Последняя из рода
Шрифт:
На что второй мужик, оказавшийся старшим сыном Гленна, Бройди, убедительно сказал, что это они запросто, мол, тут что важно – раствор иметь для кладки, а с камнями, чай, в Телемах пока проблем нет.
На радостный шум из неприметной дверцы выглянула милая женщина в переднике, торопливо вытирающая руки полотенцем.
– Вот, посмотри, мать, у крепости новая хозяйка, говорит, что разрешает нам её подлатать, - широко поведя рукой в мою сторону, так отрекомендовал меня Гленн. – Да что там, её восстановить можно, и будет как новая!
Женщина тут же засмущалась, захлопотала, неловко бормоча о том, что вот если бы мы предупредили заранее о своём визите, так они бы расстарались и привели
– А где же вы живёте? – удивилась я, отчего Кенна смутилась ещё больше и ответила, что господин староста, выделявший им место для проживания и очертивший фронт работ, сказал, что они могут занять себе несколько комнат в крыле для слуг.
– Не знаю, как твоё благородство, дорогая, но лично моё не пострадает, если я увижу непритязательный вид крепости изнутри, - с тихим смешком произнёс Марк.
Кенна тут же познакомила нас со другими своими сыновьями, Кирком и Дирком – двумя крепкими мужиками довольно крестьянского вида, и их жёнами, с которыми они и решились перебраться в Дейтон, после чего пригласила нас пройти внутрь. За той маленькой дверцей оказалась небольшая кухонька, радующая глаз чисто выскобленными столами, лавками и кухонной утварью, стоящей тут же, возле печи. Чуть дальше, за тонкими деревянными перегородками, были спальни. Вот и вся жилая часть крепости. Гленн, всё ещё под впечатлением от нашего прибытия, рассказал, что раньше тут находилась кухня для прислуги, потому и печь такая большая. А им, мол, много-то не надо, и этого места на всё про всё вполне достаточно.
– Разве вы не могли выбрать себе несколько приличных спален? – удивилась я. – Зачем же так ютиться?
Даже если представить, что это место у кого-то могло вызвать интерес, то вряд ли первым делом побегут проверять крыло для слуг и высчитывать, не занимает ли кто из них свои квадратные метры незаконно…
– Зимой больно холодно бывает, - натужно просипел глава семейства, сминая в руках шапку, и отчего-то стал оправдываться: – Протопить большое помещение всегда было непросто, а с ценами на дрова… вот мы и решили, что в кухне поживём. И нам не тесно, не думайте…
И вновь я испытала неожиданное для себя чувство неловкости, а потому сказала преувеличенно бодрым голосом:
– Да, совсем забыла сказать: теперь, раз уж мы решили заняться ремонтом, ваше жалование будет увеличено! А про работу вы не переживайте – работа всем найдётся, ещё и нанимать людей понадобится, вот увидите! Я думаю, что завтра мы может отправиться в Сторнвей и пригласить ещё несколько семей. Наверняка, есть люди, которые нуждаются в том, чтобы получить кров над головой и работу. Мы же можем предложить им и то, и другое. Да, работы будет много, но я убеждена в том, что найдутся люди, которые её не испугаются.
На лицах людей промелькнула робкая надежда, убедившая меня в том, что я всё делаю правильно.
– Марк, ты же не против, если мы переедем сюда? – даже самой себе я бы ни за что не призналась в том, что мне важно его одобрение.
– Но как же? – всплеснула руками Кенна. – Ведь тут условий нет совершенно никаких!
– Мне послышалось или вы только что утверждали о том, как вам тут чудесно живётся? – я иронично выгнула бровь и уставилась на застывших людей.
– Ну, так то для нас, - тихо пискнула жена одного из близнецов.
– Уверяю вас, мы ничем особенным от вас не отличаемся, - нехотя буркнула я, убеждая себя, что я вовсе не расклеилась, просто придерживаюсь своего любимого постулата: «Свой глазок – смотрок!».
Глава 28
Глава 28
Мои опасения,
Моя жажда созидательной деятельности требовала немедленной реализации, поэтому уже на рассвете следующего дня я, ёжась от утренней свежести, тряслась в коляске по направлению к Сторнвею. Собственно говоря, местный мегаполис, куда мы приехали уже за полдень, меня ничем особенным не удивил: те же невысокие опрятные каменные домики, узкие, мощённые тем же камнем, улочки, да степенные горожане, чинно прогуливающиеся по своим делам. Коляски с красиво одетыми дамами и джентльмены, с гордым видом восседающие на лошадях.
С некоторыми Марк, нацепив привычно-равнодушное выражение лица, издалека раскланивался, с другими тепло здоровался. Но и те, и другие вытягивали шеи в любопытстве, пытаясь рассмотреть меня получше, раз уж так сложилось, что моё официальное представление местному обществу по сию пору не случилось. Не могу сказать, что подобный интерес к моей скромной персоне тревожил меня, скорее, заставлял молча усмехаться, наблюдая за любопытными или даже крайне нескромными взглядами, которые бросали праздные товарищи в мою сторону. Впрочем, Марка это тоже изрядно веселило, и он вполголоса рассказывал пошлые и скабрезные истории о новых знакомцах, не забывая при этом лучезарно им улыбаться. К примеру, как лорд Элвин застал свою супругу в компрометирующей ситуации в собственной спальне с одним господином, но был вынужден стоически покинуть место совершения адюльтера по вполне тривиальной причине – этот самый господин дал лорду значительную сумму в долг и не наседал с его возвратом. Да, история не нова, но как вам дополнение: с того времени банкир перестал скрывать своего интереса и уединялся с супругой несчастного должника в любое удобное для первого время. Я с осуждением глянула на веселящегося мужа, хотя и сама не смогла сдержать улыбки при виде супруга изменщицы – высокого сухопарого мужчины с лошадиными зубами, с ненавистью смотрящего по сторонам. Полагаю, я такой и запомнилась местному обществу: с красными щеками и натужно пытающейся не рассмеяться, как гиена. Позор, да и только!
Местный рынок встретил меня уже привычной толчеёй, криками зазывал и соответствующими запахами со скотных рядов. Впрочем, ничего покупать мы не планировали, скорее, даже наоборот, поэтому торопливо протиснулись через весь этот гвалт в конец рынка, где под навесами располагался своеобразный Центр занятости, в котором желающие могли наняться на подённую или постоянную работу. Схема трудоустройства была крайне незатейливой: владелец бизнеса или же хозяйка дома приходили на эту биржу и выбирали себе работника по душе, благо, что в последних недостатка не было. И я теперь с интересом посматривала на суровых молчаливых мужиков-разнорабочих, весьма прилично выглядевшего кучера, бросившего в сторону Марка тоскливый взгляд, и разбитных трактирных подавальщиц, громко сообщавших, что их интересует работа исключительно с проживанием. Ну, одним словом, ничего особенного. Марк тут же попросил меня обождать тут, пока он решит вопрос с каменщиками и разнорабочими. Я согласно мотнула головой и голосом примерной супруги поведала, что постою вот тут, в переулочке.