Постскриптум: (не)люби
Шрифт:
Вскоре я ушел. Сел в машину и помчался в клуб, но не доехав каких-то пару кварталов пробил два правых колеса. Похоже, сегодня попросту не мой день.
Начав менять их прямо на обочине, я провозился около получаса, а потом, пропотев и измазавшись, кое-как добрался до автосервиса, потому что второй запаски у меня не было.
Еще часа два потребовалось на то, чтобы заделать дыру и поставить колесо обратно, так что за это время я успел проклясть все на свете, всерьез решив, что это Ритка меня прокляла.
Позже
В клуб я решил уже не ехать, решив дождаться Полину дома, но вот время перевалило далеко за три часа, а девушки все не было и не было.
— Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети. Пожалуйста, перезвоните позднее.
Сука! Вот где она? Неужели загуляла?
Походив по комнате из угла в угол, я снова пытался дозвониться до Полины, но все без толку. Телефон был выключен.
Я просидел, не сомкнув глаз, до самого утра, надеясь, что вот сейчас услышу, что открывается входная дверь, как вдруг раздался телефонный звонок.
POV. Полина
Все тело болело и напоминало один сплошной фиолетовый комок.
У меня сильно ушиблены ребра, разбита губа, имелись многочисленные ссадины и гематомы по телу. Меня как будто переехал трамвай, даже дышать было больно.
Когда у меня спросили контакты ближайших родственников, я, не раздумывая, назвала имя своего босса, и не потому что кроме него я никому не была нужна, а потому что в доме Жукова элементарно находились мои документы и вещи. Пришлось объяснять, что он мой хороший друг, чтобы не ловить косые взгляды медсестры, которая и без того имела кислое выражение лица.
Дима стоял перед моей койкой примерно через час после звонка доктора и смотрел на меня с нескрываемым сожалением. А мне было и без того плохо и этот его взгляд окончательно добивал меня.
— В принципе, можете забирать ее домой, — женщина покрутила в руках планшет с записями, стоя позади мужчины. — Мест свободных нынче мало, больные есть куда тяжелее вашей подруги, — надменным тоном продолжила она. — Так что домой. Покой, постельный режим и будет как новенькая.
Жуков поморщился и обернулся медсестре.
— У вас, я погляжу, сейчас очень быстро пациентов выписывают, — ледяным тоном произнес он, меняя выражение лица на более отстраненное. — Не успевают поступить, как вы тут же их выписываете.
Женщина поджала губы и прижала к себе планшет.
— Это не мои слова, а слова ее лечащего врача! Вот выписка! — она пихнула в руки Дмитрию лист бумаги. — Чем быстрее вы освободите палату, тем лучше. Позже с вами свяжется полиция! — после чего развернулась и ушла,
Да уж, ад точно пуст, все демоны здесь.
Сжимая зубы, переворачиваюсь на бок, собираясь сесть, но ребра пронзает жуткая боль, и я всхлипываю, хватаясь за тугую повязку.
Жуков молча помогает мне сесть, а я дико смущаюсь, когда покрывало сползает, оголяя местами перебинтованное тело.
— Выйди, я переоденусь, — тихо прошу, стараясь не смотреть на мужчину.
Ненавижу свою беспомощность, тех подонков, что использовали меня как боксерскую грушу и то, что кроме Жукова я не стала никому сообщать о своей беде, потому что знаю — я не нужна была ни отцу, ни подруге.
— Еще чего, — недовольно бросает Дима, после чего тянется за пакетом, из которого достает мой старенький спортивный костюм. — Я оставил тебя вчера одну и посмотри, чем все закончилось.
Пересилив себя, поднимаю голову и встречаюсь с его серьезным взглядом.
— Ты не обязан все время находиться рядом со мной, — говорю, а потом добавляю: — Рядом со мной, наверное, вообще никому не нужно быть рядом, я, знаешь ли, притягиваю неприятности.
Моя ирония не впечатляет мужчину, поэтому он молча надевает на меня толстовку на молнии, совершенно не обращая внимания на перемотанную эластичным бинтом грудь и красные кружевные трусы, а потом садится на корточки подле моих ног, собираясь надеть штаны.
— Я сама! — дергаюсь и взвизгиваю от боли.
— Сиди смирно, Катастрофа, — строго говорит мужчина и начинает совершать задуманное, ловко просовывая мои ноги сначала в одну штанину, затем в другую, будто я маленькая беспомощная девочка.
— Не думаю, что твоей девушке понравится это, — недовольно ворчу себе под нос, когда Дима надевает на меня носки. — Как по мне — это слишком… интимно.
Жуков поднимается с корточек и смотрит на меня с высоты своего роста.
— Ничего плохого в этом не вижу. Я всего лишь помог тебе одеться, потому что ты сама провозилась бы слишком долго, к тому же, у тебя ушибы ребер. Не забыла?
Я отрицательно мотаю головой и опускаю глаза.
Забудешь тут.
— А что касается девушки, — Дима кладет какие-то мои вещи обратно в пакет. — То мы взяли тайм-аут.
Я удивленно слежу за тем, как мужчина кидает в тот же пакет мою сумочку с немногочисленными вещичками и разбитый телефон, но прежде вертит его в руке.
— Купим новый, — равнодушно бросает он и оборачивается ко мне. — И подонков этих найдем. Я тебе обещаю. Едем домой.
На занятия, понятное дело, я не смогла пойти, поэтому чтобы у меня не было проблем, Жуков специально выбил для меня трехнедельный больничный.
— Ну, чтобы и на работе не было претензий, — поясняет он, после чего подмигивает и улыбается. — Тебе чай принести?