? Пожечь ведь все придется в округе, чтобы татарва, куда надо пошла, ничего там не найдем, после казачков то,– обеспокоено спросил Митюха, не интересовавшийся в последнее время хозяйственными делами дивизии корпуса, занятия с полком отнимало почти все время.
– Хорошо все, царь-батюшка заранее позаботился об этом, магазины собрал генерал-майор Самарин, ныне отвечающий за все обеспечении армии, и ее обмундировании, под Воронежем и Смоленском большие, часть по следам князя Меншикова идет, а часть от Воронежа, припасов хватит, не волнуйся, полковник. Ты главное о битве думай, в письме то государевом говорится, что полон у татар с запорожцами наши войска отбили, так что татарва теперь точно озлоблена. Как бы не прорвали нашу хлипкую оборону то, пехоты кот наплакал, а драгун все горстка против тысяч крымчан,– озабоченно протянул генерал-поручик.
– Это ничего, если план с лагерем удастся, то нестрашны нам конники будут, не зря же в телегах копейные треноги везем,– улыбнулся Прохор.
– Ты, полковник конечно близок к государю, но вот только языком меньше надо болтать, а то ветер слова далеко разносит, секрет на то и секрет, что знать его враг не должен до самой последней минуты,– тихо сказал Прохору генерал, уходя к себе в штаб, гордо возвышающийся над всем лагерем.
– Я слежу, господин генерал,– поклонился Прохор, признавая свою оплошность.
– Вот и замечательно, готовь своих людей, завтра поутру выступаем, нечего неприятелю лишние дни отдавать…
– Готовьте лагерь, встаем на ночлег,– оглядев бескрайние просторы в подзорную трубу, генерал-поручик повернулся к своему адъютанту подполковнику Волкову.
Двенадцати тысячный корпус Алларта замер в излучине реки, достигнув заданной отметки за двенадцать дней. К шести тысячам генерала присоединились Белгородский полк с тремя батальонами, трех тысячный отряд калмыков под командованием Далыбея и две тысячи терекских казаков.
Люди спешно готовили место для ночлега, вырубали куцые кустарники и деревья, поили коней, распрягали тягловых волов, таскали из обоза фураж, делали все то, о чем многие предпочитают умалчивать, стараясь скрыть за ореолом романтики всю серость и обыденность любого похода.
Позади были сотни верст, а впереди солдат ожидает тяжелая многодневная работа по обустройству полевого лагеря и его защиты, требовалось сделать первую линию рвов с кольями, против татарской конницы и, конечно же пристрелять орудия для ведения флангового и фронтального огня по заданным секторам.
Тактика полноценных, долгосрочных полевых лагерей, раньше не встречавшаяся ни у одной страны мира была тщательно выработана буквально полгода назад. Государь, Кузьма, князь Голицын, Вейд, Алларт – особо ценный командир за счет своей инженерной специализации, и все допущенные к бумагам особой секретности. Жалко только то, что на практике сия тактика пока не проверялась. Только пробные фортификационные сооружения в близи Рязани и Смоленска, ничего более. Но даже тогда новый вид полевой защиты, выработанный совместными усилиями десятка голов, показал отличные результаты: троекратно превосходящие силы не смогли овладеть недостроенным лагерем.
Никто не знал, что свои идеи по обустройству и созданию полевого лагеря, как впрочем и нового вида крепостей, государь Всея Руси безбожно содрал с разработок и наработок гения русской фортификации середины 19 века – военного инженера Аркадия Захарьевича Теляковского. Хотя можно ли об этом так говорить? Все-таки он даже не родился, но суть остается прежней, идея создания принципиально нового вида обороны появилась именно от этого гения фортификации, причем, что важно русского гения!
В свое время на парах военной истории уделялось время не только на рассмотрение бессмысленных полу геройских побед Миниха и прочих Биронов, но и такая важная тема как построение оборонительного пояса, экономичного и действенного одновременно рассматривалась особо тщательно. Что ни говори, а век 18 да и 19 тоже – это в первую очередь окончательное формирование государств по принципу регионального положения и языка, освоение в новой роли молодых титанов военной мысли и унижение старых империй, раскалывающихся под натиском молодых, «голодных» собратьев.
Стоило только в начале июня задуматься о полевой обороне, с обязательным построением временных лагерей, как государь решил освежить в памяти образ фортовой крепости по Теляковскому, и применить ее к полевому лагерю в несколько измененном состоянии. Но как это сделать если известны общие принципы, да и те порядком позабыты?
Конечно только при помощи разумеющих в подобном деле людей, военных людей знакомых с фортификацией и свободно применяющие на практике эти знания. Пускай у каждого из них были свои дела, обязанности, заботы, но вот идеей будущие создатели прониклись, банально ведя переписку со штабом государя, где и происходила обработка всех идей и решений генералов. Учитывалось все: начиная от местоположения коновязей и заканчивая рельефными особенностями местности, где собственно должна применяться оная конструкция.