Последствия

Диллон Анна

Неожиданно пришедшая мысль заставила ее похолодеть.

Впервые со вторника, когда произошла эта мерзкая сцена, она позволила себе предположить, что Роберт захочет оставить Кейти ради нее.

Неужели она до сих пор хочет с ним жить? Даже после того, что случилось?

Телефон Роберта, зазвонив, прервал ее размышления. В тишине комнаты звук прозвучал неожиданно резко, заставив Стефани вскочить с кресла. Роберт что-то забормотал и медленно, словно с похмелья, стал открывать глаза. Он быстро заморгал, пытаясь сконцентрироваться на определенном предмете, очевидно,

не понимая, где находится. Затем отыскал телефон на ощупь.

— Да… — начал он. Затем, облизав языком сухие губы, произнес вновь: — Алло…

Прежде чем он продолжил, Стефани успела заметить выражение его глаз — смесь вины и страха, она сразу поняла, кто звонит.

— Кейти… да… я в офисе… — Его глаза нашли лицо Стефани и тут же метнулись в сторону. — Да, я скоро буду дома.

— Почему ты солгал? — спросила Стефани громко.

Роберт выпрямил спину и кашлянул.

— Да потому, что я не мог ей сказать, где в настоящий момент нахожусь. Все достаточно просто, тебе так не кажется?

— Ты мог сказать, что у нас с тобой остался один нерешенный вопрос, — с улыбкой произнесла она.

— Я пообещал Кейти, что больше никогда с тобой не увижусь.

— И ты так быстро нарушил свое слово? — спокойно спросила она.

— Да, я пообещал ей это, но до того… до того, как я узнал… узнал о том, что ты… ты…

— Что я беременна?

— Да.

Стефани встала.

— Я сделаю чай. Послушай, почему бы тебе не пойти и не принять душ? Ты сразу почувствуешь себя лучше, — живо предложила она. — Я хочу, чтобы к началу нашего разговора ты окончательно проснулся и чувствовал себя бодро, а сейчас ты едва держишься на ногах. Наверху есть кое-что из одежды, ты найдешь в ящичке зубную щетку и бритву. Прими душ, сразу почувствуешь себя лучше.

— Да, пожалуй, ты права. Спасибо.

Встав, он сразу почувствовал исходящий от него запах пота.

— Боже, как от меня пахнет.

— Да, — сказала Стефани. И, стараясь скрыть от него усмешку, повернулась и быстро вышла.

Глава 17

Она нашла его лежащим на кровати: завернувшись в ее купальный халат, он крепко спал. Она стояла, глядя на него и пытаясь разобраться в возникших в ней совершенно противоречивых чувствах. Ей хотелось быть уверенной в том, что к чувству к этому мужчине, которое она испытывает, — да, испытывает до сих пор, — не примешиваются эмоции, вызванные ее предполагаемой беременностью.

Стефани всегда с уважением относилась к тем женщинам, которые воспитывали детей самостоятельно, — независимо от того, было это их собственное решение или так сложились обстоятельства. Она ни на минуту не сомневалась, что, если она беременна и ребенок родится в сентябре, — она будет хорошей матерью и ее ребенок ни в чем не будет нуждаться. Она не испытывала иллюзий, зная, что ей будет нелегко. Ей придется в своей жизни почти все изменить, но она к этому готова. Возможно, придется продать дом, — а это значит, что ей уже никогда не удастся превратить вторую маленькую спальню в шикарную ванную комнату.

С поддержкой Роберта

все могло быть значительно проще и легче. Его работа позволяла иметь достаточно гибкий график. Он мог бы работать дома и присматривать за ребенком, когда она вернется на работу в агентство. С финансовой точки зрения это был выгодный вариант, ведь она хорошо зарабатывала.

Поставив горячий чай на маленький столик, она достала теплое одеяло и осторожно укрыла им Роберта. Затем, выключив свет, вышла из спальни, дав ему возможность выспаться.

— Роберт. Роберт.

Роберт Уокер открыл глаза и посмотрел по сторонам. Впервые за все время, как он появился на пороге ее дома, он улыбнулся.

— Привет…

— Привет.

Однако все изменилось, как только его глаза скользнули по окнам, которые уже были закрыты шторами.

— Боже мой, сколько же я спал?

— Несколько часов. Сейчас девять.

Он сразу же сел в кровати.

— Мне нужно идти…

— Но сначала ты поешь, — твердо сказала Стефани. Она сидела на краю кровати, держа в руках поднос, на котором лежала большая пицца, рядом стояла бутылка красного вина и два бокала.

— Я заказала пиццу. В холодильнике ничего нет, а выходить из дома, оставив тебя здесь одного, мне не хотелось.

Роберт бросил взгляд на ветчину и ананасы и решительно замотал головой, но она услышала, как его желудок заурчал от голода.

— Съешь только один кусочек, — предложила она, усмехаясь.

Они ели в абсолютной тишине.

Хотя Стефани и себе налила бокал вина, она его едва пригубила, почувствовав, что вновь заныл желудок.

Когда Роберт доел последний кусочек, она улыбнулась.

— Когда ты последний раз ел? — громко спросила она.

Он покачал головой.

— Я перекусывал несколько раз на бегу. Когда… когда Джимми умер, мне пришлось не только взять на себя организацию похорон, но и сообщать о случившемся членам его семьи. Двое из трех его братьев приедут на похороны. Они живут в разных странах: Ллойд — в Австралии, Микки — в Канаде, Тедди — в Америке, в Бостоне. Я разговаривал с Микки, самым старшим из братьев. Он попросил меня отложить похороны до их приезда и взять на себя всю организацию.

— Когда состоятся похороны?

— В понедельник, тридцатого. Решено похоронить Джимми в Гласневине. Тедди и Микки приезжают завтра утром, а Ллойд отказался, сославшись на дела.

— Как ему не стыдно!

— Я согласен с тобой. Но они никогда не были близки. Джимми никогда не рассказывал мне о том, что же произошло на самом деле, я только знаю, что, когда их семья распалась, он остался жить с матерью, в то время как остальные братья предпочли уйти с отцом. Развод родителей не только сломал их жизни, но и разделил семью на части. Не перестаю удивляться, насколько его ситуация схожа с моей: я думаю, что в детстве мы получили один и тот же горький опыт. — Он посмотрел на Стефани и улыбнулся ей улыбкой, которая всегда терзала ее сердце. — Извини, я только и делаю, что говорю о себе. Расскажи, как у тебя прошло Рождество? Ты была дома?