Последствия
Шрифт:
— О, Роберт. Какая приятная неожиданность, — произнесла Анжела хорошо поставленным голосом; она длительное время проработала диктором на телевидении. — Передай мои поздравления Кейти. Кстати, как она?
— У нее все хорошо, Анжела. Спасибо, — быстро проговорил Роберт. — Я звоню тебе по просьбе Джимми.
После небольшой паузы голос Анжелы зазвучал холодно и сухо.
— Он попросил тебя мне позвонить?
— Да, дело в том, что…
— Я не желаю с ним ни о чем говорить.
— Анжела, я звоню из Матер Хоспитал, — решительно сказал Роберт. — Джимми
Некоторое время в трубке царило молчание, затем Анжела сказала:
— Не знаю, могу ли я тебе верить, Роберт. Но думаю, что это одна из его очередных выходок. Он разбил мое сердце, Роберт, своей бесконечной ложью и постоянными изменами. Боюсь, что он вновь решил меня обмануть. Однако в этот раз я ему этого не позволю. Я не поймаюсь на его уловку. Если Джимми действительно в больнице, пожалуйста, передай ему мои пожелания скорейшего выздоровления.
— …и с этими словами она повесила трубку, — закончил Роберт. — Она уверена, что это твоя очередная шутка. Не понимаю, почему она так решила?
— Ну, знаешь ли… — неожиданно тихо начал Джимми, — на прошлое Рождество я ей солгал. Не подумай ничего особенного, это была ложь во имя спасения, благодаря которой я провел Рождество дома.
— Ложь во имя спасения?
— Я ей сказал, что мою квартиру затопило — прорвало водопроводную трубу: нарисовал довольно живописную картину того, как с потолка свисают сосульки. И представь себе, Анжела — Господь любит ее за большое сердце — пригласила меня домой на Рождество. Мне кажется, это был наш последний ужин.
— Но ты же ей солгал.
— Я слегка приукрасил. Но когда она узнала об этом, ужасно на меня разозлилась.
— Хорошо, тогда почему ты не провел прошлое Рождество вместе с Френсис?
— Ребенку исполнилось всего пара месяцев, да еще ее мать приехала погостить. Ты не представляешь, каково было мне. Тогда я подумал, что вынести Френсис с ее послеродовыми проблемами, ее мать и постоянно плачущего ребенка — просто не в состоянии. В общем, я ей сказал, что останусь дома. Не могу сказать, что она обрадовалась, узнав, что я был вместе с Анжелой.
— Я знаю, что ты не просил меня об этом, но я позвонил и Френсис, — сказал Роберт.
— А… — тихо произнес Джимми в ответ.
— Она сказала, что, когда ты был у нее в последний раз, вы подрались и она выгнала тебя, сказав больше никогда не возвращаться.
— Возможно, я позволил себе несколько довольно резких высказываний в адрес ее молодого друга, — признал свою вину Джимми. — Но ты же меня знаешь: быстро завожусь, но еще быстрее прощаю и забываю все обиды.
— И что в результате? Анжела не верит тому, что ты в больнице, твою молодую подружку это тоже совершенно не волнует. Как же такое могло случиться, Джимми?
— Да все из-за глупости, — простодушно ответил Джимми Моран. — Клянусь богом, из-за собственной глупости. В свое время я не понимал, как хорошо мне было с Анжелой. Я любил ее, — по-своему любил, — да и она меня любила. Только я отказался от нее из-за того, что одна молодая особа
Роберт не успел ничего ответить. Неожиданно открылась дверь, и на пороге палаты появился молодой доктор, выглядевший крайне обеспокоенным.
— А сейчас, господин Моран, — начал он, затем посмотрел на Роберта, — если вы не возражаете, я на время заберу вашего отца для того, чтобы сделать ему обследование…
Глава 29
— Кейти, они увезли его на обследование около двух часов назад, — сказал Роберт. — Я то и дело спрашиваю сестер, как он себя чувствует, как проходит обследование и есть ли уже хоть какие-нибудь результаты, но мне ничего не говорят. Здесь все просто с ног сбились.
В трубке мобильного телефона зашипело, затем послышался сильный треск.
— А как он выглядит?
Роберт провел пальцами по волосам и тяжело вздохнул:
— Кейти, он выглядит просто ужасно. Увидев его в больничной палате, я был страшно напуган, мне показалось, что он умер.
— Ты же знаешь, он крепкий, как старый башмак. Не волнуйся, все будет хорошо. Он обязательно выкарабкается.
— Мне жаль, что я испортил тебе Рождество, — сказал Роберт, входя в палату Джимми и закрывая за собой дверь. Подойдя к окну, он стал наблюдать, как невидимые в темноте снежинки, попадая в свет уличных фонарей, падали вниз, медленно кружась.
— Ошибаешься. Этим ты едва ли мог его испортить. Это случилось гораздо раньше, чем Джимми попал в больницу.
Роберт кивнул, и его отражение в окне повторило движение.
— Если бы ты сегодня остался дома, мне кажется, все могло закончиться ссорой.
— Возможно, — согласился Роберт. Честно говоря, он и сам об этом уже думал. Он не сомневался в том, что, если бы Джимми сегодня не помог ему уйти из дома, придумывать причину пришлось бы самому. Он не сомневался и в том, что не будь у него такого предлога, Кейти бы немедленно заподозрила его в том, что он поехал к Стефани. Может быть, ему следовало сказать, что Стефани улетела в Америку… но тогда сразу бы возник вопрос, на который он не знал бы, что ответить: откуда ему это известно?
— Знаешь, мне кажется, что в том, что мы сейчас не вместе, есть… определенная польза. Это позволит посмотреть на ситуацию немного под другим углом.
— Да, я согласен с тобой.
— И еще даст время подумать, — добавила она.
— Мне кажется, что в последнее время я только этим и занимаюсь, — осторожно начал он, хотя ни к какому конкретному решению он еще не пришел. Он продолжал взвешивать и прокручивать в голове открывающиеся возможности, невероятные планы; и в этой ситуации единственное, что ему требовалось, — возможность сесть и спокойно еще раз все обдумать. Но он не спал прошлой ночью и очень устал, поэтому мысли постоянно путались; он чувствовал, как будто его раздирают на части.