Поспорить с судьбой

Панкеева Оксана

— Тогда это было нечаянно, — засопел, потупившись, Мафей. — Даже сам не понял, что наделал. Просто ужасно перепугался и бесконтрольно выпустил порцию чистой Силы. Но сейчас-то я уже не маленький.

— Мэтру виднее. Раз не учит, значит рано. А почему тебе вдруг пришло в голову? На подвиги потянуло?

— Нет, — принц нахмурился и посерьезнел. — Просто вчера произошло одно событие, которое заставило меня задуматься о моей полной несостоятельности в вопросах самообороны.

— Тебя кто-то обидел? — с некоторым удивлением поинтересовался Жак.

— Меня обозвали разными неблагозвучными словами и самым вульгарным образом оттаскали за уши. И я с ужасом

обнаружил, что мне совершенно нечего было этому противопоставить. Какой смысл в моем магическом могуществе, если любой достаточно наглый воин может надрать мне уши, когда ему вздумается?

— Это кто же сделал? — изумился Жак, забыв даже о своем угнетенном настроении. — Кантор, что ли?

— А как ты догадался? — теперь уже удивился Мафей.

— Я не знаю других настолько же наглых воинов. А за что?

— Да за дело, в общем-то… Ты только не говори никому. Дело не во вчерашнем. Кантор-то ладно, он был по-своему прав и ничего плохого мне не желал. Но может случиться и что-нибудь похуже. И что мне тогда делать? Сидеть, утирать слезы и сознавать, что я действительно недоделанный маг, непутевый придурок, а также инфантильный лопух? Обидно, знаешь ли…

— Это он тебя так обозвал? — усмехнулся Жак. — Так по какому все-таки поводу?

— Я хотел отлить у вас немножко драконьей крови, — неохотно признался Мафей. — И попробовать.

— Всего-то? Попросил бы меня, я бы тебе сам отлил, — махнул рукой Жак.

— Вот именно, — вздохнул принц. — Выходит, ты тоже не знал, что кровь дракона смертельна для эльфов. А Кантор откуда-то знал. Поймал меня за руку и отчитал за невежество.

— А он тебе клипсу не сдернул? — недоверчиво переспросил королевский шут. — Ты уверен, что для вас драконья кровь так вредна?

— Правда, — вздохнул Мафей. — Я специально проверил по справочнику. Чистая правда.

— А как же так может быть?

— Очень просто. Все магические напитки на эльфов действуют иначе, чем на людей.

— Так ты… — запоздало ужаснулся Жак. — Ты знал, что они действуют иначе, и не додумался заглянуть в справочник до того, как отправиться за драконьей кровью?… Ну тогда ты действительно придурок непутевый… И после этого ты хочешь, чтобы мэтр учил тебя боевой магии? Да он ни за что не согласится, даже если пожалуешься на Кантора. Но ты ведь ничего не расскажешь, а то получишь еще и от наставника.

— Конечно, я это понимаю, — снова вздохнул Мафей и жалобно посмотрел на Жака. — А ты? Ты тоже не согласишься?

— Ты это о чем? — не понял тот.

— О боевой магии. — Эльф спрыгнул с ручки кресла, подошел к потенциальному учителю и, опустившись на одно колено, начал произносить стандартную просьбу: — С почтением и послушанием прошу вас, уважаемый мэтр, быть моим наставником и…

— Стой! — перебил его Жак. — У тебя что, блюдце полетело? Каким наставником? Я же не маг.

— Как это не маг? — удивленно поднял голову эльф. — Ты самый лучший боевой маг, какого я знаю. Если ты способен в одиночку победить пятерых магистров в битве магов, у тебя достаточно высокий уровень, чтобы иметь учеников. Кроме того, тебе обязательно нужны ученики, раз ты единственный представитель своей школы в этом мире. Жак, научи меня, пожалуйста. Я буду очень стараться.

— Я тебе сто раз объяснял, — жалобно простонал Жак. — Это не магия. Это виртуальное конструирование. Чисто игровая фенечка. Да и не могу я такие вещи делать сознательно, мне для этого надо вылететь в мегасеть… тьфу ты, в субреальность.

— Так это же просто, вынешь свою затычку и вылетишь, ты же

от любого контакта с магией вылетаешь. Если хочешь, я на тебя что-нибудь безобидное и даже полезное наложу. А потом там встретимся. И ты все покажешь.

— Мафей, не морочь мне голову. Во-первых, это больно. А во-вторых, как я тебе объясню хоть что-нибудь о виртуальном пространстве, если ты ни о чем подобном представления не имеешь?

— Мне не надо объяснять, только покажи, я все сам пойму. А потом вылечу тебя, если будет больно. Жак, ну пожалуйста. А то мне придется просить Этель, а она может потребовать за это чего-то неподобающего… Я никому не скажу, что это ты. Пожалуйста. Я тебя как друга прошу.

Конечно, раз эта нахальная волшебница не постеснялась у короля потребовать ночь любви за свое участие в битве с драконом, нетрудно представить, что грозит бедному принцу… И нежный возраст его высочества напористую Этель не остановит. Жак эту даму хорошо знал, и был несказанно рад, когда смог от нее отвязаться. Познакомились они в ту горячую пору, когда в Ортане свершился очередной государственный переворот, после которого на трон и взошел ныне царствующий Шеллар III. Для Жака это время было тоже не из легких. Незадолго до этого он переместился в гостеприимный мир, параллельный своему родному, и успел совершить побег из застенков Кастель Милагро, спасти между делом какого-то мистралийца и впервые в жизни испытать, как проявляется «синдром берсерка», унаследованный от кого-то из собственных предков. Всего этого судьбе оказалось мало — Жака угораздило еще и оказаться в Ортане в разгар беспорядков и отбить от магов-заговорщиков Мафея. Как выяснилось, вживленный Жаку в родном мире имплант, предназначенный для прямого подключения к компьютеру, позволяет с таким же успехом переходить в магическую субреальность. Тогда, в первый раз, будущий королевский шут успешно прихлопнул противников, но найти выход самостоятельно не сумел, в чем ему и помогла Этель. Тогда Жак еще не знал, что главным лекарством от любых заболеваний эта энергичная дама считает секс. Причем в неограниченном количестве. Все, кто когда-либо сталкивался с Этель, единодушно считали ее просто стихийным бедствием, и Жак не оказался исключением…

Тогда же молодой переселенец познакомился и с королем, с которым они вскоре стали лучшими друзьями. Во всяком случае Жак в это искренне верил до вчерашнего дня. Пока его величество так бессовестно не подставил «друга», намеренно активировав в нем «синдром берсерка» и даже не предупредив…

Жак резко отвернулся и уставился на огонь в камине.

— Как друга? — изменившимся голосом переспросил он. Затем наклонился и подбросил дров, хотя особой надобности в этом не было.

— А как же иначе? — искренне удивился Мафей, снова забираясь на ручку кресла. — Почему ты так расстроился? Что-то не так? Может, я тебя чем-то оскорбил? Ты сегодня какой-то странный, будто действительно на кого-то обиделся… А, ты, наверное, надулся на Шеллара? Он вчера спрашивал об этом… Жак, а за что?

— Знаешь, Мафей, — вздохнул Жак не оборачиваясь. — Давай как-нибудь в другой раз. Нет у меня никакого желания об этом разговаривать. И без того тошно. Скажи только честно: ты правда сам решил с утра по гостям пробежаться, или это его величество тебя ко мне послал?

— Сам, — с готовностью отозвался Мафей. — На слово поверишь или поклясться? Я с ним сегодня еще даже не виделся.

— Верю, верю, — Жак чуть смягчился и повернулся к Мафею. — Слушай, а тебя действительно так беспокоит судьба человека, который надрал тебе уши?